Чтение онлайн

— Ты знала? У древней цивилизации было нечто, названное ядерным оружием. Это смесь радиоактивных элементов. Одна бомба могла стереть целый город.

— Город…?

Я не могла представить, зачем кому-то такое оружие. Даже если в споре они могли разрушить город, захватить гору Фуджи, победа стала бы бессмысленной.

— Таким оружием очень сложно управлять. Страны создавали бомбы, придумывали новые… но, может, сейчас ситуация даже хуже.

— Не понимаю. Так того оружия больше нет?

— Верно. Теперь мир наполнен кое-чем более опасным.

— Чем?

— Людьми.

Томико почесала полосатого светлого кота под подбородком, и его урчание напоминало гром.

— Вспомни мой рассказ. Один бес смог легко убить всех в районе. А отличие от ядерных бомб, бес убивает, пока позволяет его тело… а демон кармы может привести к концу жизни на Земле.

— Но это особые случаи, и если мы будем следить…

— Это работает не так. Ты думаешь о процессах, при которых проклятая сила может выйти из-под контроля. Настоящая проблема в том, что проклятая сила — безграничная энергия. Сейчас на архипелаге живет около пятидесяти тысяч людей, и ты должна представлять, что у каждого есть разрушительный потенциал ядерного оружия… и когда два оружия пропадают, как с ними разбираются?

Кот с узором панциря черепахи был вдвое больше льва. Он встал и потянулся, зевнул, показывая острые зубы. Он не заметил меня, лениво ушел, половицы скрипели от его веса.

Я бы соврала, если бы сказала, что слова Томико потрясли меня. Я так еще не смотрела на людей. Люди у власти точно смотрели на все с этой точки зрения, готовились к худшему. Но тогда я посчитала это паранойей старушки.

— Верни их, — сказала она. — Если хочешь, чтобы они жили, верни их. Я обещаю, ты будешь в безопасности. Если они продолжат скрываться, долго не проживут.

— Как так?

— Отдел образования направит все силы на их истребление. Ближайшие колонии бакэ-недзуми получат приказы убить их. И это не все. Все соседние районы узнают об этом — Широиши-71 в Тохоку, Тайнай-84 в Хокорику и Коми-95 в Чуубу получат письма с просьбой помочь в их истреблении. У них свои методы борьбы с угрозой, которыми они защищают себя.

— Это так жестоко!

— Да, так что верни их. Я дам тебе три дня. Я задержу Отдел образования на три дня. К тому времени тебе нужно найти их и вернуть, даже если придется связать их и притащить силой. Не переживай. Ты сможешь.

Я села прямее и глубоко вдохнула. Сомнений не было. Я уже приняла решение.

— Понимаю. Я сразу же займусь этим.

— Удачи.

Я встала, поклонилась и собралась уходить. Взгляд упал на черно-серого кота. Он щурился, покачивал хвостом в стороны. Он словно прощался со мной, но напоминал при этом кота, охотящегося за птицей.

— Я была бы добычей этих котов, если бы не вы, да? — я благодарно посмотрела на Томико, замерев у порога.

— Даже не знаю, — она слабо улыбнулась.

В голове возникло еще несколько вопросов.

— Но почему вы так сильно… влияете?

Томико не ответила. Я стала сожалеть, что задала грубый вопрос, а она подошла ко мне.

— Я отведу тебя к пристани. А потом скажу твоим родителям, куда ты ушла.

— Спасибо.

Мы покинули Отдел образования вместе, словно внучка с бабушкой. Снег еще шел, мелкие снежинки плясали вокруг нас. Изо рта вылетал белый пар. Я оглянулась на злое здание. Чудо, что я вышла оттуда живой.

— Твой вопрос… — Томико подняла руку, ловя снег.

Ее ладони были неожиданно молодыми. На запястье не было морщин, вены не проступали под кожей. Снежинки таяли на ее ладони.

— Думаю, это хороший шанс рассказать тебе кое о чем.

Я сглотнула и ждала продолжения.

— Да, у меня большая власть в районе. Может, я могла бы стать тираном или монархом, если бы хотела.

Вряд ли она шутила. Она расправилась с жутким Отделом образования как с детьми.

— Знаешь источник власти? Тебя толком не учили истории людей, так что вопрос может быть сложным. В прошлом люди использовали жестокость, страх, богатство, религию и прочее ради получения власти. Я это не использовала. На моей стороне было только… время.

— Время? — я не понимала.

— Да. Я неприметна, но у меня много времени.

Мы добрались до пристани. Лодка, которую Томико приготовила для меня, уже была там. Когда она отдала приказ для этого? Форма была для быстрого путешествия, и там были лыжи, похожие на те, что я использовала до этого.

— Саки, сколько лет ты бы мне дала?

Вопрос был сложным. Было бы грубо дать ей больше, чем было, но я не могла угадать, так что сказала то, что думала:

— Около шестидесяти… семи?

— Неплохо, я удивлена… Две цифры ты угадала, — она улыбнулась. — Мне 267.

— Невозможно, — рассмеялась я, думая, что это шутка.

Но ее выражение лица не изменилось.

— Случай с бесом произошел, когда я была медсестрой 245 лет назад. Я во главе Комитета этики уже 170 лет.

Я не могла поверить в это.

— Н-но как вы… — я даже не могла закончить.

— Как я столько прожила? Почему так юна? О, не смотри на меня как на привидение.

Я покачала головой.

— У меня всегда были средние оценки использования проклятой силы. В нынешней академии мне было бы сложно на уроках второго года. Но я могу делать то, что не может никто, даже Шисей. Я могу регенерировать свои теломеры. Знаешь, что это?

— Нет.

— Ясно. Даже это скрыли. Теломеры — концы наших хромосом. Каждый раз, когда клетки делятся, теломеры сокращаются немного, ведь не могут полностью регенерировать. Как только теломеры изнашиваются, и клетки не могут восстанавливаться, наступает смерть. Длина наших теломер определяет длину наших жизней. Это как длина воска свечи.

Мои знания по биологии были ограничены уроками, так что я не до конца понимала Томико. Но она объяснила довольно доступно. Ядро клетки делит двойную спираль своей ДНК для репликации. Со временем концы нитей ДНК укорачиваются. Если бы было возможно восстановить эти части до их первоначальной длины, вечная жизнь была бы реальной возможностью.

— …и хотя Сатору связан со мной родством, он — не мой внук, — сказала Томико с улыбкой. — Я помню рождение своего первого внука 210 лет назад. И мои внуки милее других детей. Я помню их как ангелочков. Но это не чувства бабушки и внуков. Сатору отделен от меня девятью поколениями, у него только одна 512-я моих генов. Я все еще восхищаюсь им, но не чувствую как родственников.

Видимо, то, что Сатору звал Томико «бабушкой» было неправильным. И его две настоящие бабушки могли еще жить, делая ее незнакомкой.