Чтение онлайн

– Добрый день, – бодро затараторил мой язык, – я представитель мэрии. Сейчас проводим опрос жителей. Как вам кажется, рынок на этой улице мешает жильцам?

Консьержка обрадовалась возможности поболтать и пригласила меня в подъезд. Сначала женщина долго сетовала на то, что после рыночного дня остается много мусора на тротуаре. Потом плавно перешла к обсуждению жильцов. Перебрав все квартиры, она ни разу не упомянула фамилию Петров.

– Кажется, в вашем доме живет один мой знакомый, – осторожно стала я подбираться к интересующей теме, – Эдуард Петров.

Моя собеседница вздохнула:

– Такой молодой, какая жалость.

– А что с ним? – не удержалась я.

– Вы не знаете?

– Нет.

– Умер год назад. Сначала долго болел, лежал парализованный, а потом отмучился, бедолага. Сколько за ним жена ухаживала, как старалась, все без толку. Даже сиделку наняли, чтобы уколы по часам делать. Не помогло.

– Жаль. Вдова, наверное, уехала.

– Нет, живет вместе с дочерью в пятой квартире.

Почесав еще минут десять языком, я начала опрос жильцов. Нечего и говорить, что первый визит был нанесен в пятую квартиру. Москвичи удивительно беспечны. Назовись хоть начальником караула папских гвардейцев, ни за что не усомнятся в ваших словах и документы не спросят. Вот и сейчас, стоило объявить себя сотрудником мэрии, как молоденькая девушка тут же пригласила зайти.

В просторной, со вкусом обставленной гостиной на диване сидели сразу три кошки. Новенький телевизор мерцал голубым экраном. Светло-бежевый ковер приятно гармонировал с бордовым диваном и глубокими креслами. Судя по всему, здесь не нуждались.

Девушка была дома одна и мило отвечала на все вопросы. Задурив ей голову проблемами рынка, я подкралась к главной теме:

– Хочется узнать мнение всех жильцов. В списке проживающих еще ваши родители, можно с ними побеседовать?

Девушка вздохнула:

– Мама в парикмахерской, а папа умер год назад.

– О, простите, не знала. Как же так, такой молодой.

Собеседница грустно сказала:

– Отцу неудачно сделали пункцию спинного мозга. Парализовало почти полностью. Десять месяцев мама пыталась его вылечить, а потом вдруг началось воспаление легких, и он умер за один день. Ужасно! Но как подумаю, что такие больные живут годами, делается еще страшнее. По-моему, лучше попасть под автобус и скончаться сразу, а не гнить заживо.

– Тяжело пришлось вашей маме. За таким инвалидом трудно ухаживать.

– Наняли сиделку, дипломированную медсестру.

Я оживилась:

– Кажется, вы сумеете мне помочь. Я ухаживаю за смертельно больной тетей и ужасно устала. Медсестра, которая приходила к Эдуарду, хороший специалист? Может, дадите координаты?

Девушка порылась в секретере, вытащила записную книжку и сказала:

– С удовольствием, записывайте: Роза Седых, только она дорого берет.

Домой я вернулась к ужину. Вместе со мной подошли и Кока с Темой. Левчик уставился на прозаика, потом поглядел на вдову:

– Познакомьте с новым зятем.

Марта Игоревна положила ложку и тихим голоском сказала:

– Темочка, это Лева, бывший Сонечкин супруг.

Старший Арцеулов оторопел. Такого голоса он не ожидал услышать от грозной тещи.

– Темочка известный, модный беллетрист. Приехал в Москву к своему издателю, – продолжала вдова.

Левка промолчал. После ужина он вытащил большую коробку и предложил:

– Сыграем в «Скраббл»?

Зная Левкину манеру игры, все предпочли отказаться, но ничего не ведавший Артем сказал:

– А что, можно.

Они разложили фишки, и партия началась. Сначала слова выстраивали молча. Потом Левка вскипел:

– Ты меня за идиота считаешь? Нет такого слова «вагенбург».

– Есть, – спокойно возразил Тема, – это укрепление из повозок в форме четырехугольника. Применялось в древности для прикрытия войск от атак противника.

Они полезли в энциклопедический словарь, и Левке пришлось заткнуться. Через пару ходов Арцеулов снова закричал:

– «Лох» нельзя ставить, не литературное слово, сленг.

– Почему? – изумился Тема. – Лох – род деревьев и кустарников, семейство лоховых. Свыше пятидесяти видов, растет у нас на Кавказе и в Средней Азии.

– Средняя Азия теперь не наша, – огрызнулся соперник, и они опять полезли в словарь, и снова Тема оказался прав.

Я с интересом наблюдала за дуэлью. Левка никогда не мог признаться в собственной некомпетентности. Он всегда все знал лучше всех: учил кухарку печь пироги, меня – основам французской грамматики, ввязывался в спор с доктором о методах лечения ангины. Левку, по его мнению, окружали сплошные идиоты, кретины и дебилы. Если Соньке удавалось выиграть у него в «Скраббл», Левчик начинал громогласно кричать, что она дура, подглядывала фишки. Потом сетовал на головную боль и хватался за сердце. Нечего и говорить, что мы предпочитали проигрывать. Жаль, не успели предупредить прозаика.

Скандал разгорелся через пять минут.

– Ну и чушь, – взвизгнул Арцеулов, – мейоз какой-то!

– Мейоз – способ деления клеток, в результате которого происходит уменьшение числа хромосом в дочерних клетках, – пояснил писатель. – Давай проверим?

Левка толкнул доску, фишки разлетелись.

– Больше не играю, устал.

– Зря вы так, – усмехнулся Тема, – все знать невозможно.

– При чем тут знания?! – завопил Арцеулов. – Устал просто.

– Ладно, тогда я выиграл, – спокойно сказал Тема и принялся собирать фишки.

У Левчика от злости побагровела шея, но каким-то чудом мужчина удержался от визга. Бедный наивный прозаик даже и не подозревал, что заполучил смертельного врага.

К Наталье Бернстайн я поехала уже подготовленной. Она вполне могла бы быть родственницей Эдуарда Петрова. Тоже прекрасная квартира, престижный район и… безутешные родственники. Наталья скончалась два года тому назад, что неудивительно – даме стукнуло восемьдесят четыре года. В уютной гостиной меня принимала внучка покойной. Сначала обсудили вопрос о рынках, потом заговорили о болезнях.

– Бабушка тяжело болела перед кончиной, – вздохнула женщина. – Камни в желчном пузыре, подагра, колит…

– Она лежала не вставая?

– Лучше бы лежала, – посетовала внучка. – Последние месяцы жизни бабуля просто впала в маразм. Открывала окно и кричала что-то невразумительное, могла всю ночь бродить по квартире, а днем спать. Слуги не выдерживали и уходили. Спасибо, доктор Невзоров посоветовал чудесную сиделку Розу Седых. Стоило ей появиться, бабушка сразу успокоилась, режим наладился. Очень, очень милая медсестра. Мы с мужем просто молились на нее.