Чтение онлайн

Барон кашлянул, приостановился на миг, закатил глаза, затем терпеливо ответил:

– Полагаю, посудомойка на кухне.

– О, у вас уже есть посудомойки? – обрадовалась я. – А стиралки с сушкой?

– Не понимаю ваших слов, но в доме полный штат прислуги, – сообщил барон с легкой досадой в голосе.

Вот дура! Стиралку мне подавай, а вентилятор не надо, чтоб розовые лепестки гонял? Но, если есть слуги, зачем вообще разводиться? Нет же никаких бытовых причин для ссор? Есть кому мусор вынести и хлеба купить. Да и дом большой, спальни разные, можно не встречаться вовсе. А с таким мужчиной просто выйти куда-то в люди – уже эстетический восторг. Для него, понятно, жена – вопрос статуса, нормальности и возможного ребенка. Вдруг тут «нетаких» на кол сажают? Вот и цепляется за меня.

Столовая миленькая, в розовых тонах, стол круглый, я уж испугалась, что будет, как в замках, длинный стол на пятьдесят персон, а мы сядем, как идиоты, на дальних концах и тогда не поговорить, кричать придется.

– У нас нет гостей?

– Вы до сих пор нездоровы, лекарь прописал вам полный покой, – ответил барон. – И диету.

Диету? Да меня голодом морят!

– Я за время болезни многое позабыла, как в тумане все, – подстелила себе соломки. Амнезия – отличная штука, все попаданки используют, а я что, хуже? Правда, жаль будет, если мое попаданство окажется глюками моего изобретательного мозга, напичканного огромным количеством книг. Вот и глюки какие, развесистые, связные и содержательные.

– Ожидаемо, – барон красиво отрезал кусок мяса. – Вы же отравились отваром мыльнянки.

– Мыльнянки, – эхом повторила я.

Мыльный корень, что ли? Такая мелкая белая гвоздичка? Сапонины в ней есть, поверхностно-активные гликозиды, образующие пену. Ядовитые, да. Потому что мыло не для еды и вообще не внутрь. А почему не лютиком? Он вроде поубойнее? Не от латинского «лютеус» – желтый, а от русского слова «лютый». Веселенький цветочек растет повсеместно. У меня по фармакогнозии пятерка, между прочим.

Модное траволечение – придурь, потому что собирают не то, не там и не так. И не тогда, когда надо. Помню, тетка в автобусе похвасталась, что купила на рынке пучок зверобоя, а ей касатик подсунули. Мне она не поверила, что может знать девчонка с фармфака, вот бабушки с рынка – да, они знают.

– Провалы в памяти обычны для такого отравления, – сообщил барон. – Еле спасли вас.

– Очень признательна, а вы не подскажете, отчего я так… неосмотрительно поступила? Не помню совсем.

Барон отложил приборы и внимательно посмотрел на меня.

– Как бы то ни было, я рад, что вы живы и здоровы. Надеюсь, попыток повеситься не будет? Я приказал Тирзе не оставлять вас одну ни днем, ни ночью. И в бассейн одна не лезьте. Мне ваша жизнь слишком дорога.

– У меня нет планов покончить с жизнью, – церемонно сообщила я. Что ж тут творилось, если мужик такой пуганый?

И доктор, как я понимаю, тут живет, значит, потребность есть в постоянном проживании. Например, баронесса-истеричка со склонностью к суициду. А что барон меня за свою жену принимает, так мне от этого только сплошная приятность! И томность такая загадочная внутри появляется. И жить хочется. Половой жизнью – тоже. Прям азарт и интерес проснулся, жаль, что предмет чувств не отзовется взаимностью.

– Эжен, мы давно женаты? – зачерпнула ложку супа. Жиденького и прозрачного. «Барон вон мясо трескает», – вздохнула с завистью.

– Неделю, – нахмурился барон. – Вы и это забыли?

– Да я и вас не помню совсем, – пожала плечами. – Надеюсь, не разочаровала вас первой брачной ночью?

– Вы издеваетесь? – тихо и страшно спросил барон.

У меня суп застрял в горле. Я судорожно сглотнула, выпучив глаза.

– Не было никакой брачной ночи! – барон швырнул салфетку, встал и вышел печатая шаг.

Ну да, затупила. Зачем такое спрашивать, если мужика от баб тошнит? Я тут для красоты. Но… если отставить глупое женское тщеславие и самолюбие, то это же вообще прекрасно! Чего эта дура, его жена, норовила самоубиться? Муж, с которым можно подружиться, которому от тебя не надо даже постельных радостей – просто мечта! Сказка!

Все, решено, буду входить в курс дела, раз я тут хозяйка и супруга. А с Женьком мы поладим, что я, первого такого встречаю? Да нифига! В секции был, в десятой группе был, в кружке гитары был, и со всеми нормально общалась. Порядочность и интеллект от ориентации не зависит.

Барон не показывался на глаза два дня.

За это время меня возненавидела вся прислуга особняка. Нет, ну в самом деле, оборзели! Под кроватями лохматыми комками пыль, пауки и сороконожки в каждом углу, подсвечники не блестят, антикварная мебель не натерта воском, у половины замков потеряны ключи, ковры потеряли цвет от грязи, а в гардеробе барона каждая вторая рубашка с крайне небрежной штопкой! Чистые штаны соседствуют с грязными! А слуги чаи распивают в людской трапезной!

Про кухню вообще молчу! Закопченные котлы, липкие столы, на полу можно редиску сажать!

Недовольная экономка, сначала пыталась мне указывать, что-де домашнее хозяйство – слишком сложное дело, не нужно ей мешать, она тут главная и все мои рекомендации учтет. Когда-нибудь. А мне бы посидеть с вышивкой на балкончике, отдохнуть. Ага, щаз-з!

Я в детстве прочитала «Финансиста» Драйзера и очень впечатлилась. Поэтому вела домашнюю бухгалтерию с пятого класса, к тихому ужасу моей мамы. Она зарабатывала прекрасно, но не умела копить, планировать или откладывать, постоянно забывала вовремя оплачивать коммунальные платежи, поэтому с радостью отдала бразды примитивного учета в мои руки.

Юлькина мама была редкостной аккуратисткой и образцовой домашней хозяйкой. У нее даже белье на просушку по цвету и длине подбиралось, окна она мыла каждую неделю и кухню генералила, с отодвиганием столов и холодильника не реже двух раз в месяц. Юлька умела печь и приготовить обед на всю семью со школы, естественно, я ей часто помогала. Так что примеры хозяйствования у меня были, и практические, и теоретические.

Хилые возражения экономки я решительно пресекла. Когда ознакомилась с домашней расходной книгой, обнаружила, что экономка экономит в свою пользу совершенно бессовестно. Я выписала цифры в краткий отчет. Пусть цен я не знаю, но не может один человек в день съесть три кило мяса, утку и шесть кило крупы! Покажу барону. Раз это его слуги, пусть сам увольняет. Моими, приехавшими со мной из отчего дома, были как раз Тирза и те два лакея, Мирко и Свирез.

Кухарка и ее помощницы были приходящими, поэтому, посчитав едоков и ознакомившись с расходом продуктов в доме, вечером я с лакеями устроили засаду в сторожке у ограды. Женщины настолько обнаглели, что тащили полные корзины снеди домой. Не горсть орехов в кармане, не кусочек вырезки за пазухой, а полные корзины!

Результатом засады были шесть фунтов 1 муки, пять фунтов риса, два фунта говяжьей вырезки, фунт сырой печенки, связку колбасок, целый копченый окорок, три полуфунтовых куска сала, сахар, мешочек фундука, кувшин сметаны, и тщательно упакованные готовые блюда с барского стола: рулет с курицей и черносливом, два пирога с мясом. Завершила улов кастрюля супа, заботливо завернутая в детское одеяльце.