Чтение онлайн

И рассказала ей и о Галочке, и о том, как переживаю за нее. Как меня мучает совесть, что Галочка не принимает от меня никакой помощи. Как бы мне хотелось помочь чем-нибудь сестре и племяннику!

Бабушка слушала, кивала головой и то и дело подкладывала свой скромный провиант.

– Все у вас будет хорошо, девонька, – сказала она, когда поток моего красноречия иссяк. – Поверь мне. У меня опыт большой, кое-что в жизни смыслю. Вот увидишь, все у тебя наладится.

Затем, приготовившись ко сну, под мерный стук колес и слабый храп моей попутчицы я лежала и вспоминала наше с Галочкой детство. Мать бросила нас, променяв на любовника, когда я только ползать училась. А папа работал везде, где получалось, чтобы прокормить себя и нас с сестрой. Галочке тогда было только 14 лет. И фактически она заменила мне мать. Долгое время я даже называла ее мамой. Не знаю, когда она успевала учиться, ведь на ее руках был орущий младенец – я. А еще ей приходилось успевать бегать на молочную кухню мне за молоком и творогом, и в магазин – купить еды на всех. Тогда она оставляла меня в самодельном, сколоченном из досок и марли манеже, и просила соседку по площадке забегать, проверять меня. Я, конечно же, этого не помню, но соседка часто об этом рассказывала.

Помню себя примерно с того момента, как стала ходить в детский сад. Водила и забирала меня оттуда Галочка. Она и перешивала мне свою одежду – покупать обновки было не на что. Я до сих пор храню, как талисман, куклу, сшитую из старых чулок и подаренную мне сестрой на один из дней рождения.

Галочка научила меня читать и повела первый раз в школу. Она вытирала мне слезы, когда я приходила с разбитыми коленками, и присутствовала на родительских собраниях.

Все мои воспоминания из детства так или иначе связаны с сестрой. Отец женился, когда нам с Галочкой было 8 и 21 соответственно. И, извинившись, предложил жить раздельно – в его новой семье мы были не нужны. Правда, напоследок сделал нам подарок – помог Галине оформить надо мной опекунство. Она в то время уже подрабатывала: и уборщицей, и шила одежду на заказ.

Убаюканная своими мыслями, я незаметно погрузилась в сон.

Утром проводница принесла нам чай в стаканах, вставленных в традиционные металлические подстаканники. Мы с удовольствием выпили его с Екатериной Ивановной под неспешную милую беседу. Поезд прибыл к станции, и мы душевно распрощались. Стоя на перроне, я провожала взглядом милую женщину, комкая в руках оставленный ею мне носовой платок. Надеюсь, она не выкинет ту купюру, которую я незаметно засунула ей в боковой карман сумки.

Прибыло заказанное мной такси, и уже через полчаса я стучалась в обитую синим унылым дерматином дверь.

– Теть Надь! – Маркуша бросился ко мне в объятия, едва я ступила на порог.

– Марк, дорогой мой, как же ты вырос! – я смеялась и плакала одновременно, обнимая племянника.

– А вы стали еще красивее, – с видом знатока резюмировал мальчик.

– Ну, где мама? – с волнением спросила я, сняв туфли. Ноги устали от шпилек, и я с наслаждением ступила на прохладный пол.

– Там, – указал Марк на дверь в спальню, принимая коробки с Лего.

Я бросилась к сестренке. Она лежала как-то резко постаревшая, с пробивающейся сединой на висках. И, что меня потрясло больше всего, очень худая. Я не помню, чтобы когда-нибудь она была настолько худа. Да, платье, которое я ей купила, теперь ей не по размеру, придётся откормить ее килограмм на 10 минимум, прежде чем она сможет его носить.

– Галочка, – я опустилась на колени перед кроватью и поцеловала сморщенную руку. – Что с тобой случилось?

Из моих глаз полились слезы. За последние пару недель я выплакала больше слез, чем за несколько лет брака с Вадимом.

– Надюшка, ты приехала, – не сказала, а прошептала сестра.

– Ну, конечно же, как я могла не приехать, – я постаралась успокоиться. Приказала себе не раскисать. Пора брать ситуацию под свой контроль. – Вы кушали что-нибудь? Нужно помочь что-то? Давай я быстренько все сделаю и побегу в поликлинику, узнаю насчет врача.

– Ничего не надо. У меня нет аппетита, а Маркуша недавно чай пил с бутербродом, – как всегда, отказалась сестра.

– Что тебе в больнице сказали? К какому врачу надо?

– К ревматологу. Видишь, какие суставы красные и опухшие? Что на руках, что на ногах. Возьми мой полис вон там, в сумке, на тумбочке в прихожей.

Я обняла Марка, взяла полис и заторопилась в поликлинику. Она находилась совсем рядом, через два дома. Что неплохо. Однако состояние здания внутри вызвало у меня шок. Неужели еще остались такие доисторические больницы? В бесконечной очереди в регистратуру я еле сдержалась, чтобы не закатить скандал. Да, муж меня разбаловал. В последние годы я посещала только платные VIP-клиники, и там ситуация была совсем другая – никаких очередей и меня ждали строго к назначенному по звонку времени.

– Девушка, как попасть к ревматологу на прием? – наконец дождалась я своей очереди и склонилась к низкому окошку. Специально что ли так низко смонтировали, чтобы люди долго не стояли? Весьма неудобная поза.

– Берите талон и по времени, указанном на нем, приходите – грубо ответила молодая девушка через окошко, активно жуя жевательную резинку.

– Так дайте, пожалуйста.

– На сегодня талонов уже нет, завтра приходите пораньше, до 8 выдача.

Следом стоящие страждущие отпихнули меня от окошка. Вот это сервис! Нет, так не пойдет.

Я вышла на крылечко. Ей богу, если бы курила, то вот сейчас – самое оно, не удержалась бы. Постояв пару минут и слегка успокоившись, я направилась к дому сестры.

– Ну что, Надя, удалось? – спросила меня сестра, услышав, что я вернулась.

– Нет, Галочка. И ты вот так в эту поликлинику ходишь? – я рассказала сестре о своих впечатлениях. – Ужас просто. Дайте мне подумать.

Я прошла на скромно обставленную кухню. Здесь ничего не поменялось за те несколько лет, что я не была. Только старые обои в жуткий серый цветочек еще больше отошли от стен. Включила чайник и насыпала себе дешевый растворимый кофе в кружку, которую услужливо подал мне племянник. Поморщилась – отвыкла от таких напитков.

– Маркуша, подай мне молочка, пожалуйста, – попросила я.

– Тетя Надя, а у нас оно закончилось, – с сожалением ответил мальчик.

Я встала и заглянула в холодильник – пусто! Только яйца, около десятка, и небольшой кусок заветренного сыра.

– Так, Марк, сейчас я найду маме врача, а потом мы с тобой сходим в магазин за продуктами. Поможешь мне с сумками. Ладно?

– Помогу, – совсем по-взрослому сказал Марк. – Но вот только нам ничего не нужно покупать. У нас все есть.

– Конечно, – поддержала я стремление Марка к независимости. – Но мне нужно питаться, а я же привередливая, ем не все. Так что придется купить. Для меня, ты не возражаешь?

– Нет.

– А где у тебя компьютер? – спросила я. – Мне нужен интернет.

Марк смущенно пожал плечами.

– У тебя нет компа? – запоздало спохватилась я. – Ну, не беда. Я свой планшет взяла.

Я открыла планшет, стараясь не обращать внимания на жадный взгляд мальчика. Боже мой, как же мне больно за них! Мои родные, любимые. Ну почему же вы такие у меня гордые!