Дагерр, Ньепс, Тальбот. К столетию открытия фотографии
Шрифт:
XII
Далее Араго остановился на перспективах широкого использования открытия Дагерра в самых различных областях науки. Он указал, что вещество, открытое Дагерром, является гораздо более светочувствительным реактивным веществом, нежели те, которыми пользовалась наука до этих пор и что, благодаря этому, на пластинках Дагерра, наверное, удастсл сделать фотоснимок луны. Открытие Дагерра значительно усовершенствует науку, изучающую интенсивность света — фотометрию. При помощи этого открытия физики смогут добиться полного успеха в области определения абсолютных интенсивностей света, смогут судить о различных цветах на основе определения силы их воздействия.
B этой части своего доклада Араго безошибочна определил ближайшие перспективы применения фотографии в области физики и астрономии; не прошло и десяти лет со времени этого выступления, как Физо и Фуко, действуя по инициативе и по указаниям того же Араго, получили первые фотографические снимки солнца.
Араго характеризовал перспективы применения открытия Дагерра в науке как беспредельные по своим возможностям.
«Когда изобретатели создают какой-либо новый инструмент, содействующий изучению природы, — говорил знаменитый ученый, — то обычно уапех, на который они надеются, всегда оказывается ничтожным по сравнению с последствиями открытий, осуществляемых лри помощи этого инструмента».
Это утверждение Араго иллюстрировал величайшими открытиями, обогатившими человечество в результате изобретения таких приборов, как телескоп и микроскол. Араго далее нарисовал перспективу широкого применения фотографии в топографии и метеорологии, в физиологии и медицине.
«Мы попытались, — говорил он — объективно оценить все то, что имеется в открытии г-на Дагерра с точки зрения новизны, полезности для искусства и науки. Мы постарались передать вам наши убеждения, — они живы и искренни потому, что мы все изучили и проверили с величайшей тщательностью, считая это своим долгам, ибо ваш выбор пал на нас. Мы убеждены, что нельзя не видеть значения дагерротипии. Она займет почетнейшее место в ряду изобретений и открытий, получивших признательность человечества.
Стоит только учесть то усердие, с которым все другие народы старались воспользоваться каждой непроверенной датой, сомнительным фактом, всяким малейшим предлогом для того, чтабы поднять вопрос о своем приоритете в этом изобретении и полытаться прибавить к короне открытий, которой украшает себя каждый народ, еще и тот лучистый венец, который всегда будет окружать изобретение фотографии.
Сообщим, чтобы не забыть, что теперь прекратились все споры на эту тему и притом не столько в результате признания совершенно неоспоримых прав, на которые опираются г.г. Ньепс и Дагерр, сколько, главным образом, в результате необыкновенных усовершенствований, сделанных г-ном Дагерром. Если бы потребовалось, мы могли бы привести здесь свидетельства лучших людей мира, по сравнению с высказываниями которых побледнело бы все то лестное, что было сказано нами по поводу открытия нашего соотечественника.
Франция усыновила это открытие и гордится тем, что может щедро одарить мир этим открытие».
В заключительной части доклада Араго опровергал слухи о том, что правительство якобы торговалось с изобретателями и добилось «снижения цены». Переговоры об оплате были поручены тому же Араго и эти переговоры, и о его свидетельству, вращались, главным образом, вокруг вопроса о том, должно ли вознаграждение быть выдано в виде единовременно выплаченной суммы или в виде пожизненной пенсии. Дагерр будто бы с самого начала заявил, что установление единовременной выплаты придало бы договору непристойную внешность продажи, вознаграждение же в виде пенсии выглядит почетнее, и потому Дагерр остановился на пенсии в 8 000 франков, которые должны быть поделены между ним и Ньепсом-сыном. Однако доля Дагерра была увеличена на 2 000 франков.
Тут же, в заключительной части своего доклада, Араго сообщил, что методом Дагерра еще нельзя делать портреты, но что «требуется лишь незначительное усовершенствование, чтобы г-н Дагерр был в состоянии получать снимки живых людей». Законопроект о передаче государству изобретения фотографии и награждении Дагерра и Ньепса-сына пожизненной пенсией был принят палатой депутатов.
XIII
Предстояло провести закон в верхней палате — палате пэров Франции. Здесь также была создана специальная комиссия по изучению законопроекта, и с докладом от имени этой комиссии выступил в верхней палате 30 июля 1839 г. знаменитый химик и физик Луи Жозеф Гей-Люссак, открывший в 1802 г. закон одинаковости температурного расширения газов (закон Гей-Люссака), совершивший в 1804 г. два замечательных научных полета на воздушных шарах, установивший в 1813 г., что иод является химическим элементом, и обогативший науку рядом других открытий и опытов исключительного значения.
Доклад Гей-Люссака был значительно более кратким, но не менее ярким, нежели доклад, сделанный Араго в палате депутатов. Подчеркнув те стороны и перспективы нового открытия, которые отмечал Араго, Гей-Люссак выдвинул ряд новых положений, характеризовавших значение этого изобретения.
«Перспектива пейзажа, — говорил Гей-Люссак, — передается в картинах Дагерра с математической точностью, — ни одна мельчайшая, едва заметная деталь не ускользает от глаза и кисти этого нового художника, и так как для завершения его произведения требуется только три — четыре минуты, то, например, поле битвы с его следующими друг за другом фазами может быть изображено с совершенством, недостижимым никакими другими средствами».
Это замечание Гей-Люссака, — приведенный им пример фотографирования поля битвы — является, по существу, первым высказыванием о перспективах фотографии в той ее области, которая получила в дальнейшем — и особенно в наше время — самостоятельное широкое развитие и приобрела исключительное значение, — мы имеем в виду фоторепортаж.
Восторженно высказываясь об открытии Дагерра и его перспективах, Гей-Люссак, однако, не мог не отметить одно свойство изображений, получаемых Дагерром, которое, по меньшей мере, смущало Гей-Люссака и в перспективу преодоления которого он мало верил.
«Мы с самого начала хотим отметить, абсолютно не желая умалить значения этого прекрасного открытия, — говорил Гей-Люссак, — что палитра художника в данном случае не очень богата красками: на ней имеются только черный и белый тона. Передача таким способом естественных красок на долгое время, а может быть и навсегда останется тщетным требованием, предъявляемым человеческому разуму».
В своем докладе он еще раз вернулся к этой несомненно волновавшей его особенности дагерровских снимков.
«Не следует забывать, что цветные предметы изображаются (методам Дагерра) не в их собственных красках, и так как различные лучи света действуют не одинаково на реактивное вещество, открытое господином Дагерром, то гармония тени и света в изображениях цветных предметов неизбежно меняется. Это — предел, поставленный новому открытию самой природой».
Мы, современники и свидетели блестящих и все развивающихся успехов цветной фотографии, знаем, что прогнозы знаменитого ученого в данном случае оказались чрезмерно пессимистическими, но мы также хорошо знаем, что для решения этой задачи ученым и изобретателям потребовалось еще почти столетие, и что эта задача была решена только в результате огромных коллективных усилий в области развития и дальнейшего усовершенствования фотографий.
Очень хорошо сказал Гей-Люссак 30 июля 1839 г. о том, что дальнейшие успехи фотографии заложены именно в ее коллективном общественном использовании и усовершенствовании:
«Может быть, спросят, — и этот вопрос уже действительно был поставлен, — почему, если метод г-на Дагерра так трудно было открыть, он его не попользует сам? Почему, при наличии столь мудрых законов, обеспечивающих как интересы изобретателя, так и общественное благо, правительство решило купить это изобретение, чтобы передать его обществу? Мы ответим на оба эти вопроса.
Главное достоинство метода г-на Дагерра заключается в том, что он быстро дает изображения предметов для того, чтобы его сохранить или же размножить; поэтому понятно, что этот метод в pyкаx отдельного человека не мог бы быть в достаточной мере использован.
Наоборот, если он будет передан обществу, то в руках художника, архитектора, путешественника, естествоиспытателя он найдет массу применений.
Оставаясь собственностью отдельного человека, метод долгое время находился бы и может быть „отцвел“ бы на одном уровне; если же он будет передан обществу, он усовершенствуется и распространится вследствие сотрудничества всего общества.
Из этих соображений будет полезно, чтобы этот метод стал собственностью общества.
Изобретение г-на Дагерра должно было привлечь внимание правительства, и изобретатель должен был получить торжественное вознаграждение. Для тех, кому не безразлична национальная слава, для тех, кто знает, что народ может блистать по сравнению с другими народами только на основании большего прогресса, который он делает в области цивилизации, — для тех, скажем мы, метод г-на Дагерра является великим открытием.
Это открытие служит истоком нового искусства в условиях старой цивилизации. Оно сделает эпоху и навсегда останется символом славы».
Законопроект был принят палатой, но из 240 пэров Франции нашлись все-таки трое, которых не убедил Гей-Люссак: они голосовали против фотографии.
XIV
Началась широкая публикация изобретения Дагерра. Араго сделал доклад Академии, в котором подробна изложил самую сущность дагерротипии, процесс дагерротипирования. Газеты горячо восхваляли Дагерра, сделавшегося в течение нескольких дней одним из самых популярных людей Франции. Его наперебой приглашали к себе те самые меценаты, у которых он год назад тщетно добивался внимания и поддержки. Вокруг нескольких парижских витрин, в которых были выставлены дагерротипы, собирались толпы народа.