Чтение онлайн

Затем она, по–видимому, снова заснула, потому что в следующий раз, когда она открыла глаза, за окном светило солнце. Её руки осторожно коснулись. Она повернула голову. Рядом сидел Кассиан. Девушка встретила его встревоженный взгляд и прикусила губу.

— Давир?.. — Джим не смогла закончить фразу — голос предательски дрогнул, а глаза снова застилали слёзы.

— С Давиром всё в порядке, — Кассиан едва коснулся губами прохладной ладошки девушки, согревая дыханием. Джим не отводила взгляда от его лица, не в силах поверить в новости. — Но он пока ещё слишком слаб, потому находится на попечении магов смерти. — Протянул руку и завёл девушке за ухо непослушный локон, который тут же вернулся на прежнее место. Усмехнулся. — Признаться, некроманты под большим впечатлением от того, как долго Давир смог сопротивляться проклятию. В общем, наш здоровяк герой дня. — По щекам Джим побежали слёзы. — Ну вот… — Кассиан приподнялся со стула и пересел на кровать. — Всё хорошо, — порывисто сграбастал златовласую вместе с одеялом и притянул к себе. Подумав мгновение, опустил подбородок на её макушку и облегчённо вздохнув закрыл глаза. — Я чуть с ума не сошёл, — его голос опустился до шёпота. — Когда увидел, как ты исчезаешь... — Замолчал и шумно сглотнул. — Никто не знал, что произошло, кто открыл портал, куда отправили? Давир умирал. Алиар вступил в смертельную схватку с тёмным эльфом, а Арникус убил воинов, которые поначалу дрались с тобой, — отклонил девушку от себя и заглянул ей в лицо. — Ты просто не представляешь, как это — не иметь возможности помочь.

Джим вытянула руку из–под одеяла и коснулась его щеки.

— Со мной всё в порядке. Просто у Давира оказался очень хитрый пространственный портал, — она грустно улыбнулась. — А как потом узнали, где меня искать?

— Так Давир сам и рассказал, правда, только сегодня. — Не удержался, снова притянул к себе девушку. — Между прочим, жутко ругался, когда понял, что ему не позволили отправиться вместе со мной. Я пообещал ему, что непременно успокою его матушку, ну и не буду задерживаться, конечно.

— Тогда нам пора уже возвращаться? — Голос Джим прозвучал гулко. — Да и служба не ждёт.

— Джим, — Кассиан ослабил объятия, — для тебя больше не будет никакой службы. Тебя отправляют под защиту твоей семьи.

— Как же так? — между тонкими бровями пролегла складочка. — Но ведь я не до конца прошла практику, да и…

— Приказы Великой Семёрки не обсуждают. Открытое нападение доказало серьёзность намерений тёмных эльфов насчёт тебя, — Кассиан обеспокоенно наблюдал, как на лице Джим одно выражение стремительно сменяется другим. — Я понятия не имею, что это за намерения такие, но я обязательно об этом узнаю. Обещаю тебе! — он задорно улыбнулся, не обращая внимания на унылое выражение, появившееся на лице Джим. — Мы вызвались сопроводить тебя домой.

Тёмная Империя. Летняя резиденция Императора

Сумерки. Переход от дневного света к ночной темноте и наоборот. Сумерки бывают вечерние и утренние, но в этих землях они вечны. Здесь невозможно проследить, когда солнце заходит за горизонт, а когда вновь возвращается на небо. Здесь нет красок, всё серого цвета: небо, земля, трава, деревья. Эта земля умирала. Умирала в мучительной агонии, забирая всё живое, что было на ней. И пока это происходило, те несколько государств, что находились на территории Тёмной Империи, не могли прийти к соглашению, чтобы объединиться и выступить вместе в борьбе с порождениями тьмы, а самое главное, найти источник и запечатать его навеки. Никто не знал, где находился этот самый источник. Порой казалось, что он — это все земли Тёмной Империи. Но это было не так. Такое место существовало.

Император тяжело вздохнул. Вот уже несколько часов он стоял возле окна и не отводил тяжёлого взора от клубившегося вдалеке сизого тумана. Сторона, где когда–то опускалось солнце, теперь называлась в народе "проклятой" — именно оттуда зло расползалось по тёмным землям, именно там находился источник. Много веков тому назад предок заключил сделку с одной из печатей альянса и был обманут. С тех самых пор земли Тёмной Империи медленно погибали, а их род был проклят до скончания времён. Седовласый мужчина вглядывался в горизонт, пытаясь воскресить в памяти далёкий образ восходящего солнца. "Когда я в последний раз видел рассвет?" Он не мог вспомнить. Дверь в покои приоткрылась.

— Ваше Императорское Высочество, — в комнату вошёл Адавар Де’Альмарон. Он в почтительном жесте сложил руки на груди и низко наклонил голову, тихо произнёс: — мне передали, что вы вызывали меня.

— Полно тебе, друг, — Император обернулся и стремительно подошёл к письменному столу, из вороха бумаг достал нужный документ и подал в руки мужчине. — Вот, ознакомься, — указал рукой на кресло, стоявшее напротив. — Присаживайся, — а сам снова вернулся к созерцанию унылого пейзажа за окном. — Вот уже несколько лет длится противостояние между Тёмной Империей и Фириат. Что я только не предлагал за часть земель на юге их государства, но неизменно получал отказ. И вот теперь они присылают условия, на которых готовы подписать с Тёмной Империей соглашение, — Император посмотрел на мужчину, сидящего в кресле и внимательно изучающего документ.

— Союз между вашей дочерью и наследником Фириат? — Адавар удивлённо приподнял бровь. У меня просто нет слов, — шумно вздохнул, встречая тяжёлый взгляд Императора. — Писать такое по меньшей мере странно, если не сказать больше — глупо.

— Да, друг мой. Мне снова отказали, но в этот раз сделали это хитро и навсегда, — Император подошёл к столу, устало опустился в кресло напротив. — Прекрасно всем известно, что у меня нет дочери, у меня вообще нет детей, и даже если когда–то такое случится, это будет означать закат моей жизни, — он тяжело вздохнул. — Рождение наследника, как смертный приговор.

Да. В этом и состояло проклятие императорского рода. Рождался всегда один ребёнок — мальчик, вылитая копия далёкого предка, и пока рос наследник, Император медленно угасал. Одна единственная душа, обреченная вечно находиться в теле наследника и не помнящая своих прошлых жизней. По истечении двадцати одного года Император умирал, а на его место заступал наследник, как две капли похожий на предшественника. Со временем люди и нелюди стали считать, что император живёт вечно, но это было не так.

— А что вам мешает сделать так, как делали ваши предки? Взять под своё личное покровительство девушку влиятельного рода, оформить документы, признать названной дочерью и выдать замуж за наследника Фириат. А семье этой девушки в качестве компенсации пообещайте кусок земли на юге страны для безопасного проживания и ваше вечное расположение.

— Я слишком долго живу; ни в одной знатной семье нет дочерей подходящего возраста, все уже давно замужем.

— Да, к сожалению, у меня тоже нет дочери, — Адавар загадочно улыбнулся, — но зато у меня есть внучка подходящего возраста.

— От которой ты отказался, друг мой, — Император скептически приподнял бровь. — Ещё много лет тому назад.

— Я отказался, а вы нет, — на лице Адавара блуждала улыбка. — Вы пожалели бедную сиротку, взяли над ней покровительство. Решения Императора не подвергаются осуждениям и сомнениям.

Император приподнялся в кресле, разглядывая друга.

— Ох и коварен ты, друг мой. — Но видно было, что такая идея ему пришлось по сердцу.

— На благо страны что только не сделаешь, — довольно улыбаясь, отмахнулся Адавар.

— Кстати, всегда хотел спросить, зачем ты убил свою дочь с зятем и потом преследовал единственную наследницу рода по линии матери?

— Я не убивал их! — резко ответил Адавар, поднимаясь из кресла. Задумался и тихо произнёс: — Я имел неосторожность рассказать Илое, где они находятся, став таким образом косвенно соучастником убийства, — он повернулся и посмотрел на Императора. — Я не хотел, чтобы с этим делом было связано наше имя, поэтому всеми силами пытался скрыть содеянное. Но меня предали. Ребёнок, который должен был закончить своё существование ещё в младенчестве, прекрасно себя чувствует и проживает на землях Светлой Империи.