Чтение онлайн

Ко мне неслись, петляя между деревьями, странные всадники на волках. Прямо на ходу они обстреливали меня из луков. Попадали точно и очень чувствительно. Бежать за щитом поздно, хоть их стрелы и не пробивают мою броню, но лучше не принимать на себя лишние удары, надо пытаться уворачиваться. Я перехватил топор поухватистей, повернулся вполоборота и стал не ритмично перепрыгивать из стороны в сторону, как блоха. Несколько рывков и мне удалось достичь деревьев с другой стороны тропы. За пару секунд гоблины, атаковали меня именно они, не попали ни разу. Надо еще быстрее двигаться, удачный выстрел с близкого расстояния может достичь цели, серьезно ранить. Но нападающие не собираются держать дистанцию, расстреливая издали. На меня они с боевым кличем похожим на визг обрушились с ходу, пытаясь сбить с ног. От первого удалось скользнуть за дерево, он пронесся мимо. Второй выхватил кривой меч, притормозил волка, скорее шакала переростка, и попытался рубануть сверху. Я отмахнулся топором, но не круговым ударом, а выбросив свое, зажатое одной рукой, оружие прямо перед собой, вперед. Попали оба, клинок гоблина, скользнул по предплечью, отсушив мне левую руку, а топор пробил углом лезвия грудь мелкого воина и вынес его со спины шакала. Смотреть, как гоблин падает и катится по траве, некогда, с трудом уворачиваюсь от клацнувших зубов его "лошадки". Подскакивают еще два всадника, и сзади по шлему бьют то ли мечом, то ли дубиной. Я махнул топором с разворота себе за спину и снова попал. По мне тоже попадают, удары гулко отзываются в голове.

Дальнейший бой помню уже урывками. ... Двумя руками дергаю топор, шипом застрявший в черепе шакала. ... Что бы на пару секунд прекратить град ударов, толчков, укусов, прижимаюсь спиной к дереву и толкаю "тепло" в кольцо-амулет на руке, вцепившегося в ногу гоблина развернувшимся щитом отбрасывает в сторону. ... Всадника, прижавшего своим шакалом меня к развилке деревьев и молотящего рукоятью меча по моему шлему, как в бубен, гнедой, появившийся откуда то с боку, вставший на дыбы, сносит копытами. ... Лежу на земле, в то время как нависший шакал грызет меня в исступлении, хватает вонючей пастью за шлем, нагрудную пластину, инстинктивно пытаясь достать до горла. Кинжалом раз за разом бью ему в бок, но бесполезно. .... Меня придавили, шлем съехал, ничего не видно, судя по тяжести и многочисленным ударам, на мне куча врагов, от бессилия, бью в них тепловой волной, удушающе резко запахло паленой шерстью и горелым мясом. ...

– Вставай, ты же не кабанчик, чтоб в грязи валяться.

Правая рука прижата, потому левой стаскиваю с себя шлем. Приподнимаю голову и пытаюсь рассмотреть того, кто со мной разговаривает. В пяти шагах незнакомец в коричневом плаще с глубоко надвинутым капюшоном склонился над гоблином и вырезает из тела стрелу. Два энергичных взмаха ножом, стрела освобождена, на пядь воткнута в землю, и очищенная от крови отправляется в наполовину пустой тул на боку. Стрелок перешел к следующему убитому. Осматриваюсь, вокруг мертвые гоблины, шакалы, много. Почти в каждом стрела с приметным пестрым, рыжие с серым полоски, оперением. Чуть в стороне стоит мой гнедой, у него на шее и гриве то ли грязь, то ли кровь, много, подтеками. Пытаюсь повернуться, что бы рассмотреть, насколько серьезно ранен конь, не получается. Фу! ... Не получается из-за опаленной, смердящей горелым, туши шакала, лежащей на мне поперек. Убит он тоже стрелой, под ухо...

– Вы мне поможете освободиться?

Незнакомец повернулся ко мне и еще раз внимательно осмотрел меня и труп лежащий сверху. Осмотрел огромными темно-сапфировыми глазами, в тени надвинутого капюшона казавшимися совсем бездонными. Даже седая, цвета голубой стали, шерстка лица, не настолько выглядела иномирно, как эти глаза. Память Даниэля подсказала - передо мной вериам, редкий гость в людских поселениях.

– Если не встанешь, то не стоит и возиться, легче добить.

Простая фраза, произнесенная глуховатым голосом, прозвучала как размышление вслух и приговор одновременно. Желание просить помощь исчезло у меня, как и не было. Заблокировал все самоощущения, стиснул зубы, уперся перчаткой в тушу и попытался если не столкнуть тушу, то хотя бы выползти из-под нее. Далеко не с первой попытки удалось освободить левую руку. Без перчатки, и то хорошо. Продолжим....

Когда я вылез из-под туши и откатился в сторону, то был мокрым насквозь. И не от дождя, так и продолжающего моросить, а от пара, в который под броней превратился мой пот. В этом переростке шакале веса - пудов двадцать, не меньше. Разгоряченный я не чувствовал ни ран, ни ушибов, которых на мне после такого замеса должно быть предостаточно. На ноги встал рывком и нашел торжествующим взглядом вериама. Тот лишь едва заметно кивнул, подошел к гнедому и водой из фляги, появившейся из-под плаща, стал смывать кровь с шеи коня. На удивление мой конь стоял не шелохнувшись, даже голову не вскидывал, как обычно делает, когда я к нему подхожу. Послышался едва различимый речитатив, и потянуло холодком ворожбы. Вериам магией лечит гнедого? Так вот почему я себя чувствую вполне сносно! Он и мне помог, подлечил раны, когда я был без сознания! Тогда к чему это испытание с моим самостоятельным выползанием из-под неподъемной туши? Зачем? Ничего не понимаю!

Вокруг серой пушистой руки с черными когтями, медленно поглаживающей шею коня, явственно различается свечение с зеленоватыми искорками. Пока я наблюдал за руками, творившими магию исцеления, незнакомец искоса наблюдал за мной. Что-то я расслабился, так, подобрать отвисшую челюсть, личико попроще и улыбаться, можно даже чуть придурковато, не время козырять моими не развитыми способностями. Но, похоже, уже поздно, вериам сделал для себя какие-то выводы обо мне и снова спрятал взгляд под капюшоном.

– Далеко ты успел от них убежать. От самого тракта гнали?

– Э... нет, я воду для лошадок искал, вот и свернул с дороги.

– Лошадок? У тебя не один конь? А где остальные?

Я сориентировался по местности, где напали, куда я бежал, куда караван мог уйти и махнул рукой.

– Там.

– Тебя совсем не беспокоит где твои лошади? ...

– Беспокоит! Но там еще могут быть гоблины.

– Уверен?

– Кто-то должен был остаться присматривать за ро-ри... ом, - Хоть я и скомкал окончание, но, похоже, поздно, проболтался.

– Эти гоблины охрана рорида? Как тебе удалось уйти от цветка?
– Внимательные глаза вериама опять изучают меня.

– Я к нему и не подходил.

– Тогда откуда ты знаешь, что там есть рорид?
– В голосе незнакомца прорезались стальные нотки.

Млин! До меня дошло - на пустом месте я сам себе вырыл яму. С одной стороны бандиты-гоблины с псевдоплотью, охотящиеся на людей. С другой рядом с ними я с караваном, груженым оружием и битыми доспехами.... Как при таком раскладе доказать, что Даниэль Кириан'ар Тэрн не при делах?! Даже нападение на меня в такой ситуации, ничего не доказывает. Поссорились подельники, гоблины и обиделись, решили завалить.

Скрывать что-то или придумывать отмазку на ходу - выйдет мне дороже, еще больше запутаюсь. Придется говорить правду.

– Я слышу куст, когда он охотится, вот и решил снова наломать цветов или даже клубень выкопать.

– Что значит снова?

– Ну, я рядом с Тэрном декаду назад добыл пять псевдо-цветов, сержанту Иадору в городе предъявил.

– Ты не можешь быть обученным магиком, все, что я от тебя сегодня видел -ярмарочные фокусы. С роридом даже адепт не справится.

– Как-то само получилось, - Пожимаю плечами, чешуйки брони зашуршали.
– Леший все видел, меня поблагодарил.

– Какой леший?

– Как же его... э.... Сецан! Точно, Сецан - свидетель.

– Ты его при встрече лешим не назови, - голос вериама чуть потеплел.
– Сецан, а лучше - Хозяин, иначе обидишь. Веди к цветку, быстрее!

С места, в спринтерском темпе, я побежал к тропе. Лошадок увидел через пару минут, они запутались у деревьев и не смогли разбежаться.

– Твои?
– Незнакомец появился рядом бесшумно.

– Ах-га.

Всего ничего пробежал, а сердце готово из груди выпрыгнуть. Так, где рорид? Надо сориентироваться. Динь-динь-дон, динь-дон, динь-дон, дон-динь-динь-динь. Очень тихо и далеко.

– Туда!

Снова с места в карьер. Мы пробежали не больше сотни ярдов, когда звучание заклинания "отвода глаз" прекратилось. Но направление есть, бегу, понимая, что можем не успеть, уйдут гоблины и рорид унесут.

Уже просека тракта мелькает справа среди деревьев, еще надо поднажать.