Чтение онлайн

— И Клотильда всех тиранила?

— Ну как… Лишнего выходного не давала, с рассветом вставать заставляла, работой зачастую бессмысленной нагружала, — рассказывает Марта, с шипением наливая новую порцию теста на сковороду.

— А наговаривать перед хозяином? — уточняю я.

Потому что мне хочется понять, это я такая везучая, или что-то у Клоти в голове перемкнуло.

— Однажды было, — говорит Марта. — Девчонка у Клотильды жениха увела. Жениться тот наглец так и не женился, но жизни той девчонке, конечно, не стало. И отсюда уволилась, и новую работу не нашла. Так и уехала из города.

Н-да… Но Марика точно никого ни у кого не уводила. Хотя если попробовать подвести под это все логику, то у Клоти должны быть все же личные мотивы. Осталось только выяснить, какие.

Марта делится еще одним кусочком мяса для Руди, и я поднимаюсь во флигель. Оглядываюсь хорошенько, проверив, что Клоти поблизости нет, и иду в знакомую каморку.

“Я уж думал, ты решила обо мне забыть”, — ворчит сов.

— О тебе забудешь! — усмехаюсь я. — Держи.

Я отдаю ему кусочек и достаю из кармана мазь. Сов с удовольствием зажимает еду лапами и начинает клювом отрывать маленькие порции.

— Руди, дай обработаю тебе, а потом будешь заедать стресс.

“Что я буду?” — он резко поднимается и смотрит на меня своими круглыми удивленными глазами.

— Больно будет, — честно предупреждаю я. — Но от этого никуда не деться. Сейчас надо перетерпеть, а потом быстро заживет.

Руди прищуривается, как будто пытается понять, стоит ли мне довериться или стоит делать крылья.

— Да ладно! — фыркаю я. — Как будто у тебя есть выбор!

“Обманешь — покусаю!”

Понял. Принял.

Киваю ему и аккуратно снимаю повязку. Да уж… Рана лучше точно не стала, и, наверное, если бы дракон сам не отдал мне мазь, я бы к нему пошла просить, уже не скрываясь.

Открываю баночку и чуть прижимаю Руди, потому что от резкого запаха он уже начинает нервничать.

“Я передумал!” — сообщает мне сов, но уже поздно. Я наношу мазь на рану, и Руди начинает истошно верещать.

Сердце сжимается от сочувствия, потому что я сама до сих пор помню, каково было мне. Сильнее придавливаю к себе птицу, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы качественно обработать весь ожог, и только после этого выпускаю.

Руди хватает свой кусок мяса и отскакивает от меня в самый угол, сверкая оттуда гневным взглядом.

— Ну прости, я же… — и замолкаю, потому что снаружи слышатся чьи-то шаги.

Кажется, я даже дышать перестаю в надежде, что это поможет, и шаги прошагают мимо. Но нет, мне так не везет, дверь начинает приоткрываться.

Следующий этап надежды — что это Улька. Но она бы вошла совсем иначе. Поэтому этот этап очень короткий, и я начинаю думать о том, как мне спрятать Руди. К сожалению, этот мир не одарил меня какой-то классной магией. Хоть магию иллюзий подкинул бы, но нет!

Магия сепарации! Вот повезло бы.

Так… Если вспомнить о том, что свет имеет корпускулярно-волновую природу, то… В какой-то степени это частицы, которые можно чисто теоретически (то есть если мне повезет) отграничить. То есть сделать так, чтобы в углу была кромешная тьма, и сова не было видно.

Напрягаюсь так, что в груди начинает гореть, но свет действительно начинает отходить от угла, а вокруг меня появляется концентрированное яркое пятно. Кто бы мог подумать, что знания по физике я буду использовать ТАК.

— Что ты здесь делаешь? — раздается недовольный голос Клоти.

— Меня… Меня Улька попросила посмотреть, может, где еще завалялись свечи… — говорю я.

Надеюсь, она не побежит сейчас к горничной уточнять, правда ли это. Или Улька догадается меня прикрыть. Хотя вот это вряд ли — ей сообразительности и хитрости на это не хватит.

— Нечего здесь шастать, — произносит Клотя, не глядя на меня.

Она усиленно сканирует взглядом помещение и вглядывается в темноту за мной. Ничего там не видно, и это радует. Не радует то, что в груди печет все больше.

Судя по воспоминаниям Марика, именно там находится главный, базовый центр магии. Еще один есть в горле и в животе, но у тех, кто посильнее, чем я. А у драконов их вообще пять. Меня бы зависть заела, если бы я была из этого мира, наверное. Но учитывая, что по мне магия — это вообще роскошь, я довольна и тем, что есть.

— А если хочешь этой бездельнице помочь, иди, вон, с ней в город сходи, — распоряжается экономка, понимая, что ничего она тут не увидит больше. — Да не стой ты столбом! Шевелись уже!

Мысленно показываю Клоте язык и поспешно выхожу из чулана, потому что горячо в груди настолько, что аж дышать тяжело становится. К моему счастью, Клотильда тоже не задерживается и идет за мной. Наверное, чтобы проверить, действительно ли я пойду к Ульке или решу “откосить”.

Горничная находится в кухне, но туда Клотильда уже не спускается. Похоже, с Мартой у них есть взаимная неприязнь, однако влияние экономки не особо на нее распространяется. И это радует.

— Я с тобой в город, — говорю я Ульке, присаживаясь на краешек скамьи и пытаясь отдышаться.

— Ой, а тебе туда можно? — в глазах девушки появляется надежда: похоже, ей не особо хотелось одной туда идти.

— А почему нельзя? Это же не так уж и далеко от дракона, чтобы метка сработала. Ездил же он вчера на мануфактуру без меня. А ходить он мне никуда не запрещал, даже, наоборот, сказал на глаза не попадаться, — рассуждаю я.

— И то правда. Он-то сам как заперся с утра в кабинете, так и не выходит, — произносит Улька, а потом восторженно добавляет: — Как здорово! Вместе хоть не скучно!

— Есть только одна проблема: у меня ж одежды совсем нет, — я вспоминаю, что сюда-то я почти голышом пришла.

— Это ничего! Сейчас что-нибудь придумаю, — девушка тут же вскакивает с лавки. — Я тут недалече живу!

Улька словно испаряется из кухни.

— Вот уж как ей в город-то одной не хочется, — качает головой Марта, которая все это время только молча слушала нас.

— А что там? — тут же напрягаюсь я.

— Да ничего. Говорят, сын мясника, тот, который кривой, очень уж Ульку замуж за себя хочет, — делится сплетнями Марта. — А что бы нет: девка ладная, работящая, семья не совсем побирается. И не удивительно.