Чтение онлайн

* * *

Доступ на боевой командный мостик фрегата «Одиссей» блокировала система безопасности. Андрей бывал тут редко, исключительно в силу необходимости при плановых технических проверках, требующих непременного присутствия командира корабля.

К своему стыду, он не помнил, что именно нужно ввести с сенсорной клавиатуры для обеспечения доступа в командный отсек постороннего офицера в качестве сопровождающего.

– Не беспокойтесь, – прервал его мучительное замешательство полковник Романов. Достав личный кодон, который Денис Иванович носил на запястье правой руки на тонкой, прочной цепочке, он коснулся овальным чипом окошка сканера, и через пару секунд в информационном сегменте панели доступа появился зеленый индикатор с цифрой «2», а массивный люк вздрогнул и медленно начал сдвигаться в сторону, исчезая в переборке.

...На боевом мостике царил полумрак. Экраны телескопического обзора были погашены, большинство приборных панелей подсвечивали лишь сиротливые огоньки индикаторов энергосберегающего режима.

– Так, – полковник окинул отсек внимательным, хозяйским взглядом и, сев в кресло, спросил: – А теперь объясните мне, Андрей Николаевич, кто вам позволил отключать модули «Одиночки»[1]?

– Я ничего тут не трогал, – развел руками Дерягин, усаживаясь в кресло командира корабля.

– Думаете, мне больше нечего делать, кроме как лично инспектировать корабли? – насупился Романов. – В автоматически формируемом отчете, отправляемом с борта фрегата в технический отдел штаба флота, нет никаких данных по статусу и состоянию модулей искусственного интеллекта. Если их не выключили вы, то кто это сделал?

– Кроме меня на боевой командный мостик не заходит никто.

– Уверены?

– Доступ есть только у командира корабля.

– Верно. В таком случае, почему бы вам не ответить честно: да, я отключил «Одиночек» по таким-то и таким-то соображениям?

– Я не делал ничего подобного! – упрямо ответил Дерягин.

– Ладно, – Романов пожал плечами. – Сейчас проверим. Давайте поменяемся местами ненадолго.

Андрей молча уступил свое кресло. Полковник вновь коснулся личным кодоном соответствующего по размеру окошка сканера, получая полномочия доступа к боевым подсистемам фрегата. Разгоняя сумрак, в воздухе над пультом сформировалось пять голографических мониторов; кроме визуального вывода информации трепетно оживший индикатор возвестил о прямой передаче данных в имплант Романова.

Через несколько минут, полностью изучив полученные по запросу данные, Денис Иванович откинулся на спинку командирского кресла.

Взгляд у полковника был задумчивым.

– Примите мои извинения, капитан, – наконец произнес он. – Вы действительно не отключали модули искусственного интеллекта. В системе фрегата их попросту нет.

– Ну, вот видите. Я же вам говорил, – облегченно вздохнул Андрей.

– Зря вы так обрадовались, – тут же осадил его полковник. – Для меня, да и для вас, было бы проще, оправдайся мое первоначальное предположение о некоторых фобиях капитана фрегата «Одиссей» относительно систем искусственного интеллекта.

– Не понимаю, в чем проблема?.. – начал было Дерягин, но Романов остановил его не терпящим возражений жестом.

– Проблема в том, что идет война. И она докатилась до границ Солнечной системы. Будь на борту вверенного вам фрегата полноценный комплект «Одиночек», я бы ограничился выговором капитану Дерягину, заставил бы включить их и... вздохнул бы с облегчением. А теперь что мне прикажете делать?

– Но я-то в чем виноват? – вскинул голову Дерягин.

– Вы? Да, собственно, вы конкретно не виноваты, – вздохнул Романов. – Спрашивать надо с тех, кто монтировал подсистемы фрегата. Кстати, как давно происходила реконструкция?

– Лет десять назад. Точно не помню. Вы хотите есть? – неожиданно спросил Дерягин, который из-за внезапного визита полковника встал раньше обычного и даже не успел позавтракать.

– Не откажусь, – ответил Романов. – А что, на борту прием пищевых таблеток – ритуал?

– Мы не питаемся таблетками, полковник. Под броней фрегата скрыт самый мощный из известных мне на сегодняшний день комплексов биологических лабораторий. Неужели вы думали, что мы заменяем пищу таблетками?

– Конечно.

– Сейчас я вас удивлю. Вы, наверное, забыли, что такое настоящая еда?

– Не помню, когда ел по-настоящему в последний раз. Ладно. У меня предложение – давай, во-первых, на «ты», капитан, а во-вторых, мне теперь торопиться некуда, в связи с открывшимися обстоятельствами буду вынужден задержаться, так что от нормальной еды не откажусь. Но придется совмещать приятное с полезным, так что прикажи доставить обед сюда. Нужно кое-что подправить в боевых подсистемах, и поговорить нам не помешает.

– Сейчас распоряжусь, – коротко ответил Дерягин, у которого камень свалился с души.

Что представляют собой «Одиночки», он знал и был откровенно рад, что их не обнаружилось в составе бортовых кибернетических систем.

* * *

На самом деле полковник оказался вполне нормальным человеком.

Грусть пряталась в глазах Романова, скрыть ее не давали ранние лучики морщин, да полковник и не старался рисоваться. Некоторое время он молчал, что-то обдумывая, а затем, подведя итог кратким размышлениям, неожиданно произнес:

– Нет «Одиночек», и ладно. Не все ж им балом править. Я вообще за последние годы в первый раз сталкиваюсь с кораблем, где экипаж – исключительно люди.

– Да какой из нас экипаж. – Андрей махнул рукой. – Воевать мы не умеем, предупреждаю сразу.

– А вот зря не умеете, – вновь нахмурился Романов. – Жизней своих не жалко? Налетят истребители или штурмовики, что делать станете? Умирать?

Дерягин вздрогнул. Над такой трактовкой вопроса военной подготовки он как-то не думал.

– Вы уже не в глубоком тылу, капитан, а почти на передовой. Атаку флота Свободных Колоний на Солнечную систему можно ждать в любое время.

– Но, помилуйте, полковник, я сейчас объясню вам: ядром конструкции, которую вы только что так громко назвали «космическим кораблем», на самом деле являются биологические лаборатории и несколько модулей производства, где мы создаем перспективную аппаратуру. Около десяти лет тому назад приказом командующего флотом исследовательские сегменты переместили с орбитальной станции, вмонтировав в корпус фрегата, – теперь лаборатории и производственные отсеки действительно скрыты под внешней конструкцией из брони, нам даже восстановили гиперпривод и двигатели планетарной тяги, которые фрегат потерял в боях, но разве...

– Вы что, серьезно считали, что все делалось ради маскировки? – иронично и немного раздраженно перебил его Романов. – Нет, – он покачал головой. – Я нахожусь на борту космического корабля. Не бутафорского, а настоящего. Ну что мне с вами, учеными, делать?

– Оставить в покое? – в тон ему предположил Андрей.

– Легко, – кивнул полковник. – Только боевые кибермеханизмы Флота Колоний церемониться не станут. Разнесут вас в космическую пыль, и кому легче? Вам? Мне?

– Так что же вы от меня в конце концов хотите? – не выдержал Дерягин.