Чтение онлайн

От волнения в обычно правильной речи старшего лейтенанта стал проскальзывать легкий акцент.

– Ахпер, - обратился к нему Виктор, усвоивший от матери два десятка слов на армянском, зачем горячишься?

– Понимаете, товарищ майор, Поплавский предлагает мне внедряться на рынок. Чем мотивирует? Ты, говорит, за своего там сойдешь! А у меня мама и папа артисты, для меня театр - дом родной! Кинематограф тоже...

– Дом?
– подсказал Быков.

Алик только махнул рукой.

– ... Кинематограф родной брат театра! Зачем мне не пойти к каскадерам? Я кандидат в мастера спорта по стрельбе. Рассудите, товарищ майор!

– Алик, скажи, ты в автомобилях разбираешься?

– Я, конечно, не Шумахер...

– Я не об этом: водить мы все умеем. Я имею в виду, можешь ли ты починить какой-нибудь жиклер, заменить распредвал? Нет, и поэтому на автосервис пойдет Быков. А кто лучше разбирается в Интернете, ты или Поплавский? Ну, раз Славик, значит, ему сам Бог велел задружить с порнографами! Я вот, например, умею фехтовать и скакать на лошади. Поэтому, хотя меня совсем и не тянет в этом расследовании мир искусства, я займусь каскадерами. Кто же у нас остается?

Базарджян набычился и совсем повесил нос.

– А остается у нас единственный человек, который сможет сыграть самую трудную роль - проникнуть в сплоченное сообщество рыночного криминалитета. Он не только подающий надежды сыщик, но и обладатель диплома Российского государственного торгово-экономического университета, бывшего Института советской торговли. Я даже знаю, как его зовут, - с этими словами Виктор хлопнул слегка повеселевшего Алика по плечу.
– Тебя же никто, ахпер-джан, не посылает торговать на базар урюком!

– Лихо ты нас распределил по нашим возможностям, но поинтересовался ли ты нашими потребностями?
– так сформулировать вопрос мог, конечно, только Слава Поплавский.
– Могу тебе напомнить, что Старый К, - при этих словах Алик конфузливо посмотрел на дверь, - рекомендовал нам "выбрать дело по душе". Так вот, официально заявляю, что порнография мне не по душе. Ты можешь мне только приказать, но имеешь ли на это право?

Баранов не мог с точностью утверждать, была ли это попытка бунта, или способ прекратить протесты Алика, однако ударил по мастерски поданному Славой мячу от души:

– Полковник Козлов назначил меня ответственным за операцию по вызволению Гусева, - официальным голосом объявил он. Сомневающиеся могут попросить подтверждения лично у Климента Степановича.

Сомневающихся не нашлось. Выдержав необходимую паузу, майор предложил закончить митинг, разойтись, и в пятнадцать часов собраться для обсуждения легенд.

– К полковнику лучше не идти с совсем уж сырым материалом, - объяснил он это свое решение.
– Прошу вас придумать что-то совсем простое, поскольку на подготовку сложных комбинаций у нас нет времени. Все свободны!

Придумать правдоподобную легенду - вымышленное жизнеописание, - достаточно нетрудно. Значительно сложнее бывает обезопасить агента: легенда всегда проверяется, с той или иной степенью тщательности, и вот эта "страховка" обычно бывает весьма трудо- и времяемкой. Впрочем, хорошая проверка тоже требует некоторого времени, поэтому в данной конкретной операции, которая должна была закончиться до полудня пятницы, стороны были в равных условиях: на все про все отводилось два - два с половиной дня. Поэтому на этот раз "страховка" могла быть минимальной. Но оставалась третья, порой самая трудная часть комплекса мероприятий по внедрению: агента еще нужно подвести к объекту так, чтобы это выглядело результатом естественного развития событий, пусть даже и случайным. В этом смысле, конечно, лучше всего подходит рекомендация кого-то, кто пользуется полным доверием представителя противоположной стороны. Нелогичное в житейском смысле появление агента около объекта может насторожить последнего и сделать бессмысленными все предыдущие усилия по подготовке операции. Но и это еще не все, поскольку существует четвертая фаза - отход (выход из операции). Конечно, если она завершается полной ликвидацией противника, вопрос решается технически просто и проблем возникнуть не должно (хотя вопрос все равно требует проработки). Сложнее, если отход агента не означает завершения долговременной комбинации. В этом случае его тоже приходится легендировать, поскольку простое исчезновение агента грозит теми же негативными последствиями, что и неуклюжее его введение в соприкосновение с противником. Остается добавить, что среди массы других проблем, которые тоже приходится решать в подготовительный период, особо выделяется обеспечение связи (притом, что мелочей в этом деле нет). Безжалостная статистика показывает, что причина большинства провалов, так или иначе, имеет отношение к организации связи.

Взяв на себя каскадерское направление расследования, Баранов пошел на жертву: он был убежден, что искать надо не там. Но, в отличие от коллег, в киношной среде у него был свой человек - незабвенная Роза Кантемировна, столь деятельно и результативно помогавшая им с Лидой превратиться в д'Артаньяна и Констанцию Бонасье. На ее помощь он рассчитывал и сейчас. Летом, по возвращении с Валдая, он заезжал к ней поблагодарить за содействие и рассказать - в пределах возможного - о том, чем закончились съемки фильма.

С первого раза пробиться не удалось: телефон был постоянно занят. Лишь с помощью автодозвона, минут через пятнадцать, Виктор услышал в трубке мелодичный женский голос: "Киностудия "Возрождение". Попросив Розу Кантемировну, Баранов невольно улыбнулся.

– Я Вас слушаю, - было слышно, как Мадам выдувает дым.

Продолжает курить, как паровоз, подумал Виктор и театральным голосом представился:

– Шевалье д'Артаньян приветствует Вас!

– Виктор, это Вы?

Баранов представил себе, как Мадам закатила в этот момент густо накрашенные глазки.

– Я, Роза Кантемировна. Хочу снова поклониться Вам в ножки и попросить помощи.

– Такому мужчине, как Вы, ни в чем не откажешь! Или, быть может, Вы решили снять погоны и стать киноартистом? Вам нужен импресарио?

– Пока еще не надумал. Все гораздо прозаичнее. Знаете ли Вы некоего Геннадия Наумова?

– Каскадера!

– Да, его.

– Конечно, знаю. Гена отличный специалист и красавец-мужчина.

– С ним случилась беда...

– Да, я в курсе. Он очень вспыльчивый и ревнивый! Из-за этого у него все проблемы. По молодости сел из-за того, что его девушку в ресторане пригласили танцевать: представьте себе, обиделся и учинил драку. А сейчас эта история с Аллочкой Перминовой... Но я не верю, что он все это организовал. В его характере было бы все сделать самому. Жаль! Всех жаль: и Аллу, и этого дурака!

– Мне бы надо в его группу попасть. Не как милиционеру, а... ну, Вы понимаете: как в прошлый раз. Очень на Вас рассчитываю!

– Опять кого-нибудь арестуют?

– Скорее всего, нет. Речь идет об обычной проверке, но от нее зависит жизнь моего друга. Конечно, Роза Кантемировна, это все страшно секретно, но Вы же у нас проверенный кадр!
– Виктор решил, что подольститься будет не вредно.

– Да, да, я все понимаю. Дайте сообразить... Есть у меня одна мыслишка. Вы могли бы приехать ко мне домой? Часикам к восьми?

Слегка поколебавшись, Баранов ответил согласием. Собеседница уловила эту заминку и истолковала по-своему:

– Да не буду я на Вас бросаться, не бойтесь! Просто к тому времени я все обдумаю и, опять же, мы сможем спокойно поговорить.

– Конечно, приеду. А задумался я потому, что не был уверен, успею ли освободиться.

– Записывайте адрес. Когда сможете, тогда и приезжайте. Чао!

Между тем, подтянулись Алик с Лешей. Учитывая, что Поплавский сидел с Барановым в одной комнате, все были в сборе. Первым заговори Быков.