Чтение онлайн

Но лицом не дрогнул ни на йоту... столетняя политическая закалка - а вы чего хотели! Смотрел на тихо переговаривающихся подчиненных все также снисходительно и ласково. Кабинет министров заседал уже второй час.

Император отметил, как встрепенулся граф Стогоцкий. Видимо, принимал и переваривал ту же саму информацию, поднял взгляд на своего начальника. Александр Федорович ответно усмехнулся на вопросительный и чуть-чуть азартный взгляд начальника Имперской Службы Безопасности. Да, уж... этому только дай волю построить десяток-другой комбинаций.

– Давно?
– Спросил он в пространство, включив "завесу" - теперь окружающие не только не услышат ни слова, но и по губам прочесть ничего не смогут.

– Ровно тридцать минут назад, сир, - Ответил невидимый секретарь.
– Оба были доставлены в госпиталь при РИВАКОС.

– Состояние...

– Вне опасности. Прогноз - оптимистичный.

– Другие пострадавшие?

– Серьезно пострадал один инструктор, вовремя не распознавший симптомы активации. Сунулся разнимать. Сейчас он в коме. Прогноз - негативный.

Император помолчал, взвешивая все "про" и "контра", и - принял решение:

– А что! Так даже интереснее! Организуй-ка мне разговор с Добиро. Частный вопрос. Без протокола... Хочу взглянуть, как воспримет новость эта хитрая азиатская рожа!

– Есть!

– Когда?
– Прошептал непослушными губами Олег.

По телу, ускользая из-под матового шара излучателя, бегала пульсирующая боль. Шаром излучателя неустанно водил медицинский робот, но шар был один, а очагов боли - несколько, и медробот банально не успевал. Увы, но использование второго блокиратора нервных импульсов могло привести к чему-то, отдаленно напоминающему резонанс, и, как следствие, некрозу живых тканей.

– Завтра.
– Так же хрипло ответила из соседнего мед-кокона Мисаки.
– С отцом связался лично Светозарный. И отец приказал... Вполне логичный приказ, между прочим. Кто-то ожидал чего-то другого?

Они с Мисаки лежали в огромной палате. Белая чистая зала удручала своей стерильностью - тут не было ни одного красного, желтого, зеленого или синего пятнышка - только девственно белый с черными вкраплениями.

Почему их - парня и девушку - положили в одну палату, Олег сообразить никак не мог. Конечно, сероватый гель надежно скрывал голое тело, а наружу выглядывало только лицо. Но ведь время от времени проводились процедуры, гель спускали, их вдвоем одновременно (!) обтирали какими-то губками... И при этом не ставили между ними даже ширм! Любуйся прелестными "эльфийскими" округлостями и изгибами, сколько хочешь!

Да что там! Их коконы даже разместили рядышком, "валетом", будто позаботившись, чтобы пациентом было максимально удобно общаться! Если б тело было скрыто только гелем, можно было бы трогательно взяться за ручки - взаимное расположение было для этого идеальным. Но кроме геля был еще корпус кокона...

– Ну, надо же, какая честь!
– Притворно восхитился Олег.
– Лично Светозарный Добиро!

– Паясничаешь? Зря. Их Величества являются гарантами нашей учебы по обмену.

– А кто с нашей стороны? Или, как обычно, "секретные сведения"?

– Какие ж они секретные - об этом тогда все новостные сайты трезвонили... Граф Семицветов. Младший, конечно. Гостит сейчас в резиденции нашего клана на Эдо. Тома писал: неплохой паренек, веселый.

Боль навалилась в очередной раз с новой силой. Задыхаясь, Олег прошипел:

– Гребанный Мельниченко! Так примитивно взять меня "на слабо"! Мы ведь с тобой даже близко про спарринг не думали! Коз-з-зел!

– Да, уж! Ну, у тебя будет хоть какое-то моральное удовлетворение - начистишь ему рыло.

– Дудки! Я теперь - пилот-сенс. Даже если б не хотел, все равно убью ненароком. А пользоваться этим научусь года через три, не раньше.

– Да? Действительно. Жаль. Меня в ближайшие годы за границы Империи уж точно не выпустят. Ну, тогда начистишь через три года. Тоже мне - нашел проблему...

– К тому времени его прибьют без моей помощи. Говнюк!

Олег помолчал, пережидая приступ особо сильной боли в правом плече.

– Может, обойдется?

Мисаки, как всегда, прекрасно поняла, что он имел в виду:

– Не-а... Сам должен понимать. Необученный сенс-пилот. На своей территории. Нонсенс. А уж на чужой...

Мисаки помолчала. Олег и сам все прекрасно понимал.

– Будешь по мне скучать, Олег?

– Что? Я? Смеешься!
– Возмутился Олег.
– С чего мне скучать!

Как всегда, Мисаки он обмануть не смог.

– Бака!
– Хмыкнула Мисаки.
– Секс с тобой был приятен. Я тоже сильно скучать не буду, но полноценную тебе замену придется поискать. Впрочем, у тебя с этим тоже будут проблемы - в постели я была хороша-а-а!

Несмотря на боль, Олег почувствовал, как жар заливает лицо, находящееся над поверхностью геля. Он даже закашлялся.

– И краснеешь, будто девственник! Странно, я у тебя совершенно точно не была первой! Может быть, была второй? А первой у тебя была какая-нибудь опытная женщина, старше тебя раза в два. Угадала, да?

– Вот что меня в тебе всегда подкупало, Ми-тян, так это беспардонность, помноженная на отсутствие комплексов, доходящая до бесстыдства и асоциальности!
– Выдавил из себя красный, как рак, Олег.

– Я такая!
– Весело оскалилась Мисаки.
– Умеешь ты... классифицировать!

А Олег внезапно понял и мысленно обозвал себя бесчувственным пеньком:

– Больно, Ми-тян?

– Терпимо.
– Сквозь зубы.
– Женщины вообще выносливее мужчин. Боль во время родов убьет любого мужика. Если б вы еще рожать умели...

Олег остро (с какой-то даже ненавистью) пожалел, что не может вытащить руку из кокона... Корпус его кокна со стороны Мисаки затрещал, образовалась шишка-вздутие и разбежалась паутинка трещин.

– Эй-эй! Держи себя в руках, мечник-сан!
– Несмотря на боль, Мисаки весело рассмеялась.

– Что-нибудь помнишь? Из вчерашнего.

– А чего тут помнить-то? Мне же запись прокрутили, чтобы отвлечь! Было круто! Правда, нихрена меня отвлечь не смогли. А вот если предположить, что и отец с этой записью ознакомился... ничего удивительного, что он принял решение о моем срочном возвращении. А если запись видела дражайшая матушка... то папеньке кирдык - хаха-уэ никогда не упускала случая опровергнуть слухи о своей якобы хладнокровности. На редкость упорные слухи, кстати.