Чтение онлайн

– Милостивый государь, мы уже на месте, – позволил себе вольность заговорить один из бойцов. – Ещё немного и Ваше величество сможет отдохнуть. Лекари уже ждут нас.

– Оставь, Яхон, – прошептал король. – Не нужно меня трясти.

– Ваше величество, нужно торопиться, – возразил воин, склонившийся над королём.

К ним спешил лекарь со склянками в руках.

– Ваше величество, – завопил он, – сейчас, сейчас.

– Отстань, Прохор, не до тебя мне, – беззлобно произнёс монарх. Он лежал в крови, но выглядел гордо, не давая окружающим шанса думать о нём как о немощном существе. – Слушайте сюда! Яхон, ты лишил жизни этого вора, и его землю я жалую тебе. Писарю велю издать указ о присвоении тебе титула лорда! У нас ведь так принято, а? Лорд Герберт звучит величаво! А, парни, верно, говорю? Я рад, что предыдущий землевладелец не успел оставить после себя наследников. Думаю, они пошли бы в отца, и продолжили тёмное дело.

Король пытался улыбаться, рассматривая склонившиеся над ним лица верных воинов. Но из улыбки получался жуткий оскал перекошенных болью губ, которые открывали взору окровавленные зубы. Его зрачки постепенно мутнели, но взглядом он перебегал с одного мужественного лица на другое и улыбался

Первым в себя пришёл новоявленный лорд.

– Благодарю, Ваше величество! Буду служить верой и правдой! Свою вотчину очищу от беззакония.

– Ну, ты смотри там, Яхон, без грубых вольностей, – слабо пожурил король молодого феодала. Тут же по его лицу прошла судорога боли, и он выпустил струйку крови из немеющих губ.

– Сейчас, мой государь, сейчас, – бормотал Прохор, вливая янтарную жидкость из склянки в рот монарху. – Да, да, вот так. Ага, молодец, мой государь. Вот, теперь нужно поспать. Несите, молодцы, несите скорее его величество в покои. Скорее же, воины, торопитесь.

Седой лекарь бегал вокруг носилок и причитал. Он склонялся над королем, потом вглядывался в лица уставших солдат, подталкивая их двигаться дальше. Воины смотрели на монарха и не двигались с места.

«То была страшная битва, и она не просто запомнится, а войдёт в летопись северного государства!»

Королевский тракт близ Нордвинда. 1100-ый год.

Путник следовал по заснеженной тропе. Он ехал верхом на чудесном

арабском скакуне и презрительно осматривал сонмище лицемеров и халявщиков, которые скакали впереди на менее породистых лошадях. Его плечи подрагивали, будто промёрз, а из ноздрей вырывался пар, не хуже чем у чёрного, как безлунная ночь коня под ним. Его совершенно не вдохновила охота, на которой они только что побывали. Мало того, не поймали резвого жирного кабана, так ещё и напились не в меру, отчего у него разболелась голова. Всё чаще этому мужчине нездоровилось, а тут забот прибавилось из-за предстоящей свадьбы, которую он не желал всем своим каменным сердцем. Да, он никого не жаловал, но приходилось хорошо играть свою роль и улыбаться там, где в пору плакать.

Король чуть повёл головой в сторону, чтобы посмотреть от чего конь начал прядать ушами и увидел маленького зайчишку, пересекавшего им дорогу. Раньше, он бы не задумываясь, пустил в него стрелу, но не теперь. Что-то в нём будто сломалось и ввергло в жуткую апатию. Зайчишка умчался вглубь леса, а Максимиан II перевёл взгляд грустных карих глаз с туманной поволокой, опушенных рыжими ресницами, на свиту, что двигалась впереди.

Придворные дамы в роскошных соболиных мантиях восседали на низких кобылках в седлах на левую сторону. Сбросив глубокие капюшоны с красиво уложенных волос, они глупо хихикали шуткам особо знатных лордов. Отчаянный флирт обязательно должен перерасти в нечто большее, чтобы скрасить досуг и уже вечером уединиться парочками где-то на просторах мрачного, но такого огромного замка. Их сладкие стоны будут разноситься эхом в разные концы бесконечно длинных тоннелей тёмных коридоров. Но это всё позже, после обильного, сытного чревоугодия.

Пока они двигались вдоль снежного леса, где недавний снегопад укрыл от макушки до самой земли каждое деревце чудесного соснового бора. До того здесь густо теснились высокие голубые ели с соснами и пихтами вперемешку, что даже днём было темно, будто ночь не собиралась покидать местность, храня под своим покровом множество тайн и интриг. Но нет, был всего-то первый час пополудни.

Морозец нарумянил щёки путников и окрасил носы в бледно-алый цвет, немного тронув мочки ушей. Зато воздух благоухал свежестью, по сравнению с градом, где среди густонаселенных улиц прятался замок. Там, даже зимой стойкий запах нечистот и продуктовых отходов въедался в каждую пору кожи.

Максимиан II потянул воздух красиво очерченными природой ноздрями длинного острого носа и улыбнулся своим мыслям. Удерживая поводья одной рукой, и мерно раскачиваясь в седле, вторую приподнял и зажал большой палец в ладони, потирая его остальными. Эта привычка осталась с детства, когда нянюшка ругала. Чтобы окружающие не заметили его шалости, малыш старательно вытирал каждый пальчик. Эти воспоминания повергли взрослого мужчину в шок, ведь он давно прогнал из своей головы мысли о детстве. Ни к чему такому суровому королю эти сантименты. Отогнав видения, он вспомнил свою наречённую, которая не смогла отправиться на охоту. Строптивая девица, к слову, но красивая и довольно скромная.

«Хоть это радует! – подумал король».

Ему уже порядком надоела скучная езда и, ударив пятками скакуна в лоснящиеся бока, припустил вперёд. За ним метнулись ратники, на шлемах которых мелькали белые перья.

Его темно-синий, почти чёрный плащ, подбитый белоснежным мехом песца, развевался на ветру от быстрой скачки. За плечом подрагивал лук и колчан со стрелами. Всадник приподнимался в седле, что слетел капюшон с его головы и открыл взору кудрявую ярко-рыжую шевелюру до плеч. Он тряхнул головой, смахивая упавший на глаза локон. Поравнявшись с одной из знатных особ, которая щедро дарила улыбки во все стороны, свесился с седла, и грациозно наклонившись, поцеловал девушку в румяную щёку. Кокетка ещё звонче рассмеялась. Эхо близлежащих гор мгновенно вернуло этот дивный звук, и уже рассмеялась вся свита. Даже охрана, что скакала близ короля, и то улыбнулась.

– Да, наш маленький король характером не в отца, – поведал лорд своему приятелю. – Эх, пятнадцать лет прошло с того дня, как погиб наш государь. Не у кого, мальцу поучиться уму разуму, не с кого брать пример.

Оба следовали позади всей шумной процессии. Их кони были не молоды, и прослужили седокам десяток лет. Поэтому-то всадники не желали их нагружать по разным пустякам. К тому же, так приятно прогуляться верхом по королевскому лесу и побеседовать. Обсудить лучше всего не важные дела государства, а обычные житейские пустяки.

Эти мужчины не последние люди в замке, а самые важные. Советники короля пребывали в почёте при отце Максимиана II, но когда тот погиб, на престол взошёл его наследник – первый сын. Пока мальчик подрастал, государством управляла королева. С тех пор правила не изменились, и оба лорда остались на службе у молодого монарха или маленького короля – как советники его называли за глаза, исключительно между собой.

– Я сам удивлён, в кого он уродился таким жестоким, – вторил собеседник, поворачивая голову в сторону приятеля.

Тот смотрел вперёд и о чём-то думал. Как только скрылась из вида свита, лорд заговорил, поглядывая на приятеля.

Между мужчинами царили доверительные отношения, а крепкая дружба – это редкость в королевском замке, где каждую секунду чинился заговор.

– Здоровье у него тоже не в отца, – поделился соображениями лорд. – Совсем слаб. Может и жесток он от того, что чувствует недомогание.

– Да, я был рядом, когда с ним случился приступ два дня назад. Я и за лекарем бегал. Хорошо, что эскулап быстро пустил кровь. Как маленького короля ломало – жуть. Может, ты прав, от болезни он ожесточился. Но всё-таки это не оправдывает его поступков.