Чтение онлайн

— Знаю, Дамир рассказывал мне об этом. И ещё о том, что его отец привёл в дом новую жену и сына, ровесника вашего внука.

— Исмат уважал Сафи, но не любил.

— Уважал? — я возмутилась. — У нас с вами разные представления об уважении. Уж если ваш сын подчинился вашей воле, то… О каком уважении вы говорите, когда он, он изменял ей! Он предал мать своих сыновей.

— Исмат раскаялся, когда узнал, что Сафи смертельно больна. Но было поздно. А Зара… если бы не я, Исмат выбрал бы её в жены.

И тут меня осенила догадка:

— Ваш сын, он хотел развестись, да? Но узнал, что Сафи беременна Дамиром и… Он же не считает, что Дамир виноват?.. Вы поэтому забрали его к себе, потому что чувствовали свою вину?

— Дело не в этом, умная пташка. Он не был нужен Заре. И мой сын, увы, не находил для него времени. Он развивал бизнес и учил этому своего первенца, Аслана. А мы с женой, упокой Аллах её душу, старались заменить Дамиру отца и мать. Мой внук мне как сын.

— А Замир и Доминика? Их брак тоже устроили вы?

— Они знали друг друга с самого детства. Замира друг позвал в этот город, и Нико заявила родителям, что едет с ним. Она и мать Дамира когда-то были подругами.

Сейчас многое для меня вставало на свои места. Но одного я никак понять не могла.

— Вы нашли невесту Дамиру?

— Думаю, что нашёл.

— Уверены, что он будет счастлив с ней? — я закрыла глаза, вспоминая, как видела его с темноволосой девушкой. — Мы никогда… Дамир… не говорили о нашем будущем. Я не думала… и не ждала, что он сделает мне предложение, но… слишком больно ранили… Не боитесь, что снова наступаете на те же грабли? Что сделаете несчастными… А впрочем, не важно, — я, как могла, сдерживала слёзы. Дрожащей рукой нашла застёжку на тонкой цепочке и сняла ожерелье. На несколько секунд зажала его в кулаке, а потом встала и решительно протянула старику. — Вот, передайте это вашему внуку. Надеюсь, мы с ним больше никогда…

Боль острым ножом снова резала сердце.

— Думаешь, он примет назад свой подарок?

— Мне всё равно. Отдайте.

— Отдай сама, — дед встал. — Я провожу тебя, идём.

— Не утруждайтесь, я ещё помню дорогу.

Усмехаясь, я гордо развернулась и, не оборачиваясь, пошла домой.

К чёрту всех! Сердце можно заставить разлюбить! И я это сделаю!

Первое, что я увидела, открыв дверь, это всю нашу компанию на кухне. Почти всю: не было милой Женечки. Но мне было достаточно брата, Дениса и моей дорогой Юльки.

— Ярик, а планы поехать на море всё ещё в силе?

— Да, Миланка, а что?

— Ну так едем! К солнцу, к морю, которое лечит, к солёному ветру. Надеюсь, в машине на меня найдётся местечко.

— Ланка! — Юлька рванула ко мне, стискивая в своих объятиях. — Здорово то как! Едем, мы вчетвером на машине, а Женя самолетом, — и, наклоняясь к уху, прошептала: — Принцессе карета не подошла, она столько времени трястись в машине не намерена.

Я понимающе закатила глаза. Сочувственно пожала плечами, смотря на Дениса, а потом помогла ребятам с ужином.

Всё, я дала себе слово, что с этой минуты не буду думать о Дамире. И я была намерена это слово сдержать.

И утром, по дороге на работу, опустила конверт с цепочкой в почтовый ящик Дамира.

— Белое море, синий пароход. Ну или наоборот.

Мы с Юлькой сидели на песке, вытянув ноги и опираясь на локти, и смотрели вдаль. На силуэты кораблей и прогулочных катеров, что казались игрушечными у линии горизонта. На чаек, что зависали у водной глади, высматривая добычу недалеко от берега. На красавцев бакланов, сидящих на деревянных сваях. Азовское море, мелкое, но невероятно тёплое.

Наши недельные каникулы подходили к концу. Завтра в ночь мы уже будем в дороге домой. А сейчас хотелось просто сидеть и наслаждаться кусочком рая. Почему у моря время как будто останавливается? Забывается всё плохое и прошлое остаётся в прошлом. А ты вот здесь и сейчас. И ничего больше. И никого вокруг. Ну по крайней мере я чувствовала себя немного отрешенно от внешнего мира, не обращая внимания на других отдыхающих: на восторженных детей, на назойливых торговцев, предлагающих либо что-то съестное, либо фото на память и незабываемые впечатления от катания на банане.

Трудно не обращать внимание только на вечно ссорившихся Дэна и Женечку.

Юлька запрокинула голову, пытаясь понять, что опять не так у этой парочки. А я представила, как она видит их перевернутыми, вверх ногами. Денис размахивал руками, недовольно фыркая, а Женя стояла, упрямо насупив брови и сложив руки под грудью.

— Опять?

— Опять, — Юля вздохнула, — она уже и меня бесит, вечно цепляется к нему из-за пустяков. А после твоего преображения, — подруга хмыкнула, подмигнув мне, — как с цепи сорвалась.

— Её проблемы. Дениса жалко.

«Моё преображение», я довольно улыбнулась. Кто же знал, что побочный эффект от страданий окажется таким? Но я была довольна. Я излечилась, и вместе с бессонными ночами отправила в прошлое, как я надеялась, безвозвратное, несколько лишних килограммов. Любовь та ещё сука, но я бы не отказалась ни от одного дня, проведённого с Дамиром.

— Они здесь расстанутся или до дома дотерпят?

Я хмыкнула, неправильные мыслишки, думать надо о позитивном, но…

— До дома. Кто-то же должен будет отвезти капризную принцессу на вокзал.

— Ну а ты? Что ты решила? Дашь шанс этому футболисту или как?

— А вот ты до дома потерпеть не могла, — я притворно вздохнула, — решила добить меня прямо здесь и сейчас? Я не знаю, честно. Понимаешь, я не уверена в Иване. И не могу доверять ему.

— Это после Дамира? Ланка, ну не все парни такие.

— Не все. Но если уж на то пошло… согласись, Дамир не такой уж и козёл. Он прямо и честно сказал мне всё. Мог бы юлить, и врать, и дальше делать вид, что всё хорошо. Параллельно жениться и жить двойной жизнью.

— Ну, если смотреть на это с такого угла, то…

— С Иваном меня настораживает другое.

— То, как вы познакомились? — я кивнула. Я рассказала всё подруге. — Сейчас же всё иначе.

— Не уверена. Думаешь, он смог так быстро переобуться и принять, что я встречалась с мужчиной, как бы это сказать помягче? Иной веры? Национальности? Тогда я видела презрение в его глазах.

— А может это была ревность? Одно свидание, в людном месте. Домой вернёшься на такси. А я всегда буду на связи, обещаю звонить каждые пятнадцать минут. Дай ему один шанс, — я скептически изогнула бровь. — И себе. Все люди достойны шанса, ещё одного. Или двух.