Чтение онлайн

— Но ведь толку от таких заклятий немного. Какой тогда смысл этим заниматься?

— Этот амулет будет сбивать тех, кто тебя ищет, часов на двенадцать, и даст нам неплохую фору. Как считаешь, есть в этом смысл? — голос ситрайца прорезали стальные нотки, и Тин неуютно поёжилась под его взглядом.

— Да, извините.

— Ты не виновата в своём невежестве, — снисходительно заметил Дилькионниль. — Вся ваша система образования построена на предрассудках доживающих жизни посредственностей. Учить должен тот, кто хоть чего-то в жизни достиг, а не тот, кто больше ни на что не способен. А теперь идём, путь будет долгим.

1.04

Путь и впрямь оказался неблизким. Пешком по полю, набирая сапогами снег и цепляясь за пожухлую траву. Потом шесть часов верхом на старых неухоженных клячах. Ветер, казалось, пытался их развернуть, морозил лицо и бросал в глаза горсти мелкого снега. Путники молчали, стараясь не раздражать друг друга. По правде сказать, каждый из них боялся, что второй психанёт. Тин думала, мужчина просто бросит её посреди дороги, а ситраец опасался, что девчонка от него сбежит, едва появится такая возможность. Но они всё-таки добрались до таверны в небольшом городке и после невкусного ужина уснули на жёстких кроватях. Так продолжалось четыре дня — выматывающее путешествие, короткий отдых, сон в вонючих клоповниках. Впрочем, они так уставали, что уже не имело значения, где засыпать. Тин очень редко ездила куда-либо, а на такие огромные расстояния и вовсе перемещалась лишь однажды — когда переезжала в академию. Только вот ехала она тогда не верхом, а в небольшой бричке, да и на улице была весна. Тиниара перемещалась по паре раз за день, ситраец всегда спокойно дожидался её возвращения, и лишь плотно сомкнутые губы на сосредоточенном лице выдавали нервозность из-за вынужденных остановок. Мужчина был молчалив, даже замкнут. Девушке казалось, он ненавидит её за то, что приходится нянчиться с необученной магичкой. Собранные в хвост русые волосы были плохо прочёсаны, одежда измята и местами покрыта пятнами, под зелёными глазами залегли тени — целитель выглядел усталым и неухоженным.

Несмотря на неприязнь к неопрятности, Дилькионниля не особо волновал его внешний вид. Сейчас его голова была занята совсем другим: этот ворон на дереве словно преследовал их по пятам. Птица не приближалась достаточно для того, чтобы ситраец мог разглядеть особые приметы, но, когда бы эльф не вздумал оглянуться, крупная чёрная птица всегда сидела неподалёку и провожала уставших путников внимательным взглядом. Это вполне могло быть обыкновенным приступом паранойи — неудивительно, учитывая обстоятельства, но странное свербящее чувство в душе не давало покоя.

— Ты тоже его видишь? — спросил Дилькионниль у Тин, и девушка затравленно оглянулась.

— Кого?

— Ворона, — эльф указал на ветки раскидистого дерева слева от них, но она лишь поморщилась, пытаясь разглядеть хоть что-то в сгущающихся сумерках. Человеческое зрение было не таким острым, как у ситрайцев, целитель расстроенно покачал головой. — Не обращай внимания, видимо, я просто устал.

Очередная таверна мало отличалась от предыдущей — залитый липким пол, запах кислого хмеля в воздухе, несколько засидевшихся усталых пьянчуг. Хозяюшка осмотрела странную парочку и хмыкнула что-то вроде: «Молодка совсем, а туда же». Тиниара не отреагировала. В первый раз это было обидно, но поняв, что предубеждение посторонних людей не исправить, девушка просто старалась не думать о сверлящих спину взглядах. В конце концов, в академии на неё всегда смотрели косо.

Тин устроилась на жёсткой кровати, ситраец вовсе спал на полу. В комнате было холодно, а может, она никак не могла согреться после очередной конной прогулки. Сон сегодня был поверхностным, сердце то и дело начинало колотиться в груди, и Тин всё казалось, что кто-то на неё смотрит. В очередной раз раскрыв глаза, она увидела огромную птицу, сидящую на подоконнике. Эта тварь пялилась на неё чёрными глазами, а когда девушка приподнялась в кровати, повернула голову и громко каркнула, что разбудило ситрайца. Мужчина вскочил, замахиваясь на ворона, но тихий голос за его спиной вкрадчиво попросил:

— Не обижайте мою птичку.

Дилькионниль сразу дёрнулся к кинжалу, что лежал на полу возле покрывала. Около двери, опираясь о стену, стоял молодой человек с взъерошенными ярко-рыжими волосами. Увидев реакцию эльфа, он криво ухмыльнулся и поднял ладони в перчатках с обрезанными пальцами. Парень в принципе был странно одет — во всё чёрное, явно не по погоде, штаны низко на бёдрах, майка с выстиранными рисунками черепов, браслеты с шипами на запястьях. Уши растягивали чёрные диски сантиметра два в диаметре, по шее вниз сползала татуировка, но рисунка в темноте было не разобрать.

— Не горячись, я пришёл лишь предупредить вас. Через полчаса здесь будет целая толпа неприятных личностей в чёрных мантиях, а вы, кажется, избегаете подобных встреч.

— Кто ты такой? — грозно спросил ситраец. Паренёк ударил себя ладонью по лбу и комично закатил глаза.

— Боги, где мои манеры. Здесь меня зовут Звездочёт, уж не знаю, кто придумал это прозвище, но как-то привязалось.

— Звездочёт? — вмешалась в разговор Тин. — Ты предводитель мотворов?

— Предводитель? — расхохотался в ответ рыжий. — Нет, я торгую с ними, время от времени. Они не слишком умны и не задают лишних вопросов, а это часто бывает удобным. Вижу, ты уже слышала обо мне.

— От одного из них, — кивнула Тиниара. Парень удивлённо поднял брови, но вопросов задавать не стал.

— Ты пришёл сюда за девушкой? — спросил Дилькионниль.

— И да, и нет. Сейчас от неё немного прока. Я пришёл лишь толкнуть её в верном направлении.

— Ты предсказатель, — понимающе вздохнул ситраец.

— Ага, — не стал отпираться рыжий, а потом добавил низким певучим голосом. — И я предскаааазываю, что ваам порааа валииить. Пойдём, Эд.

Ворон взмахнул крыльями и в мгновение ока очутился на предплечье у парня, цепляясь за широкий кожаный браслет когтистыми лапами. Звездочёт удалился, не сказав больше ни слова.

— Тиниара, собирайся.

— Что это значит?

— Не время для разговоров, надо уходить, — нетерпеливо заметил ситраец, продолжая собирать их немногочисленные пожитки в сумку.

— Он сказал, чёрные мантии! Это боевые маги из гильдии. Почему они нас преследуют? Я думала, мы бежим от дворцовой стражи.

Дилькионниль остановился, встал перед девушкой, пытаясь подобрать правильные слова. Тин должна была ему верить, а сейчас эта вера начинала рассыпаться.

— Это может значить только одно — гильдия магов выбрала свою сторону. Они сохраняли нейтралитет до тех пор, пока не было ясно, кто станет новым монархом. Но если наследник нашёлся, должны были либо поддержать его кандидатуру, либо отвергнуть. Только кажется, что маги не вмешиваются в политику, на самом деле весь наш мир завязан на магии, и гильдия влияет на ваших королей намного больше, чем вы думаете. Идём, Тиниара, — мужчина с надеждой протянул девушке руку, и с волнением смотрел, как она медленно, словно нехотя, поднимает свою ладошку. От её прикосновения сердце пропустило удар, и ситраец скорее отвернулся, потянув Тин за собой, надеясь, что она не заметила выражения сожаления на его лице.

1.05

Магов они опередили. Уже отъехав от села на приличное расстояние, увидели с пригорка, как в него въезжает группа всадников. Оттуда даже Дилькионниль не мог их толком рассмотреть, но беглецы, не сговариваясь, пустили своих усталых лошадей галопом. Ночь выдалась на редкость тёплая, безветренная и звёздная. Окружающий мир под покровом темноты становился ещё более загадочным и пугающим. Тишина, разбавляемая лишь хрустом снега под копытами, давила, добавляла чувства безнадёжности и предрешённости всего происходящего.

Казалось, ничего не предвещало перемены погоды, но через пару часов небо заволокли чёрные тучи. Стало настолько темно, что Тин едва различала собственные руки. У ситрайца был запас фонарей, и хоть он боялся привлекать внимание, пришлось воспользоваться одним из них, чтобы не сбиться с пути. Мужчина прошептал активирующее заклинание в склянку с зачарованной жидкостью, быстро закрутил крышку. Она испарилась, наполнив сосуд клубами голубоватого дыма, который люминесцировал — сперва едва заметно, но потом всё ярче и ярче, пока дорога не стала отчётливо видна. На этом их беды не закончились — вскоре из чёрных туч на землю стали падать огромные холодные капли. Ситраец выругался, понимая, к чему это ведёт — их пытались замедлить. Хоть сегодня и потеплело, но температура всё равно была ощутимо ниже нуля. Дождь усиливался, снег быстро превращался в мокрую кашу и замерзал ледяной коркой. Уставшие лошади шли всё медленнее и всё чаще оступались. До следующего поселения — маленького шахтёрского городка — оставалось не больше километра, но это расстояние они преодолевали целый час. В таверну соваться было нельзя — слишком велика вероятность, что там их будут искать, но и двигаться дальше было невозможно: путники насквозь промокли и дрожали от холода. Тин уже давно не чувствовала пальцев на руках и ногах и едва держалась в седле.