Чтение онлайн

— Почему вы думаете, что этот человек намерен бросить свою жену?

Это он про того мужчину в дверях. В глубине комнаты под огромным старомодным торшером сидит старомодная особа — угрюмая, с угрюмыми складками у рта.

— Жить с такой женщиной — все равно что со счетной машиной!

— Почему вы так думаете?.

— Посмотрите на нее!

— Господин Ферн, будьте добры отвечать на заданные вопросы!

Может быть, Мартин Ферн высказал свое отношение к браку вообще. Кто знает, может, интимная жизнь Мартина Ферна ограничивалась удручающим общением со счетными машинами. Придумать ведь можно все что угодно. Особенно если есть охота. Я делюсь этими соображениями с доктором.

— Впрочем, вполне возможно, что он просто решил сбегать в булочную.

— Вы так думаете…

Чуть погодя:

— Но чем объяснить отчаяние на его лице, если он просто решил сбегать в булочную?

— А может, он направляется в погреб за топором, чтобы зарубить свою жену!

— Вот, значит, каково ваше представление о семейной жизни…

Вздыхаю. Ужасная скука.

— Зачем я поехал в Северную Зеландию?

Он надувает губы. Молчит.

— Скажите, доктор, какого вы мнения о Мартине Ферне?

— Так это же вы — Мартин Ферн!

— Да, так говорят!

— Вы должны привыкнуть к этому факту!

— Это не так-то просто!

— Прежде всего, господин Ферн, вы должны осознать, что вы больны!

— Ничуть я не болен!

Он не спорит. Но в глазах сознание превосходства. Барабанит пальцами по столу. На запястье у него часы с огромным циферблатом, секундомером и календарем. Взглянув на часы, он снова вынимает картинку с мужчиной, который не то спешит в булочную, не то хочет зарубить жену. Мы еще немножко беседуем на эту тему. Он ловит каждое мое слово. Я высказываю предположение, что тот мужчина — воздухоплаватель. Или, может, палач. Доктор Эббесен не решается спорить.

— А может, он просто потерял память! — предлагаю я новый вариант.

— Интересно, — говорит доктор. Мы долго обсуждаем последний вариант. От скуки сводит скулы. Наконец доктор отпускает меня.

Второй завтрак. Нет Уллы Ропс. Говорят, с ней случился припадок. Она вдруг прыгнула в озеро и зашагала по воде навстречу благословенному солнцу.

За мной опять пришла Лиза Карлсен. Надобности в этом никакой нет, но приятно. Идя рядом с ней по коридору, я упорно говорил о любви. Она улыбалась далекой улыбкой, словно мать, слушающая лепет ребенка. На скамейке у входа в дом дремал мой сосед. Лиза разбудила его и отвела в столовую. Покамест я ел, она разговаривала в парке с главным врачом. Я ел копченую селедку и разглядывал Лизу издали, мысленно раздевая ее. После селедки принесли винегрет. Лиза вбежала в дом и спустя минуту вышла в желтом купальном халате. Потом побежала к озеру. На фоне зеленой травы замелькало яркое желтое пятно.

За столом шел в точности тот же разговор, что и утром.

Фру Равн совсем одолела нас просьбами. Дело кончилось тем, что она снова достала сумку и выложила на стол все ее содержимое. Господин Юль продолжал есть, но молчание его не предвещало ничего хорошего. Я немного побаиваюсь его палки.

Я на прогулке. Медленно прохаживаюсь по дорожке, усыпанной галькой. Иду к воротам. Гляжу на дорогу, вьющуюся к лесу. По ней едет грузовик с раздувающимся парусиновым верхом. Рой мух. Запах бензина повисает в воздухе. Вдруг появляется, бесшумно скользя, огромный «кадиллак». Останавливается. Из машины выходит дама в белом костюме. На вид ей лет сорок. Она подходит к одной из беседок в стиле рококо. Оттуда выходит сторож в фуражке с позументами. Отпирает ворота. Впускает даму. Она направляется к главному входу.

Иду по лужайке к озеру. Опять эти фигуры начала века. Они, словно тени, разбросаны в пейзаже.

На скамейке у причала, судорожно сжавшись в комок, сидит темноволосый юноша. Еще дальше, расстелив желтый халат на зеленой траве, в красном купальнике лежит Лиза Карлсен. Загорает на солнце.

Присаживаюсь к юноше. Разглядываю его. У него темные длинные волосы.

— Ну, что там у тебя не ладится? — спрашивает Мартин Ферн.

— Весь я разладился!

Обернувшись ко мне, он глядит на меня большими черными глазами. В них непонятная грусть.

— Меня все время рвет! — говорит он. — Поем, и всякий раз через десять минут меня рвет! Еда не удерживается у меня в желудке! Врачи никак не поймут, в чем дело! А меня все рвет и рвет!

Тут же его стошнило.

После этого ему стало легче. Он обернулся к дому.

— Автомобиль моей матери!

Из главного здания выходит дама в белом костюме. С ней доктор Эббесен.

— Меня зовут Рональд! — говорит юноша. — Тошнит меня от всего этого! Опять она здесь!

Он судорожно съеживается.

— Наверно, опять придумала какое-нибудь новое средство! А я уж все на свете перепробовал! Нет больше моих сил!

— А что, если нам покататься на лодке? — говорит предприимчивый Мартин Ферн.

У Рональда от такого предложения захватывает дух. Он радостно кивает. Прокравшись к лодочному причалу, мы отвязываем лодку. Мартин Ферн привычно соскакивает в нее и втыкает весла в уключины. Рональд осторожно следует за ним.

— Вы куда? — спрашивает Лиза Карлсен, глядя на нас сквозь прищуренные веки.

— Мы с Рональдом думаем немного покататься на лодке! Хотите с нами?

Она кивает… Соскакивает к нам на корму и садится, разостлав халат. Мартин Ферн, сидящий на веслах, может разглядывать ее сколько хочет.

— Скажите, Рональд, не сегодня ли должна приехать ваша матушка?

— Нет, кажется, завтра! — отвечает Рональд.

Мы скользим по сверкающей водной глади. Перспектива смещается. Кругом земля. На ней заботливо рассажены вековые деревья. Справа и слева они красивой цепочкой тянутся к замку. Двойная аллея. За домом амбары. Ярко-красные черепичные крыши ослепительно сверкают на солнце.

Лиза Карлсен спустила в воду ладонь. Девушка полулежит на корме, и Мартин Ферн жадно ее разглядывает. Отводя весла назад, он видит ее всю — красный цветок на фоне белого замка. Потом он снова наклоняется вперед — теперь перед ним, совсем близко, ее ноги и грудь. Время идет, и недуг Рональда снова дает себя знать. Капля зеленоватой жидкости проплывает мимо и исчезает в водовороте волн, поднятых гребцом. Мартин Ферн — отличный гребец, хоть и страдает одышкой. Вот только немного тянет под лопатками и ноет поясница.

Выплываем на середину озера. Дворец прячется в венце темно-зеленых деревьев. С трех сторон его обступает лес. С четвертой стороны — широкие золотистые хлебные поля, мягко спускающиеся к зеленым поймам лугов. Там и сям крохотные островки деревьев. Справа от нас на воде чайки затеяли драку из-за дохлой рыбешки. Вот одна птица схватила рыбу, другие погнались за ней, она уронила добычу, другая чайка подхватила ее на лету. Все дальше и дальше уходит лодка.

— Вы взяли с собой купальник? — спрашивает Лиза.