Далина. Том первый. Жертва коня
Шрифт:
Теперь Лиам проявляет внимательность. Он прикладывает к моему лицу влажное полотенце и вытирает кровь, текущую у меня из носа и ушей. Он избегает моего взгляда, пока я смотрю на него. Кто сейчас играет в страуса? Ха-ха. Я всё ещё жду возвращения обрывка памяти, который он у меня украл. Это его проблема, если он нарушил правила.
От нетерпения я в конце концов прочищаю горло.
– Я жду.
– Здесь? Прямо сейчас? Пока у тебя ещё идёт кровь?
– И что? – я стреляю в него взглядом. – Все изменения, которые претерпели возрождённые, были направлены на то, чтобы сделать нас сильнее, верно?! Тогда докажи, что ты хорошо поработал, и верни мне мою память.
Он заливается смехом. Почему, когда я злюсь, мои эмоции выглядят неестественными? Это безумие!
– Ты сама этого захотела.
Он на несколько мгновений отходит, чтобы достать флакон, запертый в потайном шкафу, и протягивает его мне. Я наблюдаю за фиолетовой жидкостью внутри.
– Что это, чёрт возьми, такое?
– Зелье. Оно вернёт тебе память.
Я вздыхаю. Почему он всё время заставляет меня вздыхать? Я хватаю зелье и одним глотком выпиваю весь флакон.
– Ты с ума сошла! Не так быстро!
В ответ я второй раз стреляю в него взглядом. Именно тогда меня охватывает новое головокружение до такой степени, что я позволяю флакону разбиться об пол, в то время как Лиам ловит меня и укладывает на кушетку у стены.
Когда я закрываю глаза, воспоминания возвращаются ко мне. Как я могла забыть всё это? Лиам был моим другом. Не просто знакомым или приятелем, с которым я выпивала. Настоящим другом, которому я доверяла! Человеком, который всегда поддерживал меня… которого я считала надёжным до такой степени, что он защищал меня и мои интересы. Воспоминание о нём, будто это была наша первая встреча – ложное. Он имплантировал его мне, потому что не мог выбросить из головы. Наоборот, это была наша последняя встреча в аэропорту, а не первая… Он сопровождал меня, чтобы убедиться, что у меня не будет проблем.
Между нами никогда ничего не было. Мы были друзьями, и он поддерживал меня во всех моих начинаниях. Он тот человек, который приходил ко мне домой с шампанским в час ночи после работы, чтобы отпраздновать мой переезд в новую квартиру (которую он мне нашёл), а затем ложился спать на диван. Он также был человеком, который познакомил меня со своими друзьями-бизнесменами и пригласил меня посетить крупнейшую мануфактуру столицы, чтобы помочь мне в создании собственного бизнеса. Он был рядом, даже хотя я не хотела парня, в которого могла бы влюбиться. Вот насколько велика его непредубеждённость и бесконечная доброта.
– С тобой всё в порядке? – спрашивает он меня, подходя ближе.
Неважно, сказал бы он эту фразу или что-то другое, я бы всё равно это сделала… Я встаю и даю ему пощёчину!
– Я это заслужил, – говорит он с улыбкой, которую едва пытается скрыть.
Затем я прыгаю к нему в объятия, слишком счастливая, что снова его нашла.
– Никогда больше не делай со мной такого, иначе в следующий раз тебе понадобится лечебное зелье, – прошептала я ему на ухо.
– Обещаю.
Вот тут-то я понимаю, что собираюсь предать одного из моих лучших друзей. Одного из тех немногих людей, которым я доверяю, чтобы защитить себя. О, нет! Слёзы текут сами по себе. И он начинает извиняться, всё сильнее сжимая меня в объятиях, потому что убеждён, что моё горе – его вина. О, вот и всё, но что я сейчас делаю? Каким человеком я стала? Я не могу предать одного из самых близких мне людей, тем более что он никогда бы не нанёс мне такого удара. В глубине души я всегда это знала. Я плохая.
– Нет, не волнуйся, тебе не нужно извиняться. Правда! Мне очень жаль… Это всё эмоции бьют через край. Всё это – симуляция, встреча с тобой, этот новый мир, мои способности – то, от чего можно сойти с ума! Мне просто нужно навести порядок в своей голове.
В этот момент Эмили находится в панике. Через приоткрытую дверь я вижу за пределами кабинета колоссальный беспорядок: перевёрнутая мебель, разбитые окна…
– Я признаю себя виновным, – шутит Лиам, который всё ещё крепко держит меня в своих объятиях, хотя медсестру это совсем не рассмешило.
Пусть это безумно, но я чувствую себя хорошо в его руках. Эмили, игнорируя наше приветствие, сухо отвечает:
– Здесь клиника. Для этого есть другие места. Иначе для чего нужны миллионы, вложенные нашим Королём? Я звоню Флоре…
Но когда она собирается выйти, её глаза расширяются от удивленияи, и она спрашивает:
– Айзада? Это Сперо?
Оторвавшись от Лиама и быстро вытерев слёзы, я поворачиваю голову в том же направлении, что и ошеломлённая медсестра. Сперо, несмотря на свою призрачную внешность, был хорошо различим. Мой вновь обретённый друг берёт слово:
– Видишь ли, Эмили, с твоей подопечной всё хорошо. Нет причин для беспокойства.
Бросив пренебрежительный взгляд, она игнорирует доктора и обращается непосредственно ко мне:
– Увидимся на следующем сеансе.
Затем она поворачивается на каблуках и выходит, не говоря ни слова и даже не хлопнув дверью. Я никогда не видела её такой расстроенной.
Сперо уже был частью моей жизни до моего Возвращения. Это животное – источник, чьё существование призвано успокаивать и защищать, когда в этом возникает необходимость. Я, естественно, представляла себе крылатого коня. Когда я разговаривала об этом с Эмили, медсестра разразилась смехом, указав на мою неспособность выбрать настоящее животное.
Мы с Лиамом снова остаёмся одни, уставившись друг на друга как идиоты. Проблема в том, что, хотя мы во многом близки, мы не можем быть вместе. Из того, что мне дали многое понять в Сопротивлении, наши взгляды на мир слишком разные. И если бы нам случайно пришлось быть вместе, это, вероятно, было бы благодаря или из-за (я не слишком уверена, нужно мне это или нет) очередной стратегии достижения наших целей с отступниками. Я вздыхаю. О боже, как я смею так с ним поступить? Разве я не должна вместо этого предать Сопротивление? Лиам – один из трёх людей, которых я встретила в Кыргызстане, которым я пообещала быть верной. Мне всё это надоело. Я об этом не просила. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое… И я жила своей жизнью. В Лилле и Бишкеке. Вот так. Это был истинный базовый план. Заметьте, я всё ещё могу мечтать.
Я снова сосредотачиваюсь на напряжённом взгляде Лиама. Моё сердце пропускает один удар. Я вздыхаю. Почему он должен быть… им?
– Клянусь, это было неожиданно, – сказал он, поглаживая меня по щеке.
Я пытаюсь замедлить сердцебиение, делая короткий вдох. Зачем ему надо было это говорить? Теперь это становится слишком реальным. Поскольку я молчу, у Лиама есть правильная идея положить конец моим мучениям, принеся мне новое укрепляющее средство. И это происходит очень кстати… потому что, подожди я ещё несколько секунд, и я бы точно поцеловала его! Затем доктор предлагает мне пойти отдохнуть, не забывая заскочить в кафетерий, чтобы перекусить.
Отличное развлечение. Я выбегаю из кабинета, пытаясь справиться со своими эмоциями. Чёрт возьми! С точки зрения бессмысленной и совершенно безумной жизни, мы здесь находимся на том же уровне, что и в Кыргызстане. Я не знала, что это возможно. По крайней мере, мне не нужно было искать еду, потому что, когда я снова иду в свою комнату, чтобы принять душ, я сталкиваюсь с Сайто на одной из кухонь. Он был занят более трёх часов, проводя кулинарные эксперименты. Он, кажется, успокоился, увидев меня в отличной форме. Он предлагает мне присоединиться к нему после душа, чтобы пообедать с ним, на что я с радостью соглашаюсь.