Давай перепишем нашу историю заново
Шрифт:
— Аббас, позволь я сниму с тебя его и осмотрю твою рану.
— Не стоит, само пройдет. Просто дай мне немного отдохнуть.
— Ты тяжело дышишь, у тебя может быть серьезная рана, мне нужно осмотреть тебя.
— Все хорошо, не беспокойся за меня.
— Я все равно должна посмотреть.
Амира села на кровать, повернула упрямого Аббаса на спину, подняв ему кофту, она увидела серьезную рану. Только она хотела снять кофту с Аббаса, как он схватил ее руку.
— Прошу тебя, не нужно!
— Почему ты не хочешь, чтобы я тебе помогла?
— Ты не должна мне помогать. Я говорю, все само пройдет!
— Ты хочешь, чтобы я оставила тебя в таком состояние?!
— Да.
— Я не могу! И я не сделаю этого, так что лежи и не двигайся.
— Прошу тебя, хватит, не проявляй ко мне свою заботу. Я понимаю, что ты это делаешь из-за своей доброты, но не из-за любви. Понимая это, я все равно надеюсь поэтому, прошу тебя, не мучай меня заботами. Я еще в день нашего брака понял, что ты любишь отца своего ребенка, для меня в твоем сердце нет места. За меня не беспокойся, я еще тогда дал себе слово не надеяться на что больше. Мне хватает того, что я тебя вижу.
Амира, ничего не сказав, вышла с комнаты и спустя несколько минут вернулась. В руках она держала небольшой металлический сосуд. Она открыла его и молча нанесла на рану Аббаса маз. После вышла, как бы Аббас не хотел подняться, он не мог. Посему, он сдался. К вечеру Амира вернулась в спальню с подносом еды. Видя, что Аббас не может шевелиться, она решила его накормить. Искандер увидел, как мать кормит Аббаса, посему, решил, что мама и его накормит, взяв свою тарелку с едой, он принёс и отдал матери. Аббас и Амира переглянулись и улыбнулись.
— Сынок, почему ты за столом не покушал?
— Не хочу кушать один, покорми меня. Обидчиво проговорил мальчик.
— Ты ведь большой мальчик, покушай сам! Посмотрев на сына проговорила Амира.
— Дядя тоже большой, но ты его кормишь! Надув губки заявил Искандер.
— Кормлю, так как дядя не может сам покушать.
— Почему?
— Потому, что он поранился. Искандер, пообещай мне, что ты больше никогда не поднимешься на крышу!
— Мамочка, прости, обещаю, больше так не буду делать.
— Ты сказал дяде спасибо?
— Нет.
— Тогда, скажи ему спасибо и возьми свою тарелку и иди, покушай за столом, я сейчас приду.
— Спасибо. — Сказав, выбежал он с комнаты.
— Пойди лучше к сыну, я смогу о себе позаботиться.
— Я вижу! Меньше говори, больше кушай.
Аббас только смотрел на нее и ничего не говорил. Он несколько дней спал в её комнате, а она спала с Искандером. Спустя три дня, отец и Надир навестили Аббаса.
— Дочка, где Аббас? Входя в гостиную молвил Ибрагим.
— Он лежит в спальне.
— Разве для сна не рано еще?! Удивлено произнес Надир.
— Несколько дней назад, он упал с крыши.
— Как упал?! — Со словами вбежал в спальню Ибрагим.
— Отец!
— Сынок, когда ты упал, как ты упал? Скажи, где болит?
— Ничего не болит. Отец не беспокойтесь вы так!
— Аббас, тебе не нужно скрывать ничего! Ты ничего себе не сломал, падая с крыши? Хотя зная тебя, ты вряд ли мне скажешь правду. Я сам сейчас проверю! Подойдя к сыну Ибрагим попытался поднять его рубашку.
— Я не ребенок, отец хватит! Остановив руки отца проговорил Аббас.
— Снимай рубашку! Приказал Ибрагим.
— Амира обо мне хорошо заботиться не беспокойтесь.
Следом в комнату вошел и Надир, обеспокоенный.
— Друг мой с тобой все хорошо, как себя чувствуешь, не задел себе ничего?! Надеюсь ничего серьезного?!
— Надир столько вопросов ты меня задал. На какую, из них мне ответит? — Подняв удивленно бровь.
— Все по очереди. — Улыбнулся он другу.
— Как видишь друг мой, я жив и здоров, Хвала Аллаху!
— Что-то я мало верю в то, что ты говоришь, снимай, говорю рубашку! Повторил отец, пытаясь поднять сыну рубашку.
Подняв черную длинную рубашку сына, он увидел на спине сына рану от падения.
— О Аллах Всесильный! Сынок, что это?! Ты говорил, что с тобой все хорошо!
— Отец не беспокойся все хорошо, поболит и пройдет. — Поправляя рубашку, уверенным тоннам ответил испуганному отцу.
Аббас еле уговорил отца, не говорит матери о том, что с ним случилось. Вечером Надир и Ибрагим помоги Аббасу прийти и сесть за стол. После того как Ибрагим заснул, Амира отвела Искандера спать, друзья остались наедине. Выходя из дома на несколько минут, Надир вновь вернулся в дом, но на сей раз не с пустыми руками.
— Друг мой это вам! Думая сейчас дар багов вам нужнее. — С ухмылкой посмотрел на друга, показывая вино.
— О чем ты? Тихо молвил Аббас.
— Друг мой, ты думаешь что сможешь, утаит от моих глаз, что-нибудь?!
— Надир говори ясно, что бы я смог понят тебя.
— Ты и Амира ведь до сих пор ни совсем муж и жена! — Шепотом произнес.
— С чего ты это взял?! У нас все хорошо.
— Ваши отношение скорее похожие на дружеские, чем на супружеские!
— Надир мы муж и жена, у нас был Никах! — Нервно проговорил он.
— Аббас прошу тебя не нужно мои слова перекручивать, ты прекрасно знаешь, о чем я! Я понимаю что я не должен влезать в семейные дела, но все же возьми эту бутылку. Когда останетесь наедине откроете, выпейте расслабитесь и….
— Ты думаешь, что я воспользуюсь тем, что она пьяная? Плохо ты обо мне думаешь друг мой! Покачав разочаровано голову проговорил Аббас.
— Кто говорит о таком?! Вино это тот напиток который раскрывает истинные чувство людей. — В голосе его звучало, нотки похоти. А взгляд его был направлено на друга.
— Надир, я ни хочу показаться грубым, но я бы не хотел, говорит с тобой о своей личной жизни.
— Где ты растерял свою пережую смелость?! Раньше у тебя смелости хватила её поцеловать. Сейчас живя с ней под одной крышей, но сейчас она твоя жена, а ты боишься пальцем к ней прикоснуться…
— Как ты узнал о том, что я её целовал?
— В первые ты её поцеловал перед моим домам. Я тогда был на крыше, решил вам не мешать. И тогда услышав все я убедился в том, что ты Меджнун.
— Ну, ты…! — От услышанного, Аббас покраснел.