Чтение онлайн

— А сын?

Вольф Старки, давно тянул одну лямку с Форни и хорошо знал отношение своего зама к двум своим сыновьям. — Нашли, ранен и не один он такой, медкапсул не хватает на всех. Только у нас в команде погибло шестеро пилотов и много раненых, в том числе и Уилли, оторвало руку.

И перейдя на официальный тон обратился к старому другу:

— Господин адмирал, распорядитесь, чтобы медики подготовились. И по тону полковника, адмирал Старки понял, что тот что-то не договаривает.

Между тем, Форни продолжил его удивлять:

— Нас лучше принять на пятнадцатом причале и кроме того нужна охрана с конвоем. У нас сто двадцать пять освобождённых, в том числе, около тридцати наших лучших друзей. Притом очень недовольных условиями жизни на рейдере и не нужно чтобы они увидели лишнее. — Это то, о чём я думаю?

Форни хорошо знал своего шефа, понимая его с полуслова, поэтому кивнул головой:

— Да, то и ещё какая-то их шишка среди них. Так что, желательно применить к ним первый протокол, полный, с изоляцией. Да и остальных, кроме экипажа «Звезды Ламира» и аграфов, ещё есть чужаки.

Скажу сразу, не хотелось бы утечки информации с этого рейда, не всем её нужно знать. Остальное при личной встрече.

Озадаченный последними словами, Старки кивнул головой:

— Хорошо, стыкуйтесь и сразу же ко мне, жду тебя и капитана рейдера с подробным докладом. Напустили тут туману…

Закончив диалог этими словами, адмирал задумался. Пятнадцатый причал использовался его службой для особо секретных операций и то, что Форни, зная это, назвал именно его, подкидывало неясности… что же там произошло?

— Только аграфов тут не хватало, — пробурчал он, вызывая адьютанта.

* * *

Уже после стыковки рейдера, когда Корнев с полковником Форни спустились на палубу дока, произошла одна встреча, надолго испортившая обоим настроение. Из толпы аграфов, буквально перед ними выведенных на причал с борта рейдера и окружённых вооружённой охраной, выскочил один них, и остановился прямо перед ними.

Бывшие для Макса, на одно лицо, слишком смазливое, чтобы чем-то выделяться из остальной толпы. По аналогии с азиатами, на первый взгляд кажутся все одинаковыми и только со временем начинаешь их различать.

Но этот, выделялся и из соплеменников. У них всех, высокомерие в крови, а у этого перехлёстывало через край. Да и сказал он всего пару фраз. Нет, не благодарность за спасение, а звучало это так: — Вы! Двое червей, унизили меня, барона Ли, Скрольхета. Проявив неуважение и заставив жить на вашем корыте в скотских условиях. Я этого не прощаю никому, берегитесь. Всё это сопровождалось тыканьем тонкого и длинного пальца в грудь Макса. Опешившего и не ожидавшего такой реакции. Спасли, довезли до цивилизации и на тебе.

Растерянность, длившаяся несколько секунд, ушла и Макс внимательно рассмотрел этого недовольного. На первый взгляд, аграф, как аграф, вроде ничем не отличается от своих соплеменников. Разве что, только гербом на плече лёгкого скафандра: изображавшим, то ли ящерицу, то ли дракона кусающего свой хвост. Злости на этого сверхчеловека не было, только досада за испорченное настроение:

— Да, пошёл ты, — только отмахнулся он и, отодвинув ушастого, прошёл мимо него.

От неожиданности этого жеста, аграф опешил, оставшись стоять на перроне, что-то возбуждённо говоря обступившим его соплеменникам. — Эта обезьяна может доставить хлопот, — через некоторое время, когда они уже подходили к кабинету адмирала, прервал молчание Форни: — Я сейчас навёл справки и из того, что у нас на него есть — очень гадкая и мстительная сволочь. Племянник какого-то министра при их дворе.

На что Макс отмахнулся, имея в кровниках лорда Шохриэля, смешно обращать внимание на угрозы ещё одного ушастого, неважно чьёго племянника:

— Да, пошёл он… Что он может мне сделать. Одним врагом меньше, или больше, разница небольшая.

Но Форни так не считал, не разделял его беспечности и тон голоса у него был серьёзный:

— Официально ничего, а неофициально, фантазия у них богатая. На всякий случай без охраны не ходи, даже на станции.

Целый час, адмирал Старки расспрашивал Макса и смотрел файл с кратким отчётом. После чего, согласовав оплату и дав добро на ремонт рейдера силами флота, отпустил его и выходя в приёмную, Макс увидел в ней с десяток человек, в чинах не меньше майора, ожидавших совещания. Машина закрутилась и уже чувствовалось, что в ближайшие дни не будет покоя. Служб много и каждый захочет получить информацию из первоисточника. Вопреки уже сложившемуся мнению о нём, адмирал встретил их приветливо и даже по отечески обнял обоих, но всё его настроение мгновенно увяло, когда узнал о потерях. Особенно поразила его гибель звена «Дакеров», такого не случалось давно, как бы, не со времён войны. Машина избыточно бронирована, особенно кабина пилотов и уже давно служила эталоном надёжности. Прямым попаданием из туннельного орудия можно разбить сам штурмовик, но пилот оставался жив, практически, всегда и то безобразие, оставшееся после единственного удара, не могло добавить настроения.

И не только сам штурмовик так подействовал, а ещё и фото тел погибших пилотов. Форни скинул на его нейросеть, выводы и предположения по всем непоняткам, специально для него приготовленные.

Более расширенный ролик с информацией по различным разделам военной науки, это для экспертов, что сразу после ухода Макса зашли в кабинет адмирала.

Пусть заседают и ломают головы, без него, они наёмники и свою работу закончили. Отвечать на вопросы придётся и от этого никуда не денешься, но позже, пусть пока поварятся в своём соку. Всё что сейчас происходит в адмиральском кабинете, он будет знать, Чен профильтрует и доложит выжимку, самую суть. Как-то на досуге, Макс просмотрел статистику спасения экипажей по флоту, в различных случаях, в том числе и аналогичных этому. Мрачновато и на ночь лучше не читать, спасено всего семь процентов из ста, и эта статистика за много лет.

* * *

— Меня интересуют твои впечатления об этом экипаже, а о командоре особенно. Кстати, почему он выбрал это звание? На нашем флоте его нет, — в лоб спросил адмирал, когда в кабинете они остались вдвоём с Форни.

Остальные разошлись и дело нашлось каждому, трёх экспертов отрядили на рейдер, свежим глазом осмотреть повреждения его корпуса. Остальных в закрытый док малой верфи, что подчинялась их отделу и куда перевезли пострадавшее звено «Дакеров».
– По званию, это что-то из их истории, во всяком случае, мне так объяснили. Вторая причина, экипаж у них сборный, и бывшие военные, и гражданские, так решили для выделения должности капитана из этой разношёрстной массы.

Как бы ни было, но экипаж его уважает и не даром, в этом я сам убедился. Если бы не знал, кто он и откуда, то по стилю боя, а это он управлял рейдером в столкновении, по стилю боя и навыкам, это ветеран имеющий за спиной не один десяток таких противников. Услышав это откровение, Старки искренне удивился:

— Вот как!? А я думал, что за штурвалом Шенк, или их первый пилот. Форни покачал головой в отрицании:

— Нет, уничтожение диска, это заслуга командора, уже потом, после того удара, не успев разорвать слияние и загремев в медкапсулу, передал управление Шенку. И во время атаки штурмовиков на рейдер, с этим уже Шенк с Зоргом управлялись. Но это уже без меня, видел это в записи, после штурма паучьего гнезда, чтоб его ящер забрал вместе с его создателями, — довольно эмоционально закончил свой ответ полковник. — А, какова реакция Шенка и остальных ветеранов на его действия? — не унимался Старки и было заметно, что не просто из любопытства интересуется личностью Корна.

— Ты знаешь Вольф, я специально наблюдал за этим, — крутя в руках бокал с виски, задумчиво проговорил полковник:

— Когда командор взял на себя управление, то Шенк немного напрягся, и его тревогу можно было понять. Уж очень ответственный тогда был момент, атакует чужой корабль и неизвестно как поведёт себя новый пилот. Но через пару минут он расслабился и до конца боя я не слышал от него замечаний, ни по пилотированию, ни по ведению боя.

О чём-то задумавшийся Старки не унимался: