Чтение онлайн

…Он пришел в школу раньше всех. Когда поравнялся со школьной калиткой, из нее кто-то выскочил и приказал:

— Руки вверх, зубы вниз! Стрелять буду!

Мохнатая шапка надвинута на глаза, из-под нее виднеется широкий красный нос. В руке — черный пистолет.

«Деревянный, — сообразил Макар и ухмыльнулся: — Чем пугает! И кого пугает!»

— Ты сначала заряди, а потом стрелять будешь!

Лысюра сдвинул шапку на затылок:

— Что, струсил?

— Было б от чего. И не такое видел.

Макар обрадовался Генке. Тот был первый, кого увидел Синицын после возвращения из своего удивительного путешествия. Макар хлопнул Лысюру по плечу:

— Здорово!

— Здорово!

Потом староста таинственно оглянулся по сторонам и спросил:

— Ну как, достал?

— Что достал?

— Как что? — возмутился Лысюра. — Радиоприемничек, чтобы оценки поправлять. Отстает, понимаешь, наш класс по успеваемости…

И тут Макар вспомнил давний разговор. Ах да, Лысюра хлопочет об отстающих учениках. Хочет исподтишка давать советы учителям, какие оценки ставить.

— Может, не надо? — попробовал отговорить он Генку.

— Как это не надо?! — мгновенно вскипел староста.

Он выпятил грудь, отставил ногу. Ну, сейчас понесет… Макару почему-то стало жалко Лысюру. Он сам принял твердое решение добиваться успехов собственными силами, не надеясь ни на чью подсказку, даже волшебную. «Вот удобный момент, чтобы избавиться от ручки!» — подумал он и потянулся к уху Лысюры:

— Зачем тебе радиоприемник? Есть у меня волшебная ручка — что напишешь ею, то и исполнится. Напишешь, чтобы кому-нибудь поставили пятерку, — и поставят, даже если он молчит, как инфузория-туфелька. Понял?

Лысюра недоверчиво повертел ручку:

— А ручка волшебная? Правда?

— Когда я врал? — оскорбился Макар.

— Это верно, — признал Генка. — Ну, раз так, спасибо! — Он с чувством потряс руку Синицына. — Расстарался для коллектива, теперь наш класс будет в школе самым передовым! Ну, Синицын! Мы тебя в стенгазете отметим: прилагал усилия. Понял?

— Понял. Только ты поосторожнее с ней, — предупредил Макар.

— Будь спок! — выставил ладонь Лысюра и подпрыгивая направился в школу.

А у Макара почему-то на душе стало сумрачно, словно тучка набежала на солнце, которое ярко светило до сих пор. И вдруг:

— Макар!

Он радостно обернулся:

— Даша!

Они сияя посмотрели друг на друга. Потом Даша заговорила:

— Понимаешь, оказывается, никто ничего не заметил. Я пришла домой, а мама как раз пол мыла, да еще начала ворчать, что я так рано пришла, не могла у подружки посидеть. Я к ней кинулась, целую ее, а она говорит: «Что это на тебя телячьи нежности напали? Лучше бы помогла убираться». И я помогла. А какие же это телячьи нежности, если я так долго ее не видела? Правда, Макар?

— Правда… — подтвердил он, широко улыбаясь.

Генка в одиночестве сидел за своей партой. Наклонив голову и высунув язык, старательно писал что-то.

В класс с шумом ввалилось несколько человек с Живцовым во главе.

— Привет! Что делаешь? — они подошли к Лысюре.

— Дрова колю… — у Лысюры забегали глазки. — Не видите, новую ручку расписываю? — Он торопливо прикрыл что-то похожее на упражнение первоклассника.

— Принесли лом? — спросил он деловито.

— Принесли!

Старосте не понравился тон, каким это было сказано. Он пошарил в кармане и вытащил ключ:

— Держи, от сарая. Только аккуратнее там складывайте.

— А мы уже сложили, — хмыкнул Живцов. — Около сарая.

— Украдут! Немедленно перетаскайте в укрытие.

— Не украдут, Другие классы тоже кучами складывают, и никто ни у кого не крадет.

— Я что сказал? — прикрикнул староста. И грозно нахмурился.

— А ты не приказывай! — Живцов выпрямился, вокруг сгрудились остальные. — Мы решили: десять тонн, которые вы с Синицыным достали каким-то темным путем, не принимать на коллективный счет нашего класса.

— А что сдавать будете?

— Что соберем, то и сдадим. Без обмана.

— Так мы же обязательства не выполним! Опозоримся! — закричал в отчаянии Лысюра.

— А мы его и не давали, — вставил Черепанов. — Опозоришься только ты один.

— И придется тебе рассказать честно, как ты хотел всех обмануть, — добавил Живцов.

— Рассказать? Ты мне приказываешь рассказать? — вскочил Генка.

— Не я — все приказывают.

— Как бы тебе плохо не… — начал было Генка, но тут вбежали Синицын и Поспелова и закричали восторженно:

— Нина Борисовна идет! Нина Борисовна!

Все недоуменно посмотрели на них, а Генка проворчал:

— Учителю радуются. Нашли кому!

Нина Борисовна поздоровалась, раскрыла журнал.

— На прошлом занятии мы говорили о полезных ископаемых. Давайте вспомним, что это такое…

Рука учительницы скользнула по списку, и все, как завороженные, следили за ней.

— Чепурова!

Зоя чуть слышно охнула и вскочила.

— Я же почти ничего не знаю… — пробормотала она и пошла к доске.

— Расскажи нам о полезных ископаемых, Чепурова, — Нина Борисовна ободряюще улыбнулась ей. Она знала, что Зоя старательно учила все уроки, но у доски на нее обычно нападала страшная робость. Все вылетало из головы, и Чепурова еле могла выдавить из себя два-три слова. Вот и сейчас она принялась теребить фартук, то краснея, то бледнея.

— Откуда добывают полезные ископаемые? — задала учительница наводящий вопрос.

— Полезные ископаемые добывают ил земли, — послушно подхватила Чепурова.

— Правильно. Какие ты можешь назвать полезные ископаемые?

Молчание.

— Уголь полезное ископаемое или нет?

— Полезное! — обрадовалась Зойка. — Уголь — это очень полезное ископаемое.

— А где его добывают?

— В шахтах.

В общем, тягомотина. Ответы из Чепуровой приходилось вытягивать клещами. Зойка и сама это понимала.

— Садись, Чепурова. Ума не приложу, почему ты всегда так отвечаешь?

И она повела ручкой по журналу, чтобы вывести напротив фамилии Чепуровой неизменную тройку.