Чтение онлайн

– Чего? – в полном обалдении переспросила я, кажется, перестав понимать человеческую речь.

– Я чего-то не взял? – Он повернулся к столу. – Вроде все по списку.

– А где масло? – пробормотала я.

– Точно! Подержи! – Киран всучил мне коробку с пирожными и снова полез в свою сумку.

Возникало ощущение, что в нее встроен легендарный пространственный карман, и сейчас Зейн, как из шляпы фокусника, достанет кролика, бесконечный платок и, возможно, брусок косметического масла какао. Он вытащил маленький горшок с куском мешковины на горлышке и бутыль с пробкой в хрустком пергаменте.

– Про масло не понял, – пояснил он. – Взял топленое и растительное.

Это был полный провал!

– Сколько я тебе должна? – заторможенно спросила я и в расстройстве махнула коробкой. – За все это богатство.

– Считай, что расплатился за вчерашнего друга, – подмигнул он. – Сделаем кофе?

– У меня нет кофе, но есть какао в банке, энергетическое зелье в котелке и вода из-под крана.

– Отольешь? – ухмыльнулся Киран.

– Воды из-под крана? – удивилась я. – Да сколько хочешь! Куда налить?

– А энергетическим зельем друга не угостишь? – ухмыльнулся он.

В общем, ушел на тренировку без кофе, но с флаконом энергетика и предупреждением, чтобы не делал сто подходов к каждому снаряду, как непременно захочется. Потом с пола будут соскребать и понесут в лекарскую на носилках.

Оставшись наедине с ненужными продуктами, я почесала разноцветный затылок, собрала свертки в матерчатую торбу с жизнерадостной эмблемой ведерка с мыльными пузырями и отправилась менять еду на ингредиенты. Сначала спустилась на третий, где жили по двое в комнате.

Постучалась к сестрам-зельеварам. Обе «сестры», едва оторвавшие головы от подушек, посмотрели на меня, как на чокнутую (в общем, как обычно), но миндаль на миндальное масло поменять удалось. Этажом ниже добыла масло из виноградных косточек, у бытовиков сменяла мандарины на мандариновое. К первому этажу все уже были в курсе, что я изображаю Морозного колдуна, только не раздаю подарки к Новому году, а обмениваю еду.

У бытовиков масла какао не оказалось, но при виде узнаваемой жестяной банки девушки едва не попадали в обморок.

– Отдай за две бутылки подсолнечного масла! – предложила одна из них.

– Еще бутылку оливкового масла добавлю! – воскликнула вторая.

– И зефирки, – вырвалось у меня, хотя зефир я никогда не любила, но третья девушка держала в руках стеклянную баночку с маленькими белоснежными кругляшками, и в голове сверкнуло. Разум затуманился, глаза ослепли, здравый смысл вышел отдохнуть.

В коридоре, когда за мной захлопнули дверь и заперли замок на два оборота ключа, случилось неизбежное просветление. В матерчатой торбе теперь лежала не одна бутылка масла, а четыре! Хоть пей стаканами.

Еще я добыла зефир для горячего какао… Самого какао, правда, больше не было. Питательного густого масла из его бобов тоже.

Единственный человек в общежитии, который постоянно что-то пек и варил шоколадную глазурь, жил на пятом этаже в апартаментах и кормил академию вкусными булками. Наверняка у Руби Бонфаер водилось нужное масло.

– За что? – пробормотала я, возведя взор к потолку.

Восхождение с тяжелой сумкой под крышу общежития оказалось настоящим испытанием! Едва не полегла, но до двери Руби добралась. Она открыла на стук заспанная, взъерошенная и посмотрела очень недобро, словно примеряясь, какую часть от меня можно пустить на рагу прямо сейчас, а какую оставить на фарш для вечерних котлеток.

– Привет, – быстро поздоровалась я. – Ты картофельные пирожки в масле жаришь?

– Нет, – зевая, промычала она и попыталась закрыть дверь.

Наплевать на манеры! Руби Бонфаер моя последняя надежда добыть важный ингредиент и сварить бальзам для губ. Я подставила ногу, не давая захлопнуть дверь и оставить меня с носом.

– В принципе не жаришь или только сейчас?

– Сейчас я готова только спать, – пробормотала она.

– А масло какао у тебя есть?

Руби для чего-то рассеянно оглянулась через плечо, словно пыталась припомнить содержимое шкафчиков и холодильного ларя.

– Кажется, есть, – кивнула она. – Наверное, есть. Да не, точно есть.

– Давай меняться! – выпалила я. – Четыре бутылки растительного масла и горшок топленого за брусок масла какао. Еще красивые зефирки в стеклянной баночке! И отдам котомку с забавной эмблемой… кхм… нашей прачечной.

– Зачем мне столько масла? – недоуменно нахмурилась она.

Чувствуя, как болезненно заныла пораненная губа, я одарила Руби улыбкой коммивояжера, впаривающего доверчивым людям дешевое мыло по ломовым ценам.

– И вот мы снова вернулись к вопросу о жареных картофельных пирожках…

Обмениваться Руби отказалась наотрез. По утрам пирожки ее не вдохновляли, и в комнату я возвращалась все с той же котомкой, полной бутылок.

За бальзам принялась тут же, не откладывая ингредиенты ни в холодильный ларь, ни в долгий ящик. Заодно добавила в застывающую на глазах смесь пару капель заживляющего зелья. Пришлось три раза подогреть, чтобы без проблем разлить бальзам по маленьким стеклянным баночкам. Образцы отправились остывать на подоконник.

Вильгельму был дан строгий наказ следить, чтобы ничто не потревожило ровного затвердевания. Алое возмутился и по этому случаю у него внезапно сломался нижний мясистый лист. Хоть немедленно делай увлажняющий гель для всех частей тела! Как зелье от всех болезней, только надо мазать, а не пить.

Киран появился после полудня, когда нормальные люди давно переварили второй завтрак, а у меня в котелке булькал очередной эликсир и от волшебного бальзама зажила губа.

– Почему я никогда не пробовал твое энергетическое зелье? – разуваясь, бодро спросил Зейн. – С ним здорово тренироваться. Ни на минуту не остановился.

Короче, завтра не сможет подняться с постели.

– Давай дам обезволивающее. Курсовой проект, сварено по канону, никаких побочек, – по доброте душевной предложила я.

– Не надо. Я отлично себя чувствую, – отказался Киран.

Точно не встанет…

Я предложила сходить на обед в столовую, пока он не вернулся домой. Есть хотелось зверски.

– Только с зельем закончу.

– Не торопись, – с интересом рассматривая баночки на подоконнике, вымолвил Зейн. – Орешками перекушу.