Чтение онлайн

– Ты ненамного старше меня.

– Нет, не очень. Мой младший брат одного с тобой возраста, так что это не страшно. Он знает истинную ценность апельсиновой содовой. Я хорошо его натаскал.

– У тебя есть брат?

– Да, он ходит в университет в городе.

– Вот это да! Я тоже.

Он склонил голову, изучая меня.

– Ты все еще учишься в колледже? Ты никогда не упоминала об этом.

Мои плечи застыли от страха. Я только что испортила наше свидание, признав, что все еще училась?

– Я выпускница, – пробормотала я, мне хотелось быть честной, но и не быть таковой одновременно.

– Знаешь, что я только что осознал? Мы никогда обо всем этом нормальном «давай узнаем друг друга» дерьме не разговаривали. Мы перепрыгнули все это в стиле Зака и Делии, – он вытащил еще одну бутылку содовой. – Овации. Я от нас в восторге.

Я стукнула свою бутылку об его и сделала еще один глоток.

– Итак, ты готова? – он обвел рукой окрестности. – Для реального мира, я имею в виду. Это место пугающее.

Я нахмурилась.

– Тебя не волнует, что я все еще учусь?

– А должно?

– Ну... нет. Я просто подумала, что это может стать большой проблемой или чем-то вроде, раз ты так спросил об этом.

– Нет, я не зацикливаюсь на возрасте и прочей ерунде. Ну, вернее у меня были бы проблемы, окажись ты несовершеннолетней... – он замолчал и выгнул брови, словно я только что призналась, что солгала о своем возрасте.

– Уверяю тебя, что мне исполнился двадцать один год, и я достаточно взрослая, чтобы знать все об апельсиновой содовой.

Зак улыбнулся, и на щеках снова появились ямочки.

– Но раз ты совершеннолетняя, то все хорошо, – продолжил он, словно я и не вставляла пару слов. – Не могу поверить, что мы никогда об этом не говорили. Я чувствую, что знаю тебя, но и не знаю. Во всяком случае, никаких основных характеристик.

– Полагаю, всему свое время.

– Справедливо, – он сделал еще один глоток. – Какая у тебя специальность?

– Журналистика.

Зак склонил голову, оценивающе на меня посмотрев.

– Тебе подходит. Знаешь, где хочешь работать после выпуска?

– А ты тогда знал?

– Ни малейшего чертова понятия.

– Чем ты сейчас занимаешься?

Зак снова улыбнулся и полез в задний карман джинсов. Достав изношенный кожаный бумажник, он вытащил визитку и передал мне.

Я рассмеялась, как только прочла надпись.

– Зак Гастингс. IT-гений.

– Можешь пробить нас, узнаем больше друг о друге, – он замолчал, его лицо стало сосредоточенным. А потом Зак покачал головой и пробормотал что-то.

– В чем дело?

– Я хотел сказать, что подмигиваю, но потом подумал, что мне следовало бы просто подмигнуть. А потом я подумал, что все это глупо. Мне нужно время, чтобы привыкнуть не писать все подряд. Например, прямо сейчас я хочу вытащить телефон и написать тебе свои мысли.

– Не делай этого. Это странно.

– Знаю. Горе мне.

Посмеиваясь, я рассматривала остальную часть его визитки.

– Ты разрабатываешь приложения?

– Да, и собираю других ботаников вместе, убеждаясь, что каждый из них выполнил свою работу, отсюда и это название.

– Над какими приложениями вы работаете?

– Разными. Мода, купоны, игры. Ты говоришь, что хочешь, а мы это разрабатываем.

– Как ты стал разработчиком приложений?

– Я был ботаником в старшей школе.

Я сощурилась, пытаясь это представить.

– Ты лжешь.

– Что? Разве ботаники не могут быть чертовски красивы, иметь упругие задницы и точеные черты лица?

– А еще ты такой скромный.

– Знаю, – на этот раз он все-таки подмигнул, и я закатила глаза.

– Это меня удивило, вот и все. Ты, ну, знаешь, не похож.

– Ладно, я виновен по всем пунктам. Я очень рано стал увлекаться компьютерами, и в результате все закончилось разработкой приложений.

– Какое первое приложение ты создал?

Зак поморщился.

– Это звучит по-идиотски.

– Все равно расскажи.

– Я создал... ну, по большому счету это был сайт знакомств для мудаков. Ты могла бы оценить людей по их внешности и тому, насколько они подходили для свидания, – он покачал головой, и я поняла, что даже после стольких лет он все еще разочарован свои поступком. – Это было так дерьмово, что я пожалел об этом, как только приложение вышло в свет. Я даже не знаю, зачем его сделал. Тогда я не был самым горячим парнем в округе, и у меня еще не было своего бизнеса. Зато имелись проблемы с самооценкой. Почему я верил, что это нормально: упростить ребятам то, как они могут унижать друг друга, даже не знаю.

Зак сделал еще один глоток и пожал плечами.

– В любом случае, через неделю известие дошло до директора. У меня были серьезные проблемы, я был отстранен на неделю, но заслуживал худшего. Даже сбился со счета, сколько раз я видел, как школьники плакали над своими рейтингами, сколько из них перестали есть в кафетерии. Меня одаривали презрительными взглядами. Это приложение преследовало меня несколько месяцев, и я чувствовал себя просто дерьмово, – Зак опустил голову. – Поступок был совершенно глупым и детским.

– И ты учился на своих ошибках?

– В некотором роде. Я создал клуб, процветающий и по сей день, как только вернулся в школу. Лишь спустя недели люди осознали, что у меня серьезные намерения, что это не очередная шутка. Я действительно дерьмово ощущал себя из-за враждебности, которую создал в школе.

– Что за клуб? – спросила я.

– «Воплощенный позитив». Он для учащихся, которые еще не нашли свое место в жизни, для тех, у кого проблемы со сверстниками, трудности дома… что угодно. Это как позитивный пузырь. Существует множество правил, как разрешено говорить и действовать внутри пузыря. Ну, знаешь, никаких негативных слов и пренебрежительного отношения. Ты находишься там, чтобы познать себя и других, вот и все. Я ненавижу то, из-за чего создал этот клуб, но очень доволен конечным результатом.

– Звучит замечательно. Хотелось бы, чтобы подобное было и в моей старшей школе. Это бы могло защитить так много ребят.

Он кивнул.

– Мне хочется верить, что это так.

– Итак! – я хлопнула в ладоши, решив сменить мрачную тему на нечто более привлекательное. – Кто возьмет с виноградом, а кто с клубникой?

– Выбирай ты, мне оба нравятся.

– Тогда возьму клубничный, – я взяла сэндвич с большой буквой «В» и передала его Заку. – «Доритос» и сэндвич? Это звучит... странно.