Чтение онлайн

Зарывшись в букет, я вздохнула аромат и смахнула слезу.

Перед глазами проплыл вчерашний вечер. Его новая семья, избранница.

«Ты обещала» — я будто снова услышала слова девушки.

— Армина Богдановна, вы плачете?

Я повернула голову и посмотрела на Лилю. Я совсем забыла, что она была тут.

— Нет, нет, малыш. Тебе показалось, — наклонилась я к девочке, а она ловко стёрла слезинки.

— Соринка, но ты ведь маленькая феечка, одним движением смогла все исправить.

Девочка подарила улыбку, а я обняла ее. Стало легче, а потом дверь открылась и вбежали другие девочки. Занятие быстро поглотило меня, как и девочки, которые требовали внимания.

По окончании занятия я подарила букет Раисе Витальевна, бывшая прима приняла его с грацией истинной богини сцены.

— Арминочка детка умеешь ты дарить подарки, — выдала она обнимая меня и зарываясь в огромный букет.

— Давно не дарили таких букетов, воистину королевский.

Я улыбнулась на последние слова женщины. Савелий Громов воистину любил роскошь во всём. Сразу же вспомнилась ванная комната, когда я впервые попала в его дом. В углу зеркала были выложены бриллиантами инициалы заглавных букв его имени и фамилии. После того случая я не удивляюсь ничему, что связано с Савелием. Роскошь была его вторым «Я», причём во всём. Он не любил ею кичиться, но с лёгкостью и каким-то обычным состоянием излучал и создавал ее возле себя.

Отбросив воспоминания, я переоделась, закрыла кабинет, попрощалась со всеми, кто встретился на пути, и направилась к своей машине.

Хотелось домой, залезть под плед, посмотреть душевный фильм и больше ни о чем не думать. Выруливая с парковки, я всё обдумывала, какой фильм я хочу посмотреть, как приметила знакомый ранее тёмный джип. Он неотрывно следовал за мной, что напрягало. Возникло знакомое состояние будто я нахожусь на витрине, и меня со всех сторон рассматривают. Пару раз я попыталась оторваться, но, осознав бессмысленность своих действий, забросила эту идею и, включив погромче музыку, продолжила путь к дому и перестала смотреть, едет ли за мной машина.

Войдя в подъезд, я бросила взгляд на консьержку, которая подалась ко мне с вынутыми из вазы цветами.

— Оставьте себе, — отрезала я тут же холодно, что не скрылосьот женщины. — И пожалуйста, впредь, если будут цветы, не принимайте их или забирайте себе, мне они не нужны.

Если консьержка удивилась моим словам, то промолчала.

Как показала неделя, цветы были, и много. Их приносили домой, где я каждый раз отказывалась их принимать у консьержки, и на работу, где вахтёр тетя Глаша строила догадки, кто мне дарит такие букеты. Хоть я их не принимала, но душу они грели. Моя эгоистичная черта, которая вырывалась в такие моменты, ликовала. Что-то мне подсказывало — своей любовнице Савва не дарил таких букетов.

— Армина, как вы прокомментируете благотворительный вечер, который состоялся вчера?

Я так и не успела не то, что ответить, даже расслышать до конца вопрос. Меня обступили, да чего там, облепили журналисты, как только я вышла из машины, и наперебой закидывали вопросами, крича и перебивая друг друга. Я ничего толком не могла разобрать, как и понять, о каком вечере они говорят. Вчерашний вечер я провела в гостях у Армена за поеданием с беременной Беллой Киевского тортика, которого она безумно захотела и заставила бедного мужа тут же ей доставить.

Голова начала болеть от гвалта голосов и вспышек фотоаппаратов и телефонов, которыми меня фотографировали. Я как загнанный зверь пыталась искать пути отступления, хорошо, что на помощь пришла охрана. Виктор профессионально отделял журналистов, и в скором времени оказался возле меня с Егором.

— Армина Богдановна, не волнуйтесь, идите за Виктором, я буду сзади и не позволю им теснить вас.

Я кивнула в знак благодарности и пошла за парнями. Они получали деньги не зря, и в скором времени мы действительно вышли из удушающего круга шумных журналистов. Но они не отставали, шли за нами в попыткеперекрыть путь и закидать меня вопросами, на которые я не то что не знала, как отвечать, но и не понимала, чем они так взбудоражены. Раньше я понимала корни их активности в мой адрес, сейчас же она пугала.

Войдя в здание, я буквально выдохнула, но тут же увидела спускающего по ступеням директора.

— Армина, это по вашу душу делегация?

Я пожала плечами, что отвечать я, увы, не знала.

— Да, — протянул недовольно директор. — Очень нехорошо, у нас дети, да и в целом войти-выйти становится сложно. Надо подумать, как их убрать, если это в ваших силах, то предпримите какие-то действия.

Я ничего не ответила. А что сказать? Как их убрать я тоже не знала. Но не отказалась бы если бы их кто-то убрал.

— Армина Богдановна, наберите как будете выходить, мы проведём.

— Спасибо, Виктор.

— Хорошего дня, мы будем в машине, если что-то будет нужно, сообщите.

Я кивнула в знак согласия и благодарности.

— Арминочка, — окликнула меня теть Глаша, когда я пошла в сторону лестницы.

— Так и не возьмёшь? — кивнула она на большую корзину с розами, перелистывая газету, где я, кажется, увидела фотографию Савелия.

— Теть Глаш, а можно мне газету?

— Бери, вот как раз новые лежат, — женщина кинула на небольшую стопку новых газет, которые поступали к нам ежедневно, и которые как правило редко кто разбирал.

Я взяла газету и пошла в сторону лестницы.

— Армин, так что с цветами?

Я не ответила, меня заинтересовала фотография Савелия и кричащая надпись:

«Алмазный король, с незнакомкой».

Я, кажется, теперь понимала, откуда растут ноги налетевших как на мед представителей прессы.

Открыв кабинет, я только присела на стул, как мой телефон зазвонил. Я сняла трубку, хоть номер не был знаком, и поняла свою ошибку. Брать не стоило.

— Армина, добрый день. Беспокоит канал… — дальше я не слушала, перебила и сказала, что появиться на их интервью не могу. Так же я ответила и на второй звонок и включила режим «недоступен» на телефоне, по опыту зная, что так просто от меня не отстанут.

Отрыв газету, я нашла интересующую меня статью и начала читать.

«На благотворительном вечере, который прошёл в рамках благотворительной акции “Помощь детям-сиротам и детям оставшимся без попечения родителей”, приняли участие многие знаменитые личности нашего города.

Но более всего запомнился Савелий Громов, которого уже давно называют алмазным королём, не только своим огромным чеком, который он пожаловал в рамках акции детям, но и спутницей. Ею выступила не известная многим жена мецената Армина Огнева, знаменитая балерина, а новая молодая девушка, которую бизнесмен никому не представил, но вечер провёл с ней, как и ушёл с вечера в обнимку с дамой, помогая ей сесть в автомобиль. Армина Огнева, знаменитая своей любовью к благотворительности, на вечере так и не появилась, чем вызвала много вопросов у поклонников балета, может ли это означать, что одна из красивейших пар нашего города решила расстаться?»

Закрыв газету, я отложила ее. Написано было хлёстко, со всеми деталями. Наплыв журналистов был теперь мне понятен, запахло жареным, вот и слетелись как стервятники.

Но не смотря на статью журналистов, я чувствовала предательство и разочарование. Каждый раз думаю, что меня нельзя затронуть, но выходит наоборот. Новая ситуация, и я чувствую, воспринимаю. Разочаровываюсь. Думаю, что любовница ничего не значит, а выходит иначе. Хочется позвонить и спросить, зачем он приезжает, просит о встрече, дарит букеты, чтобы ходить на благотворительные вечера со своей любовницей… Ситуация повторилась, мне вновь указали, где мое место.