Дарованная
Шрифт:
Голубоглазый воин, с закрытым лицом подал руку Иргиз и повел ее следом за повелителем. Стоило им сойти с трапа, как девушка в похожем плаще скинула капюшон и кинулась к повелителю низко кланяясь.
— Мой повелитель, — с придыханием произнесла она, — Вы так надолго оставили меня, что я уже начала беспокоится. — И она в притворной обиде надула свои пухленькие губки, хватая Армана за руку.
Сама девушка была на удивление юной и тоненькой. Ее светлые длинные волосы развивал ветер, а голубые глаза с не прикрытой враждебностью рассматривали Иргиз.
— Юлита иди к себе, и чтобы сегодня я тебя не видел. Ты позволила себе слишком много. — Голосом, которым Арман это произнес можно было море заморозить и Иргиз невольно поежилась.
Юлита вспыхнула, на белой коже отчетливо проступили красные пятна стыда и ненависти. Ведь это из-за этой степной выскочки Арман так унизил ее перед толпой зевак. Теперь будут шептаться за ее спиной и донесут Севарре. А ведь всего две декады назад он благоволил ей и чаще других вызывал в свои покои. Даже личные комнаты и служанку предоставил. Как же Севарра ей завидовала. А сейчас что? Юлита знала зачем хасан плывет в степи, но надеялась, что, как и прежде, степнячки не будут вызывать в нем интерес. Он их ни разу так и не тронул.
— Уведите мою новую наложницу в приготовленные для нее покои. — Сухо произнес он, даже не взглянув при этом на Иргиз, а затем развернулся и твердо зашагал прочь.
Юлита подавилась воздухом. Покои? Уже? Да что себе позволяет эта мерзкая дрянь? Небось еще в пути залезла в постель хасана! И проводив подозрительным взглядом удаляющуюся поцессию Юлита решила все разузнать.
Двое воинов, стоящих рядом с женщиной в скромных одеждах, тотчас подскочили к Иргиз с двух сторон и замерли в ожидании. А затем к девушке величаво подплыла женщина в простом, но очень дорогом, синем платье и вежливо, но непреклонно предложила следовать за ней. И первой направилась через всю толпу к ступеням ведущим в противоположную сторону от тех куда прошествовал хасан…
Внимательно рассматривать покои, куда привела ее, пока еще, не известная женщина, Иргиз не успела. Как только за ними закрылась дверь. Женщина поспешила представиться.
— Меня зовут госпожа Бенгу, я смотрительница гарема хасана Амира. Прежде, чем дать тебе отдохнуть после долгого путешествия, я разъясню правила поведения во дворце. Первое и самое важное — пожелания хасана — закон! Не исполняешь — получаешь наказание. Второе — нельзя вредить другим наложницам.
— А если они начнут вредить мне? — Не очень учтиво перебила Иргиз госпожу Бенгу, на что та раздраженно поджала губы, но все же смолчала и продолжила.
— За вред наложницам получаешь наказание двадцать плетей у позорного столба. Надеюсь ты все запомнила? Если возникнут вопросы обращайся ко мне или к личной калфе*. Сейчас я пришлю ее к тебе она поможет переодется и подготовится.
— Подготовится? — Испугалась Иргиз. — Но к чему? — Ей все еще не верилось, что вот так, быстро наступит ненавистный ей момент, о котором никто так и не рассказал, а полунамеки, какими в степях принято говорить о том, что происхожит между мужчиной и женщиной, не в счет, понять из них можно разве что только то, что мужчине нужно пркориться и делать все, что он сксажет.
— Сегодня праздник. — Понимающе, усмехнулась госпожа Бенгу. — Хасан Арман пожел тебя там видеть. Надеюсь манерам ты обучена и не опозоришь хасана перед народом. А после я лично займусь твоим обучением.
— Да, знаю. — Буркнула Иргиз, ругая себя за поспешные выводы…
Стоило только смотрительнице выйти, как в дверь постучались и дождавшись дозволения войти в комнату просочилась худенькая, смуглокожая девушка с черными косами.
— Рада приветствовать вас госпожа, — Низко поклонилась она, — Меня зовут Риша, я ваша личная калфа. Не желаете искупаться с дороги? Для вас готова горячая вода. — Входя следом за Иргиз в первую комнату, похожую на комнату для отдыха в восточных халифатах.
Во всяком случае, сейчас Иргиз удалось все же рассмотреть богатое убранство ее личных покоев. Всего тут было много, и даже в избытке, как и во всем дворце. Низкие резные столики, пуфики, диванчики, ковры, вазы и подкшки. Много подушек. Разноцветные, большие и маленькие, круглые, квадратные и продолговатые… Различного качества и ценности. Были подушки в чехлах из дорогой парчи и бархата, а были из обычного крашеного полотна. Большинство было вышито шёлком и бисером, но попадались и просто гладкие, обшитые позументом или бахромой, с аппликацией из шёлка и меха.
Хасан не стесняясь, украшал свое жилище ценными вещами, отобранными у вероломно напавших и побежденных им врагов или полученными от них же в залог мира.
И ничего ни странного, ни тем более предосудительного аршаи в этом не видела, все на его месте поступили бы точно так же…
Амир проводил взглядом маленькую процессию, ушедшую по боковой лестнице в женскую часть дворца, и вздохнул с легкой досадой, сожалея о невозможности немедленно отправиться вслед за загадочной девушкой, так манившей разгадать ее тайны…
Иргиз не потребовалась помощь Риши, но девушка терпеливо дожидалась свою новую госпожу в спальне, раскладывая по сундукам, простые степные наряды, пояски с бляшками из бронзы и кожанные мягкие сапожки. Сейчас Ришу занимали невеселые мысли не дающие все как следует рассмотреть. Госпожа Юлита поймала ее почти у самых дверей ее новой хозяйки и строго наказала посыпать вещи новой наложницы хасана порошком.
— Это ничего особенного Риша, так чесоточный порошок, — мягко улыбаясь проговорила Юлита, вкладывая в ладошку девушки темный флакон, — Я просто хочу дать ей понять, что я любимая фаворитка хасана, которая, вполне возможно, в скором будущем станет вашей хасинтой. — Мягко улыбаясь пропела она, вот только лихорадочный блеск глаз выдавал ее злорадство.
— Но госпожа, меня ведь накажут плетьми у позорного столба и ни одна из наложниц не захочет взять меня к себе. — С мольбой в глазах взглянула на Юлиту Риша.
— Выбирай Риша, — холодно произнесла Юлита, — Либо тебя, либо твою младшую сестру, что работает на кухне. Я ведь могу пожаловаться хасану, что Айша на меня напала и доказательства предъявлю. — И она закала рукав тонкой шерстяной туники демонстрируя четыре глубоких, но коротких пореза. — Ну так что? — Выгнув вопросительно свою аккуратную бровь, язвительно спросила Юлита, уже зная ответ.
Риша только кивнула соглашаясь. И вот теперь перед ней стоял выбор, подставить сестру или же самой принять на себя удар, но в то, что во флаконе безобидый порошок вызывающий честотку Риша не верила. С Юлиты станется насыпать туда жгучего перца или еще какой дряни, от которой нежная кожа степнячки покроется волдырями или ожогами.
В своих размышлениях Риша не заметила, как в комнату вошла Иргиз…
Калфа*-личная прислуга в Альморавидском царстве. Личную прислугу полагалось иметь лишь тем, кто этого достоин. Не многоие наложницы хасана могли похвастаться личной прислугой.