Давай поспорим
Шрифт:
– Два пирожных, – сказал мальчик.
– Ах ты попрошайка! – рассердился Кэл. – Обойдешься. И нечего тут торчать. У нас свидание, понял? Лет через семь сам поймешь, что это такое.
– Это не свидание, – возразила Мин. – Пусть остается. Харри печально кивнул в ответ:
– Ага.
– Прекрати сейчас же, – потребовал Кэл, зная, что Харри своего не упустит. – Ступай вон на ту скамейку.
– Хорошо. – Харри, зажав пирожное в грязном кулачке, поплелся к скамейке.
– Что за прелесть! – с мягкой улыбкой произнесла Мин. – А кто такая Бинк?
– Моя невестка, – ответил Кэл, продолжая следить за Харри, который выглядел несчастным и брошенным. – Мальчишка, в сущности, неплохой.
– Бинк, – повторила Мин, пытаясь угадать полное имя.
– Уменьшительное от Элизабет, – объяснил Кэл. – Элизабет Маргарет Ремингтон Пастор Морриси.
– Бинк, – еще раз повторила Мин. – Неплохо. – Кэл вытащил из пакета пирожное:
– Теперь ваша очередь, мисс Доббс. Мин отпрянула:
– Нет, ни за что!
Он потянулся к ней и помахал пирожным перед носом.
– Ну согрешите хоть чуть-чуть.
– Терпеть вас не могу, – сообщила Мин, следя за лакомством. – Вы зверь и подлый соблазнитель.
Кэл удивленно поднял брови:
– Столько гнева из-за какого-то пирожного? Смелее, это же не смертельно.
– Вы с ума сошли! – вскричала Мин, отворачиваясь. – Одиннадцать граммов жира в каждом. Я за три недели сбавила всего двадцать фунтов. Уберите его сейчас же!
– Все натуральное, никаких заменителей, – продолжал Кэл, разломив пирожное на две половинки. – Смотрите, какой тягучий, нежный крем, какая вкусная шоколадная глазурь сверху… Вкуснятина!
Мин облизнулась.
– Я и не знала, что вы такой любитель пирожных. – Она пыталась отклониться как можно дальше.
В этот момент снова подул ветер и подхватил легкую юбку Мин. Кэл придвинулся ближе и прижал подол бедром. Потом отломил маленький кусочек и поднес к ее губам:
– Ну же, попробуйте.
Мин сжала рот, закрыла глаза и сморщилась.
– Что вы как маленькая. – С этими словами Кэл быстро зажал ей нос и, когда она открыла рот, чтобы вдохнуть, засунул туда кусок пирожного.
– Боже, – простонала она. На ее лице отразилось удовольствие, губы растянулись в улыбке.
Кэл облегченно вздохнул и подумал: «Эту женщину легче напоить, чем накормить».
Она прожевала и проглотила, потом открыла глаза. Он тут же отломил второй кусочек.
– А ну-ка еще разок. – Она замотала головой.
– Ваши глаза не лгут, – сказал Кэл, – в них просьба, а не отказ.
– Но желание не соответствует возможности. – Мин продолжала отклоняться назад, не сводя при этом глаз с пирожного. – Уберите.
– Ладно. – Кэл отодвинулся от нее и с удовольствием стал есть сам, словно поддразнивая.
Мин, закусив губу, наблюдала за ним. Сердце у него билось быстро-быстро.
– Ну, мне пора, – заявила она и наклонилась, пытаясь освободить юбку. – Не могли бы вы…
И тут он в один миг затолкал ей в рот кусок пирожного. Пришлось жевать.
Наблюдая, Кэл невольно залюбовался ею. Наслаждение преобразило Мин, особенно хороши были пухлые, мягкие губы, на которых остался шоколад.
Вдруг будто что-то стукнуло ему в голову. Словно кто-то шепнул на ухо: «Вот она, твоя судьба». Он наклонился и поцеловал ее в теплые, пахнущие шоколадом губы.
Мин, не открывая глаз, замерла и инстинктивно ответила на поцелуй.
Все его существо тянулось к ней, хотело быть ближе… Потом Мин отстранилась, и он чуть не упал ей на колени.
Когда Кэл пришел в себя, она смотрела на него, часто и глубоко дыша. Темные глаза были широко открыты и сияли, рот округлился.
Наконец она слабо выдохнула – лишь одно слово:
– Еще.
Он потянулся к ней.
Глава 5
Глаза его были темные, как шоколад, и Мин заволновалась, когда он снова наклонился к ней. Положив руку ему на грудь, она сказала:
– Нет, подождите.
Он отломил еще один кусочек пирожного. Мин открыла рот, чтобы возразить, и он мгновенно вложил туда лакомство. Глазурь растаяла на губах. Мин закрыла глаза, испытывая бесконечное удовольствие. А когда открыла, Кэл наклонился и очень нежно поцеловал ее.
Мин задрожала. Она наслаждалась теплом и вкусом шоколада на его губах. Наконец они оторвались друг от друга. Голова Мин кружилась, как перед обмороком. Кэл не сводил с нее взгляда и выглядел не менее потрясенным. Конечно, она не заблуждалась, зная, каков он нарамом деле. Но сейчас это не имело никакого значения.
– Еще, – попросила Мин. А когда Кэл потянулся за пирожным, остановила его: – Еще поцелуй.
Она притянула его к себе за рубашку, и он поцеловал ее – теперь уже страстно, – положив руку на затылок Мин. Она ни о чем не думала, все мысли исчезли, перед глазами сияли огни. Рука легла на ее талию, потом скользнула под джемпер. Кровь бросилась Мин в голову, и вдруг родилось отчетливое понимание: это он.
Внезапно Кэл повалился вперед, придавив ее. Мин даже вскрикнула от неожиданности. Он смотрел куда-то вверх, продолжая сжимать ее в объятиях.
– Я спрашиваю, – послышался гневный голос Лайзы, – чем вы тут занимаетесь?
«И в самом деле, чем же это я занимаюсь?»
– Я поранила губу, – сказала Мин, прикладывая палец ко рту.
Кэл посмотрел на нее, отвел палец. Лицо его горело, он забыл обо всем на свете. Они в волнении прижимались друг к другу, веки у обоих смыкались в блаженстве. В мыслях и в сердце Мин был только Кэл, остальное перестало существовать.
Лайза схватила ее за руку:
– Вставай, Мин!
– Тони, – процедил Кэл сквозь зубы.
– Прости, дружище, – откликнулся тот, – она совершенно неуправляема.
– А мы как раз ели десерт, – сказала Мин, поспешно отодвигаясь – насколько позволяла юбка, на которой сидел Кэл. «Я делаю страшную глупость, но я хочу этого», – подумала она.
– Десерт? – Лайза бросила взгляд на стол. – Ты что, пирожные ешь?
– Ой! – Мин изобразила виноватое удивление.
– А вы инспектор по калориям? – спросил Кэл, жадно глядя на Мин.
– Да пусть ест, сколько хочет. Только не из ваших рук.