Данаприский рубеж. Партнерство ради мира
Шрифт:
— Конечно, — быстро зашагал по лабиринту. Август едва поспевал за ним.
— Тебе туда, — указал префект на дверь и поспешил скрыться. Август открыл дверь, то с удивлением увидел свой кабинет. Осмотрев стену, из которой только что появился, то с большим трудом заметил очертания двери. «И почему я узнаю об этом ходе случайно? Очень надеюсь, что Амвросий знает, что делает», — подумал он и засел за изучение бумаг, высоченной стопкой ожидающих императора.
Амвросий, петляя подземным лабиринтом, вышел к нужной двери. Как только он потянул, она бесшумно открылась. Префект удовлетворительно хмыкнул. Тенью Амвросий скользнул в комнату. Пожилой мужчина с добродушным лицом, посеребренными висками и небольшой бородкой что-то растирал в ступке. Амвросий слегка кашлянул. Мужчина встрепенулся и только чудом не уронил ступку, хотя часть сухих листьев просыпалась на колени. Главный императорский лекарь побледнел и не сразу смог сказать хоть слово. По дворцу шепотом и под большим секретом чиновники разного уровня передавали разнообразные истории про Амвросия, один страшнее другого. Амвросий, нацепив хищную ухмылку, спокойно дожидался пока мужчина заговорит всецело наслаждаясь произведенным эффектом.
— Ваш-ше… — но префект жестом остановил его. Лекарь умолк.
— Я пришел попросить о помощи, — глаза лекаря расширились, челюсть отвисла.
— Разве есть вещи недоступные всесильному префекту? — спросил Марцеллий, спустя полторы минуты.
— О, это сильное преувеличение. Я простой подданный Августа и по мере сил служу ему и лишь надеюсь, мои скромные деяния идут па пользу Империи. А моя проблема по вашей компетенции. Не удивляйтесь. Какого здоровье благословенного Аркадия? — пристально глядя на него, спросил Амвросий. Эскулап мелко задрожал. Через несколько минут он смог взять себя в руки.
— Здоровью Августа ничего не угрожает, — медленно взвешивая каждое слово, ответил врач.
— А у меня создалось впечатление, что в последнее время император утомлен, рассеян и раздражителен. «Конечно, постоянно с тобой общается», — подумал лекарь и попытался ничем не выдать крамольные мысли.
— Возможно, Август много работает в последнее время, — осторожно сказал врач, когда пауза затянулась.
— Даже слишком, — он внимательно уставился на лекаря. По лицу несчастного не переставая струились бисеринки пота.
— Император слишком ответственно относится к своим обязанностям. Может Августу стоить отдохнуть? — все также ровным тоном поинтересовался префект. Лекарь только кивнув. Удовлетворенный Амвросий продолжил:
— Сам Аркадий может отмахнуться от отдыха. Моих доводов недостаточно чтобы убедить императора в необходимость хотя бы краткосрочного отпуска. После третьего разговора он категорически запретил касаться этой темы и потому я полностью полагаюсь на врачебный авторитет, — Марцеллий удивлено захлопал глазами. В его понимании никто и ничего не могут запретить префекту. Тот казалось не замечает замешательства собеседника и продолжал:
— Но мы, — Амвросий сделал паузу, — мы должны действовать в интересах больного даже если он против. Мы ведь не желаем императору вреда? — вновь пристальный взгляд. Лекарь поежился, по телу прошла легкая дрожь, но он прекрасно понимал, что медлить с ответом нельзя.
— Разумеется, нет, — как можно спокойнее сказал он.
— Отлично, — Амвросий ударил рукой по колену и поднялся, — я рад, что мы поняли друг другу. Почаще напоминай Аркадию, что он слишком много работает и что нужно себя беречь ради блага Империи. Думаю если говорить об этом каждый день, к концу недели его терпение иссякнет. Я доступно выражаю свои мысли? — врач выдавил что-то нечленораздельное, но кивнул.
— Отлично. Я не ожидал иного, — когда врач уже перевел дух и вытер пот с лица, префект в дверях обернулся и вкрадчивым голосом попрощался:
— Если по каким-то причинам Аркадий не согласится с доводами разума, то императору понадобится новый лекарь. Более убедительный. В связи с скоропостижной кончиной предыдущего. Удачного дня! — Уходя, Амвросий услышал грохот. «Все-таки уронил!» — удовлетворенно подумал префект. Весело напевая фривольный мотивчик, неспешной походкой направился в порт.
На скандал между префектом и капитаном флагманского имперского корабля собрался поглядеть чуть ли весь порт. Еще бы, безжалостному Амвросию кто-то посмел возразить, да еще публично! Очень скоро конфликт вмешался адмирал, который, как и большинство людей в столице, недолюбливал перфекта. На совещаниях он никогда не вступал в конфронтацию с префектом тайной полиции, но на море адмирал себя чувствовал на несколько порядков уверенней.
— А я говорю — пока не будет приказа императора, судно останется на приколе!
— Да пойми же ты, старый дуралей, — толпа испуганно ахнула и затаила дыхание, следующие слова Амвросия прозвучали почти в полной тишине:
— Тогда придется собираться в три дня! Нипочем не успеете! — вместо ответа адмирал, рыча от ярости, бросился на префекта. Оскорбление вместе с обвинением в некомпетентности окончательно вывело моряка из себя. От удара префекта спасла хорошая реакция. В последний момент он вывернулся и адмирал удар на недогруженные тюки. Пока моря отплевывался и вставал, Амвросий поспешил скрыться. Вдогонку ему звучал зычный бас адмирала:
— Беги, беги, сухопутная крыса!
Новость о ссоре Амвросия с адмиралом быстро распространялась по Константинополю. Многие выдели его в крайне скверном настроении, и старались не попадать на глаза. Один карманник по глупости решил, что в таком состоянии префект будет рассеянным, поплатился сломанной рукой. Больше на пути Амвросия никто не встретился.
Оказавшись в кабинете, Амвросий тщательно проверил пол и стены. Ликвидировав две ловушки, он блаженно растянулся на скамье и позволил себе расслабиться. Теперь все зависит от того насколько правдивы полученные сведения и адекватно ли сделанны выводы.
Все больше и больше Амвросий чувствовал игроком за шахматной доской, слишком все происходящее напоминает игру. Хуже всего, что он прекрасно понимал, насколько велики ставки. Неверный ход — губителен для Империи.
XXII
Вода имеет огромное значение в жизни руссов. Ей приносят в жертву цветы, пищу, животных…даже свадебный обряд совершается возле водного источника, а клятвы молодые произносят над колодцем.
В день свадьбы посол был абсолютно спокойным. По мере приближения свадьбы Луций нервничал все больше и больше и, в конце концов, перестал волноваться вообще, обращая внимания на свадебные обычаи полян. Во время путешествия он получил массу разнообразной информации и намеревался использовать ее для написания диссертации, если благополучно вернется в Константинополь, разумеется.
Несмотря на то, что посольство располагалось на посольском приказе, неподалеку от княжьего терема, путь они начали от южный ворот. Василий с венком из руты закрепленной на шапке кланялся всем встречным. Медленно из-за обилия восторженных горожан, продвигаясь по нарядным улочкам, ярко украшенная повозка достигла терема. Там уже ожидала внушительная толпа гостей. Чуть впереди ожидал князь. Возле него суетилась челядь. По прибытии жениха крики смолкли. К Владимиру приблизилась дородная женщина с хлебом солью.