Чтение онлайн

Изредка бросая взгляды в ее сторону, по движению челюстных мышц, он определил, что она проделывает во рту какие-то манипуляции. После этого Лана проглатывала очередную порцию и откусывала новую.

«Она формирует или круглые, или продолговатые порции. Так их легче проглотить», – догадался Сет. Он попробовал сделать то же самое. К его удивлению, мышцы и язык заработали согласованно, и вскоре продолговатая «пилюля» легко поглотилась.

«Вот я и попробовал пищу бессмертных. С детства каждый инфер твердо знает: любры всю жизнь едят нечто со вкусом, цветом и запахом твердого кала. Именно поэтому инферы и отделились от вонючих любров. Получается, нам лгали?»

Планета Земля. Четыре тысячи лет назад.

Моша бежал по узким кривым улочкам Мемфиса. Он опаздывал на занятия в школе. До сегодняшнего дня у него еще не было опозданий. Он и сегодня вышел из дома, как обычно, за час до начала первого урока и, не спеша, двигался привычным маршрутом.

Внезапно дорогу ему преградили четверо подростков. Судя по сучковатым палкам в руках, намерения у них были не самыми дружескими. На вид они были его ровесниками, да и комплекцией не сильно его превосходили. С каждым из них Моша бы справился. Он умел драться. Но выходить против четверых, да еще и вооруженных страшным оружием, ему еще не доводилось. Самым разумным было убежать. Об этом Моша сразу же и подумал, но, оглянувшись, увидел за спиной еще двоих парней.

На одного из этих парней Моша бросился, набирая скорость. Сильным толчком он сбил противника с ног. Путь был свободен. Но второй исхитрился подставить подножку, и Моша упал. Вшестером, подростки принялись пинать лежачего и избивать его палками. Они, наверное, забили бы его до смерти, если бы не случайный прохожий с тяжелым посохом. Его голос напугал не только разбушевавшихся мальчишек, которые мгновенно разбежались, но и теряющего сознание Мошу.

– Можешь встать? – услышал Моша тот же голос, но теперь он показался родным и ласковым, как голос отца.

Когда еще отец был жив, он часто сажал Мошу на колени и что-то рассказывал. Смысл рассказов не доходил до сознания трехлетнего мальчика, но его голос успокаивал и вызывал уверенность в своих силах одновременно. Засыпал и просыпался Моша великим воином, таким же, как его отец. Уже тринадцать лет Моша не слышал голоса отца, и вот знакомые интонации прозвучали в голосе незнакомца.

Превозмогая боль, Моша поднялся и взглянул на человека с посохом. Его спаситель был одет в длинную хламиду цвета глины. Голову покрывал большой капюшон, в тени которого едва можно было разглядеть лицо старика с длинной седой козлиной бородой и полным отсутствием растительности над верхней губой. В руке он держал посох из черного дерева.

– Идем со мной, мой мальчик. Нужно обработать твои раны.

– Но мне нужно в школу.

– Я знаю, но с такими ранами ты не высидишь и одного урока. Ты сможешь сам идти? Здесь недалеко.

– Смогу, – ответил Моша и тут же пожалел об этом. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, но гордость не позволяла просить помощи у незнакомца.

Идти и вправду оказалось недалеко. Меньше чем через две сотни шагов незнакомец свернул к небольшой хижине и отодвинул полог.

Моша вошел в жилище и, когда полог за незнакомцем закрылся, он очутился в темноте. Яркий свет, который пробивался сквозь маленькое оконце под низким потолком, не освещал комнату, а только слепил глаза.

– Встань на свет, мой мальчик, – велел старик и принялся обтирать раны лоскутом льняной ткани, смоченной какой-то жидкостью.

После обработки, раны горели так, что Моша не смог сдержать стон.

– Терпи, Моша, скоро все пройдет, – успокоил его незнакомец. С этими словами он взял в руки склянку с мазью и начал бережно наносить ее на раны.

– Это бальзам для заживления ран, – приговаривал спаситель, – скоро твои раны затянутся, и ты забудешь о боли.

Моша и сам чувствовал, что после нанесения бальзама в тех местах, где все только что горело, боль внезапно проходила.

– Как мне тебя называть, почтенный, – решился задать вопрос Моша, – и чем я могу тебя отблагодарить?

– Благодарности мне твоей не нужно, а называть меня можешь Спаситель. Я ведь тебя спас, верно?

– Да, Спаситель.

– Ну и раз уж ты сам заговорил о благодарности, ты можешь помочь старику скоротать длинные вечера. Ты бы мог забегать ко мне после школы и рассказывать те истории, которые поведал вам ваш учитель.

Такая перспектива не сильно обрадовала юношу. Часами пересказывать старику школьные уроки, в то время как другие юноши и девушки затевают разные игры, не входило в планы Моши. «Уж лучше бы меня убили», – подумал он.

– Да ты не переживай, если тема мне будет неинтересна, я тебя сразу отпущу.

– Я и не переживаю, – растерянно произнес Моша, а голове сама собой родилась мысль: «Как же, неинтересно! Учитель не рассказывает неинтересных историй».

– Ну, тогда можешь не приходить. Как-нибудь я это переживу.

«Он что, читает мои мысли? – спросил себя Моша, а вслух сказал:

– Я приду, Спаситель.

– Тогда беги, еще успеешь на первый урок.

«Ага, беги», – выйдя из жилища своего спасителя, Моша вспомнил, с каким трудом он доковылял сюда от места драки. Воспоминания о той боли заставили его осторожно сделать несколько шагов. Но боли он не почувствовал. Следующие шаги юноша произвел уже смелее и, окончательно осмелев, побежал. Боли не было.

На урок Моша прибежал с небольшим опозданием.

– А вот и наш Моша, – произнес учитель, – мы можем начинать урок?

– Прости, учитель.

– Постой, Моша, что это у тебя за синяки и ссадины на всем теле? Тебя кто-то избил?

– Нет, учитель. Вчера я сорвался с обрыва и прокатился по камням, – впервые в жизни Моша солгал учителю. Он сам не понимал, зачем это сделал, но что-то подсказывало ему, что учитель не должен знать о спасителе.

– Если тебе трудно терпеть боль, ты можешь сегодня идти домой.

– Мне уже не больно, учитель.

– Тогда начинаем. В прошлый раз мы остановились на том, что началась война между любрами и инферами. Но самое интересное, почему началась эта война. Не буду томить вас наводящими вопросами, а скажу сразу: эта война началась из-за еды.

– Прости, учитель, но ведь не так давно ты говорил, что все войны – из-за еды. Так что же интересного в том, что еще одна война началась из-за еды?

– Вижу, у тебя и вправду ничего не болит, Моша. А на твой вопрос я отвечу. Ты не внимательно слушал мои уроки. Я говорил, что все войны идут ЗА еду, а эта война началась ИЗ-ЗА еды.

– А в чем разница, учитель? – загалдели ученики.

– Надеюсь, к концу лекции мы с вами найдем ответ на этот вопрос. В то время, о котором идет речь, проблем с едой у жителей Зланы не было.

Последняя война была настолько ожесточенной, что унесла больше половины населения. Оставшихся могла бы постигнуть такая же участь, если бы не вождь одного из племен.

Он был самым молодым вождем, но благоразумие его речей выдавало в нем мудрого правителя. Он сказал, что частые войны вынуждают содержать много воинов. Воинов становится все больше, а пахарей и погонщиков скота – все меньше. Поэтому еды на всех не хватает, поэтому все стремятся отобрать еду у другого племени. Для этого нужно еще больше воинов. Так будет продолжаться до тех пор, пока последний пахарь не станет воином и не погибнет. Тогда остальные умрут от голода.