Дампир. Компиляция
Шрифт:
Наблюдение за шаром и просто близость к нему вызвали у нее странное удовлетворение. На этот раз она поставила ручки торка полностью в пазы шика и ждала. Даже не потянув за шип, почти мгновенно, она почувствовала… что-то.
Это было более выражено на этот раз.
Под оттенком этой странной печали она почувствовала тягу к северу и к востоку.
Среди тех тревожных снов, которые заставили ее двигаться вперед, чтобы сначала найти шар, она была в ужасе настолько же одержима. Это было другое — не было ни отчаяния, ни страха. Только ясное, но нежное притяжение и…
И скорбь.
Медленно она потянула за шип, но меньше, чем в ту ночь в задней части общего дома, только достаточно…
Воздух начал гудеть. Крошечные хлопья льда и снега на ее перчатке начали расти, когда воздух дул ветерком в лицо. В ней горело облегчение, и из ее губ вырвалось рычание.
Она проигнорировала и то и другое. Это не имело значения, поскольку она не почувствовала ничего от монстра внутри нее, как будто он умер.
— Магьер!
Она едва повернула голову, чтобы увидеть, как Малец атакует ее, а Лисил идет прямо позади.
Магьер отпустила торк и гудение шара мгновенно затихло. Она едва вытащила ручки торка из углублений шипов, когда Лисил схватил ее, обхватив руками и бросил в снег. Она упала, крепко держась у него на коленях.
— Что ты делаешь? — закричал он.
Он рассердился, но не ответила. Малец проскользнул между ней и сундуком на санях и практически щелкнул челюстями перед ее лицом.
Магьер даже не вздрогнула.
Ее разум был в тумане. Эта новая тяга не имела ничего общего с тем, что привело ее в Пока-Пикс. Это было не требование, не постоянное подталкивание, но больше похожее… На мольбу о чем-то потерянном, захваченном и просьбу быть найденным. И тогда она вспомнила напряженное выражение Лисила в Пока-Пикс всякий раз, когда знала, что нужно немного изменить направление, чтобы привести их прямо к замку… И шару. Он ненавидел, что она превратилась в некую невольную, гончую собаку, вынюхивающую след, который она даже не могла ни видеть, ни понять.
Но он следовал за ней. Он всегда следовал за ней.
— Отпусти меня, — тихо сказала она.
Потребовалось немного времени, прежде чем он это сделал, хотя Малец не отступил. Она встала, глядя на все еще открытый сундук, хотя не могла видеть шар, не обойдя Мальца. И в тот момент ему не стоило сражаться за это.
Когда Магьер медленно повернулась к Лисилу, Ти'квэг стоял у входа в палатку и с подозрением смотрел на это. Магьер повернула глаза к Лисилу.
— На этот раз нам нужно отправиться на северо-восток, — прошептала она. — Нам нужно идти дальше на восток.
Было совсем темно, но Магьер была уверена, что Лисил побледнел.
* * *
Магьер отвернулась от окна маленькой гостиницы в Берхтбурхе, когда Лисил пробормотал что-то во сне. Ей вдруг захотелось отбросить все эти воспоминания, по крайней мере, на некоторое время.
Она вернулась к узкой кровати, чтобы посмотреть на его загорелое лицо. Теперь она увидела выцветшие шрамы, как следы от когтей на одной стороне его челюсти, и еще один толстый шрам на его щеке с другой стороны. И там, на его обнаженном запястье, были самые старые… От ее зубов. На его другом предплечье появились новые шрамы.
Он получил их все в своем намерении остаться с ней.
Магьер скользнула рядом с Лисилом, натягивая одеяло на них обоих и чувствуя, как он прижимается к ней во сне.
Она не могла остановиться, пока все это не закончится и все пять шаров не будут спрятаны и снова забыты. Но теперь, когда она позволила себе снова вспомнить, она все еще сомневалась.
Сегодня она умоляла его не оставлять ее.
Было ли это честно?
Глава 7
В тот же вечер, маленький, двухмачтовый суманский торговый корабль достиг порта Кединерн и пришвартовался на узком пирсе. Денварфи была под палубой в каюте с Фретфаре и Эйваданом, выбирая их лучший план действий.
Они были вынуждены ждать пять дней на острове Вределид, прежде чем отправиться на этом суманском корабле, под названием Башаир. Один темнокожий моряк сказал ей, что его название означает «хорошая примета».
Нахождение так далеко позади от их цели, усилило разочарование Денварфи до предела, и она рассказала о необходимости в скорости капитану, стройному, смуглокожему суманцу по имени Самара. Хоть он и плохо владел нуманским, он мог говорить со странным мелодичным акцентом, более привлекательным, чем гортанный тон нуманцев. Он ответил, что хоть они будут делать частые остановки, его судно было легче и быстрее, чем более крупные грузовые суда.
Помня, что капитан порта на острове описал Королеву Облаков как одно из таких судов, она получила небольшое облегчение от этого заявления. Она и ее компаньоны еще могли обогнать их цель, но в эту ночь, была остановка в другом порту, ее чаша нетерпения переполнилась до краёв.
Каюта была небольшой, но уютной, с изысканными шерстяными одеялами, льняными чехлами для матрасов и мягкими подушками из странного блестящего материала. Последние не были так хороши, как шеот — ткань ее народа, — но вполне похожа. Она мало заботилась о таких вещях, но была удивлена этой роскоши на суманском судне, поскольку она мало знала этот человеческий народ.
Ее команда даже не смогла прикоснуться к их собственному продовольствию, купленному в магазине, поскольку капитан Самара позаботился о том, что бы они были хорошо накормлены. Судовой повар часто подавал острые блюда с родины капитана, приготовленные с рисом и овощами. Иногда странные специи не хорошо аукались в её животе, но, по крайней мере, подавался чай вместо эля и пива, которые употребляли большинство других человеческих моряков, с которыми она столкивалась.
Единственная проблема с каютами — это был их размер, подходящий только для трех проживающих одновременно. Вся ее команда могла собраться все вместе только на палубе и говорить только на их собственном языке, но Денварфи предпочла сохранить обсуждения в тайне. Здесь и сейчас она может только общаться с Эйваданом… и Фретфаре.
— Как долго корабль будет стоять в этом порту? — спросила Фретфаре.
Она сидела на краю узкой двухярусной койки, сжимая свою трость, она выглядела по-другому в своей новой маскировке. Денварфи не совсем приспособилась к их инородному виду.
Вернувшись на остров Рхизис «приобрел» их новую одежду. Никто из них не знал, как так называемые Лхоин — те другие эльфы — действительно одеваются, так что они просто приложили все усилия к человеческой одежде. Это было нелегко, учитывая, что некоторые из них были значительно выше среднего человеческого роста.
Фретфаре была в кружевном длинном красном платье, к счастью сделаном без манжетов на рукавах, которые заканчивались выше запястья. Ее пшеничные волосы были заколоты на затылке и покрыты маленькой соответствующей наряду шляпкой. Если бы не ее крупные раскосые глаза и гладкая смуглая кожа, она, возможно, сошла бы за человеческую женщину высокого положения.
Если бы не ее глаза и кожа… и ее сутулая, прихрамывающая походка, которая привлекала внимание.
Одежда других должна была быть свободной для того чтобы бороться в случае необходимости. Денварфи носила бриджи, белую рубашку и черный жилет взрослого человеческого мужчины. Все эти вещи почти подходили в длину, хотя ей пришлось сильно стянуть брюки в талии. Все казалось странным и неудобным по сравнению с мягкими серо-зелёными одеждами анмаглахков. По крайней мере, она могла свободно передвигаться, и еще она обвязала свою голову, скрыв волосы, черным шарфом.