Чтение онлайн

– Горячую принесли, холодная из стены у его светлости бежит, там рычаг большой, ну ты, наверное, знаешь, – проговорил Кирк, подпихивая товарища в спину.

– Разберусь, – улыбнулась любопытным парням, дождалась, когда оба покинут покои, закрылась на засов и только тогда почувствовала себя в безопасности, глухим голосом простонав, – как же я устала.

Беглым взглядом окинув помещение, отметила наличие ещё одной двери, я устремилась к ней, но та оказалась запертой. Подёргав ручку, мне так и не удалось её открыть, но не факт, что её не откроют с той стороны. Поэтому пыхтя и ругаясь, с трудом подтащила, издавая ужасные звуки трения дерева о каменную плитку, тяжёлое кресло к подозрительной двери. И с чувством выполненного долга отправилась в ванную комнату.

– Мда…, – ошеломлённо промычала, застыв на пороге комнаты. Ванная была почти такого же размера, как спальня в моей квартире, и была несбыточной мечтой всей моей жизни. Стены – мрамор кремового цвета с розовым отливом, медная раковина, над которой висело зеркало в золотой или позолоченной оправе. Под зеркалом из стены выступал медный кран с массивной кованной ручкой и стоило её только повернуть, как тут же хлынула вода, холодная и немного пахнущая болотом. Клозет разместили за деревянной ширмой в углу глухой стены, там тоже был предусмотрен кран. Несколько полочек, на которых стояли разные бутылочки и баночки, шкаф с полотенцами и двумя халатами разместили сразу за дверью. От стены, за которой в покоях находился камин, шёл жар и в ванной комнате было тепло. Такое же тепло шло от большой старинной медной ванны, стоящей в центре помещения, в которой наверняка с лёгкостью умещается Ивар. Теперь я понимаю, почему Кирк таскал такие огромные вёдра.

– И к ванне подведён кран и даже отвод для слива воды предусмотрен, – задумчиво протянула, повернув рычаг, услышала тихое шипение и вскоре вода тонкой струйкой побежала в ванну, – неплохо, жаль горячую приходится носить.

После тщательного осмотра баночек и бутылочек выбрала на мой вкус менее резкий аромат, положила рядом с ванной на стул полотенце и халат. Размотала ступни, осмотрела порезы, сделала вывод, что помывка им точно не повредит, забралась в тёплую воду.

Не знаю, сколько времени я пробыла в тёплой расслабляющей воде, мне, казалось, время остановилось. Тщательно смыла с себя пыль и озерную грязь, с трудом продрала спутавшиеся волосы, искренне благодаря Кирка за дополнительные вёдра с горячей водой, иначе ополаскиваться мне в ледяной. Я, наконец скрипя от чистоты, едва передвигая ногами, а это было совсем непросто, идя-то на цыпочках, вернулась в покои. Там не снимая с волос накрученного полотенца и не стаскивая с себя халат, обессиленно рухнула на кровать. Ползком пересекла огромное поле, называемое постелью и добравшись до подушек, сделав норку из тёплого одеяла, вырубилась, стоило только принять горизонтальное положение.

Проснулась от страшного грохота… Кто-то ломился в дверь и судя по крикам, этот кто-то был очень сердит. С трудом разлепив глаза, я некоторое время бессмысленно пялилась в потолок, кой стал волшебным образом таким высоким. С него исчезла симпатичная люстра с красивыми висюльками, подделка под хрустальные бусины, которую мы выбирали вместе с Галкой. Ой! Точно, может, Галинка пришла, волнуется за меня, поди решила, что я это… уже на том свете! С этими мыслями я бодро приняла вертикальное положение и попыталась опустить ноги на пол, но они всё ещё находились на кровати.

– Что за…, – спросонья пробормотала, пошире распахнув глаза, звонко выругалась, – точно, на том свете!

– Елена! – привёл меня в чувство бешеный рык и дверь содрогнулась от удара.

– Иду! – рявкнула в ответ, ворчливо пробурчав, – незачем так орать я и с первого раза услышала.

Отодвинув засов, выполненный на совесть, раз выдержал ярость такого здоровяка, я удивительно шустро отскочила от двери, когда она распахнулась и в покои ворвался Ивар.

– Ты в порядке?

– Нда…, – промямлила, поражённая такой тревогой за меня, даже почувствовала, как вдруг давно спящая совесть во мне проснулась и стала понемногу грызть, напоминая о моём не совсем хорошим отношением к такому замечательному мужчине.

– Чтобы больше не запиралась! – взревел Ивар, своими словами вновь затолкав мою совесть в дальний уголок.

– Да, конечно! Ждать буду с распростёртыми объятиями, когда кто-нибудь ко мне ночью заявится!

– Дункан! Распорядись снять засов, – не ответил Ивар, окинув меня презрительным взглядом, чуть помедлив, добавил, – в этом замке на тебя никто не позарится.

– Ты так часто об этом говоришь, – хмыкнула в ответ, забавляясь над мужчиной: «Он что правда думал, меня этим задеть», вслух продолжила, – будто сам себе повторяешь, чтобы не забыть.

– Кхм…, – подавился смешком Дункан, оставшийся стоять в коридоре и со стороны наблюдал за представлением.

– Ивар, ты что-то хотел? – поинтересовалась, собирая волосы в пучок. Моя лень вылезла мне боком и теперь они, высохнув в полотенце, торчали, как им вздумается.

– Ты не спустилась завтракать, обед тоже пропустила, – проговорил Ивар, с укором на меня взглянув.

– Зато хорошо выспалась, – равнодушно пожала плечами, краем глаза увидела, как Дункан зажав рот ладонью, пытался, справиться с прорывающимся смехом.

– Ты ранена и могла…

– Хватит, – прервала мужчину, не дав продолжить нести бред, – это всего лишь царапина и такое отношение по меньшей мере странное. И если это всё, что тебя интересовало, информирую: физически я прекрасно себя чувствую, так что прошу покинуть покои, раз они временно принадлежат мне и дать мне пару минут привести себя в порядок.

– Обед тебе принесут в покои, но сначала тебя осмотрит лекарь, – произнёс Ивар, холодно взглянув на меня, прежде чем выйти из комнаты.

– Ишбель и Сайн, матери его детей рано умерли, – тихо сказал Дункан, как только Ивар отошёл на достаточное расстояние, чтобы не мог услышать, – Ишбель была болезной девушкой и простудившись не выжила, а Сайн порезала руку в саду… рана загноилась, и… она была беременна, оба не выжили, ребёнок был слишком мал.

– Спасибо, что сказал, – поблагодарила Дункана, почувствовав себя ужасно неловко.

– С тех пор Ивар очень нервно реагирует на болезни и раны: детей, мои, слуг, – грустно усмехнувшись поведал Дункан, через секунду зло бросив, – а ещё Мэрид, постоянно укоряла его этим. Говорил брату, чтобы прогнал её, только вред один от дурной бабы. Мальчишки рады будут, что она наконец покинула замок.

– Она няней у детей была? – вырвалось у меня, потрясённо уставилась на вдруг разговорившегося мужчину. Да такую особу к людям страшно подпускать, а здесь дети.

– Мэрид была нянькой Сайн и винила брата в смерти её девочки, – ответил Дункан, криво усмехнувшись, – Ивар и без того винит себя, так ещё Мэрид добавляла. Мальчишкам про отца наговаривала, а тот не замечал ничего.

– Хм… а сейчас, что изменилось?

– Не знаю, – лукаво подмигнул мне, махнув рукой, добавил, – ты, кажется, хотела привести себя в порядок, не буду мешать.

– Эй! – остановила, шустро сбегающего от меня мужчину, раз он вдруг разговорился, нужно срочно выяснить самое важное, – а когда я уже покину замок?

– Когда за тобой приедут, – загадочно ответил Дункан, исчезая за поворотом.

– Ерунда какая-то, – сердито буркнула, закрывая дверь, поспешила в ванную, на ходу пытаясь понять, что кроется в странной фразе, – неужто инквизиция здесь имеется? Так, без паники, умываемся и бежим на кухню, там и выясню, сжигают здесь ведьм или топят. Батюшки, какой кошмар только не придёт в голову.