Чтение онлайн

– Ты заставляешь все звучать так, будто это не имеет никакого отношения к моим чувствам к Этану. Будто ты не знаешь, что среди всех тех семей моя имеет не последнее место. Будто ты не наказываешь его и всех, кого он любит, за мою любовь.

Эвелин заметила, что Зейн стиснул свои кулаки, от чего костяшки его пальцев побелели, когда прозвучало слово ‘любовь’. Она сразу поняла, что играет с огнем, но девушке было все равно.

Она была поглощена своей злостью и ненавистью, отодвинув свои прежние идеалы, которые посылали ей сигналы красного светофора.

– Почему ты так увлечен мной? Мы встречались лишь дважды и наши диалоги с трудом можно назвать нормальным разговором. Почему ты так относишься к девушке, которую даже не знаешь? К девушке, которая чувствует к тебе только ненависть? Почему?
– Эвелин не успела закончить свой монолог, она была остановлена рукой, твердо обхватившей ее горло и вдавившей в стену, выливая весь воздух из ее легких.

– Я не хочу причинить тебе боль, но я не позволю провоцировать или оскорблять меня таким образом, - голос Зейна был холоден и не выражал никаких эмоций, когда он придавил собой тонкое тело Эвелин, создавая бутерброд, где она была посередине стены и самого вампира.

Эвелин хотела сражаться, хотела кричать в его лицо, но инстинкт самосохранения одержал над ней верх и она сменила свою злость на чувство страха. В глазах Зейна проскочила молния бешенства, девушка понимала, если бы он только захотел, он бы сделал с ней многие вещи прямо здесь и сейчас.

– Пусти меня, - прошептала она.
– Я не хочу идти во Дворец, не хочу быть твоим советником. Мне просто хочется прожить жизнь здесь, будучи человеком, обычным человеком.

Зейн сначала промолчал, просто приблизился к ней еще ближе и, с привкусом опасности в воздухе, он мягко прижался своей щекой к голове Эвелин.

Гнетущее напряжение сменилось тишиной. Когда он заговорил вновь, его голос был на удивление спокойным.

– Я не могу отпустить тебя. Поверь, я старался игнорировать свои чувства, но не выходило, с той нашей встречи несколько месяцев назад. Кажется, что ты украла мое сердце, не могу перестать думать о тебе. Я прожил тысячи лет, но никогда не чувствовал ничего подобного, во всяком случае, не к человеку, - Зейн слышал нотки боли в своем голосе, стараясь отогнать воспоминание прошлого, бороздившее его мысли.

– Я люблю Этана, - те три слова были так просты, ни одно из них ничего не значило для Зейна по отдельности, но вместе, в одном предложении, произнесенные губами Эвелин, они были способны разбить сердце Короля.

В том, как девушка, которую он практически не знал, могла таким образом причинить ему боль, было что-то ироничное. Еще не осознавая, что делает, Зейн вновь стал ведомым злостью и ревностью. Его темная сторона брала верх и несколькими мгновениями спустя, не дав Эвелин шанс осознать происходящее, Король швырнул Блэкберн на кровать. Его ноги были по обе стороны ее бедер, а ее руки были подняты вверх с помощью его сильных рук, оставляя полностью незащищенное тело лежать перед ним.

– Почему тебя так заботит немощный человек, который никогда не сможет защитить тебя так, как я?
– чуть ли не зарычал он.
– Никогда он не сможет тебе предложить и слабой тени того, что могу я. Почему? Открой глаза, Эвелин, я Король, свободный и сильнейший вампир в мире… Открой глаза и пойми, что я в миллион раз лучше Редферна. Он ничто, если сравнивать со мной! Что есть у него, чего нет у меня?

– У него есть страсть, любовь, доброты, душа и самое важное, человечность. Он не монстр, каким ты являешься!
– Зейн улыбнулся.

– Монстр? Что ж, если ты считаешь меня монстром, тогда я покажу тебе, каким являюсь. Я хотел подождать момента, когда ты будешь готова отдаться мне, но раз уж я монстр, то просто наслажусь твоим телом с помощью силы.

Глаза Эвелин расширились, когда губы Зейна дотронулись до ее собственных, властно, грубо и зло.

– Ты моя, - рыкнул он, насильно открывая переднюю часть платья Эвелин, открывая своему взгляду ее нежную девичью грудь, прикрытую одним только белым кружевным бюстгальтером. Его глаза потемнели от похоти, он хотел ее здесь и сейчас.

– Нет!
– крикнул Эвелин, понимая, что вампир хочет с ней сделать.
– Помогите! Кто-нибудь, помогите, прошу!

– Кричи, сколько захочешь, никто тебя не спасет, - зло усмехнулся Зейн.
– Может, это и твой дом, но я твой Король. У меня есть все права делать с тобой все, что я захочу.

========== Мрачная надежда ==========

Добрый день :)

Знаю, что обещала выложить эту главу вчера, но я не рассчитала время, а в 3 часа ночи никому бы обновление не понадобилось…

Эту неделю обновляться перевод будет либо по утрам, либо поздно вечером, но постараюсь по утрам, хх

Добродетель - состояние непорочности, чистое и невинное.

С рождения Эвелин знала, что никогда не сможет контролировать свою жизнь, но девственность было тем, что она берегла. В особенности после того, как Зейн забрал все ее права на свободу и будущее.

Эвелин всегда верила, что выбор того, с кем произойдет ее первый раз, будет за ней. Мысленно она представляла, что потеряет ее с тем, кого любит, в идеальном месте, в идеальное время. Она всегда думала, что тот момент будет идеальным.

Зейн уже забрал у нее слишком много и, она знала, что защитит свою добродетель от него любой ценой. Она бы проще умерла, чем позволила ему совершить это.

Беспощадно руки Зейна блуждали по телу человека, жадно дотрагиваясь до каждого сантиметра ее кожи и каждой детали. Он окончательно потерялся в своей похоти, которую он испытывал к девушке, и той злости, поглотившей его. Вампир так сильно хотел ее, что желание становилось нуждой.

Он понимал, что она возненавидит его и шансы, что она когда-нибудь станет его, слабы. Может, именно это заставляло его вести себя так иррационально, может, потому он отодвинул все принципы, нападая на сопротивляющуюся Эвелин…

Чтобы доказать самому себе, что она принадлежит ему. Он нуждался в малейшем чувстве удовлетворения, чтобы защитить свое и без того уже разбитое сердце от дальнейшего разрушения.

– Сначала будет немного больно, моя дорогая, - прошептал он ей на ухо, оставляя дорожку из поцелуев по ее ключице.
– Я буду мягко, обещаю.

Улыбка показалась на лице Зейна, когда Эвелин перестала вырываться и расслабила тело. Для него это был акт подчинения. Он решил, что она и вправду отдается ему, но он не мог заблуждаться еще больше.