Дальневосточный экспресс (версия 2.2)
Шрифт:
– Помогите! Кто ни будь, помогите!
Огненная лужа постепенно уменьшает спасительный островок, удушающая копоть клонит к земле, чтобы вдохнуть снова. Два сигнальных жилета яркими пятнами проносятся мимо, просьба о помощи заставляет станционных работников прекратить бег и подойти к воротам. Один из спасителей предлагает матери:
– Нужно спасти ребенка первым. Можно его просунуть под воротами.
Заплаканная мать соглашается.
– Да, хорошо.
Дрожат девичьи руки, держа на ладонях «кроху». Сдирается кожа с костяшек суставов кистей рук об асфальт, концы стальных прутьев ворот пачкают пеленки. По ту сторону работник нежно принимает драгоценную жизнь.
– Не беспокойтесь. Я вынесу ребенка из опасной зоны. Мы будем ждать вас.
Девушка всхлипывает.
– Спасибо вам.
Другой работник приступает к спасению взрослых. Вынимает из кармана желтухи связку ключей. Как обычно, первый ключ не подошел, как и второй, а затем и третий.
Спутники девушки подгоняют:
– Давай быстрее! Быстрее!
Один из трех мужчин снимает куртку, накрывает ею разливающуюся горящую лужу, кабы выиграть время. Перекрытой площади явно мало. Без лишних слов, остальные спасающиеся, поняли задумку. Верхняя одежда становится временным барьером, оттягивающим смерть.
Парень в желтухе внезапно заканчивает попытку отпереть ворота – позади несчастных выкатывается одинокая цистерна. Мужчины, уловив точку внимания, оборачиваются. Сталь бумагой рвется – взрыв. Растет объем сжигаемого кислорода. Ветер огня проникает в арку, к решеткам прижимает тела, срывает плоть с костей. Поток отбрасывает станционного работника, оставляя от одежды прах. Легкие захлебнулись огнем.
Осиротевший ребенок оплакивает родителя. Молодой человек разделяет его печаль: выкатилась слеза, мокрая дорожка появилась на щеке.
Техногенная авария ступает на пятки, лихо выгоняет народ из вокзала через парадный вход. Некоторых пассажиров, сумевших обмануть смерть, несчастье застало в голом торсе, в домашних тапочках, а то и вовсе босым. Раздается грохот, из выбитых витрин, пробив зал ожидания, выливается лавина огня. Вдогонку, пассажирский вагон вылетает из пламени. Припаркованные машины с шашечками на привокзальной площади смягчают его приземление.
Догореть бензовозу суждено в черте города. Одна из главных дорог проложена под железнодорожным полотном. Автомобильная пробка медленно ползет по улице. Со стороны станции видно, как сквозь рваную копоть пробивается огонь. Черное облако обволакивает здания. Запылали гаражи около горловины станции. Цепной реакцией рвутся оставшиеся вагоны. Взрывная волна пинает локомотив нефтяного состава. Подлетает задняя секция, токоприемник на нем перерубает контактный провод. Задняя часть электровоза падает с высокой насыпи на четыре автомобиля. В одном из них: затрещали спинки сидений, когда крыша раздавила головы; стойки амортизаторов пробили кузов, когда трупы сравнялись с полом; двигатель коснулся асфальта, когда руки и ноги вывалились из салона.
Река пламени стекает на дорогу, в ней тонут десятки машин. Спасаются водители и пассажиры. Кто-то выскочил из-за руля и при этом решил забыть о мальчике в детском сиденье. Неподалеку толпа высыпает из автобуса, среди них студент с рюкзаком. Для него, плачущий ребенок в седане, оказался небезразличным. Юноша сообразил, что открыть двери помешает плотный поток спасающихся людей. Длинные ноги легко переносят на багажник, под кроссовками бухтит железо. Прилаживая недюжинные силы, студент топчет заднее окно. На пятую попытку стекло посыпалось в салон, часть осколков угодила за шиворот ребенка. Парень аккуратно выгребает горсть.
– Тише-тише пацан, терпи!
Пальцы нажимают на замки, щелкают фиксаторы. Ремни безопасности отброшены – маленький участник событий на свободе. Студент прижимает ребенка к груди, тот обнимает его словно родного. Топливные баки автомобилей поджариваются, будто на сковороде. Запредельная температура приводит к детонации. Подлетают машины. Студент с ребенком на руках бежит по крышам транспортных средств. Сзади подпрыгивают легковушки с развороченными багажниками.
Трамвай, плененный пробкой, передом смотрит во всепожирающий пожар. Девушка-водитель включает задний ход. Замечает студента, нагруженного рюкзаком и ответственностью за начатую жизнь. У него с каждым пройденным барьером улетучиваются силы. Девушка, кнопкой на панели управления отворяет переднюю дверь, подгоняет юношу:
– Садись! Скорее!
Молодость выносит нагрузки. Пацан, на последнем рывке спрыгивает с капота на твердую землю, затем ступает на подножку трамвая, где свободные места ждут слева. Малыша осторожно усаживает у окна. Студент плюхается рядом. Часто сокращается грудь от легких, жадно хватающих воздух. Еще десятки пассажиров в салоне, верят в надежность трамвая.
Рельсовый транспорт тронулся задним ходом, ледоколом расталкивает машины. Скрежет металла пробегает по бортам. Дышло сцепки врезается в мини-вэн с размаху, вскрывая ему капот. Толчок сбивает с ног пассажиров. К веренице, со звоном разбитых фар, присоединяется универсал, а затем джип, чей кенгурятник выдавил заднее окно. Электродвигатель завыл, колеса шлифуют рельсы, брызжут искры – набранный вес уже не столкнуть. По громкой связи сообщение:
– Все на выход! Не проехать дальше!
Заведомо открытые двери в пользу быстрой эвакуации пропустили пассажиров, салон опустел. В это время, эпицентр взрыва выплевывает автомобиль, представительского класса. Весь в огне летит в лоб трамвая. Груда железа втыкается в кабину – задняя стенка орошается кровью девушки-водителя.
Микроавтобус, лишившийся окон и бампера, с закопченным задним номером, стоит рядом с больницей. Сотрудники ООНЛОП передают двух раненых гражданских лиц в руки медиков.
Сотовый орет в кармане камуфляжных брюк, вибратор щекочет бедро. Вызов принят, динамик подносится к уху. Голос начальника дороги из Иркутска:
– Казанок! Что происходит? Почему никто не отвечает?
Под тенью мрачной тучи копоти Виктор доносит не менее мрачную весть:
– Глеб Велорьевич. Вся станция сгорела. Десятки погибших, а возможно и сотни.
– Как!? Почему!?
– Это наверняка, дело рук тех ублюдков, засевших в пассажирском экспрессе! Они знали, что нам понадобится скоростной локомотив. Решили действовать на опережение. Но его уничтожение привело к более серьезным последствиям.
Шеремет выдержал паузу.
– Понятно, возвращайтесь немедленно! Необходимо поискать другие методы решения проблемы.
Начальник дороги хватает микрофон громкой связи. Зал центра управления перевозками заполняется его голосом:
– Нацелить оптику спутника на станцию Улановка.
На основном экране появляется видеоизображение с космического «ока». Увеличивается квадратный кусок, отрезанный от республики «Бурятия». Виден город, заслоненный на половину дымом. Черная рана, источающая огонь, зияет на лице земли. Все присутствующие в зале молча встают. Траур на лицах. Кто-то про себя:
– Господи боже.
Указание Шеремета заканчивает минуту молчания:
– С запада и с востока направить ближайшие пожарные расчеты. Свяжитесь с МЧС в Улан-Удэ, пусть помогут. Восстановительные поезда должны быть наготове. Привлечь бригады всех служб с соседних дистанций. После тушения пожара необходимо восстановить движение поездов по главным путям в течение суток. Все пассажирские и грузовые поезда направлять по северной ветке. Выполняйте.
Сирена слышна в каждом уголке города «Улан-Удэ». Проблесковые маячки синими гирляндами растянулись по улицам. Белеют кареты скорой помощи, краснеют колонны пожарных машин – все съезжаются к очагу.