Чтение онлайн

Фернандо снова приблизился ко мне, и я, загипнотизированная историей, позволила ему сделать это. Ферретти все еще крепко сжимал меня за плечи, и я чувствовала, как от этого меня вновь начинает уносить.

— Боже, Жизель, — вздохнул мужчина, оглядываясь по сторонам.

Было невероятно тяжело смотреть на него, понимая, что он пытается донести до меня правду, которую я и так знала, но должна была изображать наивную идиотку.

— Филипп использует тебя. Постоянно. Почему ты не видишь этого?

Я молчала. Не хотела снова врать ему, но и признаться во всем не хватало сил.

— Я не могу понять тебя. Ты же невероятно умная девушка, почему до сих пор не признаешься себе в том, что он не любит тебя! — я чувствовала, как напряжены его руки, которыми он обнимал меня за плечи.

— Давай не будем об этом. Прошу, — меня вновь бросило в дрожь. Я не могла рассказать ему все, но и просто стоять здесь и молчать было невыносимо. — Я все понимаю, Фернандо.

— Тогда почему ты с ним? Почему?

Было так тихо, словно мы остались вдвоем на частном пляже, и только море было свидетелем этого разговора.

— А почему тебя волнует это? — меня на самом деле смущало, что Фернандо слишком добр ко мне. Может быть, как и его братец, он просто пользовался мной. В конце концов, со Стеллой, как оказалось, он был не просто так.

Я вновь взглянула на Фернандо. Он казался мне искренним, а поскольку до сего момента не давал мне поводов сомневаться в нем, я еще больше разозлилась на себя. Он вынуждал рассказать ему все. Однако в этой истории было слишком много «но…», чтобы выложить ему все, что было у меня в душе.

Морской бриз всколыхнул волосы, заставив одну из прядей небрежно упасть на лицо. Мужчина на миг замер, позволяя мгновению раствориться в вечности.

А затем я не успела даже вздохнуть, как его руки оказались на моей талии, притягивая к себе, и наши губы встретились в поцелуе.

Я забыла обо всем на свете: о Филиппе, Джейн, Стелле, клятве, данной самой себе, гласившей держаться от него подальше. Я словно лишилась рассудка, уступив место чему-то иному, чему-то дикому и безумному. И я не могла бороться с этим, полностью отдаваясь моменту.

Я чувствовала, как с каждой секундой объятия Фернандо становились крепче, словно я добровольно сдавалась ему в плен, позволяя заключить себя в запретные оковы. Но мне было так хорошо в этой сладкой, легкой и необузданной эйфории, что я не променяла бы ее ни на какую свободу. Этот безумный адреналин в крови, стук его сердца и безмерное блаженство.

Он осторожно укусил меня за нижнюю губу, а потом вновь страстно поцеловал. При этом он небрежно гладил меня по щеке, заставляя мое тело невольно вздрагивать от каждого такого прикосновения. Мне казалось, будто я закинулась каким-то невероятно действенным видом травки в убойной дозе. Ноги будто оторвались от земли, и я ощутила, как меня изнутри наполняет тепло. Мир делился на миллион частей, и каждую из них я чувствовала также же отчетливо, как и запах парфюма Фернандо.

Я бы провела в этом мгновении вечность, запоминая каждое движение этого мужчины, каждый его вздох, пока он восстанавливал сбившееся дыхание, а затем с новой силой начинал целовать меня. Я готова была запомнить каждую клетку его тела, которая касалась меня в момент этой близости. Я могла сделать все, что угодно, чтобы остановить время и никогда не отпускать его. Но прошла еще пара минут, и он неохотно отстранился, все еще держа меня за руки.

Он смотрел мне прямо в глаза, словно пытался узнать в них ответы на все вопросы.

— Жизель, ты должна рассказать мне все. Я не могу поверить, что ты правда любишь его.

Он смотрел на меня с надеждой. Но могла ли я сейчас сказать ему правду? Что бы это дало ему? Что бы это дало мне? Он бы узнал, что я по незнанию на три года продала Филиппу свою жизнь. Что за разглашение этой тайны я должна буду ему миллион, и что, возможно, после этого он вообще решит грохнуть меня где-нибудь в подворотне. Признаюсь, я боялась этого. Да и сам Фернандо. Неужели ему будет легче, если он узнает, что я являюсь собственностью его брата? От меня сейчас зависит его будущее со Стеллой, а значит и будущее его компании.

— Почему ты молчишь?

— А что говорить?

— Ты любишь его?

Он задал мне тот самый вопрос, который должен был определить все наше будущее. Но как я должна была поступить: рискнуть своей жизнью, его будущим и его компанией, но сказать правду, или соврать, но при этом никому не навредить? Я не могла рисковать и утягивать его за собой в омут неизвестности.

— Да, я люблю его, — ответила я, и внутри все оборвалось.

Мне показалось, что Фернандо сперва не поверил мне. Но уже через секунду его хватка ослабела, и он неохотно отпустил меня, неуверенно отступая назад. Я чувствовала, что причинила ему боль, но мне и самой было невыносимо от мысли, что я вынуждена врать ему. Я не знала, как так получилось, но за эти пару дней он стал для меня не просто братом Филиппа, красивым и властным — он превратился в человека, который безоговорочно заслужил мое доверие. Всего за пару дней. Но только что я сама все это разрушила.

— Хорошо, Жизель, я тебя понял. Спасибо за ответ, — больше он не смотрел на меня, словно я для него перестала существовать. А затем развернулся и быстрым шагом направился в сторону дома.

— Фернандо, — вдруг вырвалось у меня, хотя я не знала, что сказать ему. Ведь последняя моя фраза убила все.

Он развернулся и равнодушно посмотрел на меня. Мне хотелось закричать от невыносимой обиды, от чувства собственной слабости и беспомощности.

— Спасибо за все, что ты сделал для меня, — сказала я, а потом поняла: все, что он делал, было связано исключительно со спасением меня от моего же парня.

Он кивнул и направился дальше, глядя под ноги, словно пытался отыскать что-то в песке. Я же смотрела ему вслед, зная, что навсегда упустила свой шанс. Меня снова начали терзать сомнения. Может, стоило рассказать ему? Может, вместе мы могли бы приструнить Филиппа? С другой стороны, не легче ли было просто придерживаться плана и готовить побег?

Спустя пару минут Фернандо скрылся из виду, и я осталась совсем одна. Все еще с трудом осознавая, что произошло за этот вечер, я начала вспоминать хронологию событий с самого начала: ссора с Фернандо, поцелуй с Фернандо, снова нелепая ссора, извращуга Борис, Филипп с побитым носом, и самое неожиданное: красавица Стелла — приемная дочь русского олигарха. Во все это сложно было поверить.