Чтение онлайн

Мадди заверила, что в этом нет необходимости, и он пожелал ей спокойной ночи. Она надеялась, что им не представится шанс увидеться до следующего утра, но вышло иначе. Увы, у нее просто не было выхода. Не в силах и дальше избегать неизбежного, Мадди позвала:

– Эй, Митч!

Он вздрогнул, резко развернулся и нахмурился.

– Ох, прости, ты меня испугала. – Он окинул взглядом ее подвенечное платье, заполнившее почти весь дверной проем. – Я думал, что уже уложил тебя…

И тут спиртное неожиданно ударило ей в голову. Рука взметнулась к шее, и пальцы вцепились в хрустальное колье.

– Э… мне очень жаль, – в растерянности пробормотала Мадди. «Пожалуйста, помолчи!» – прикрикнула она на себя. – Я… э… мне только… – Она отступила на несколько шагов.

– Подойди, Мадди, и скажи, что не так, – мягко, но настойчиво попросил Митч.

Она шагнула к нему, и у нее вдруг перехватило горло – казалось, она вот-вот задохнется.

Уставившись в пол, Мадди мысленно закричала: «Нет-нет-нет!» Но было слишком поздно. Плотину прорвало, и она, вздрагивая громко, разрыдалась, вздрагивая всем телом. Слезы катились по ее щекам, и она, окончательно униженная, закрыла лицо ладонями.

Тут сильные руки Митча обняли ее, и он прижал Мадди к себе. Она хотела запротестовать, но тотчас передумала и прильнула к его мускулистой груди. Он был огромным и широкоплечим. И он так отличался от того, к чему она привыкла… При этой мысли Мадди заплакала еще громче. Наверное, ей следовало оттолкнуть его, но вместо этого она крепко прижималась к нему. Ох, теперь, наверное, она точно попадет в ад! И выходит, все годы покаяния будут стерты одной только ночью…

Митч поцеловал ее в висок и растер озябшие руки. Он даже не стал отчитывать ее за несдержанность. И ей вдруг ужасно захотелось вцепиться в него – и никогда не отпускать.

– Перестань плакать, принцесса, и скажи, что же с тобой случилось. Тогда я, возможно, смогу тебе помочь, – проговорил он почти шепотом.

Мадди икнула в его футболку и пробормотала:

– М-мне н-нужно в ванную…

Митч внезапно закашлялся. Было очевидно, что он пытался не засмеяться. Негодяй!..

Мадди стала всхлипывать еще громче, потом жалобно пропищала:

– И н-ноги бол-лят.

– Ничего страшного. – Митч пристально взглянул на нее, потом вдруг спросил: – Почему же ты не пошла в туалет?

Она тихонько вздохнула.

– Ну… потому что платье…

– Тогда сними его.

Он что, считает ее идиоткой?!

– Я н-не могу его снять. – Она снова всхлипнула и уткнулась лицом в его футболку, теперь уже мокрую от слез. Никто в магазине не сказал, что ей понадобится команда помощников, чтобы пойти в туалет. И вот теперь незнакомому человеку придется ее раздевать. Черт бы их всех побрал! Следовало бы упомянуть о таких деталях!

Митч провел пальцем по миллиону крошечных пуговок у нее на спине.

– Все будет в порядке. Мы об этом позаботимся.

– Нет-нет! – вскричала она. Неужели ее ждало новое испытание? Как она сможет оставаться благонравной, если придется раздеться перед самым великолепным мужчиной на свете? – Ведь тогда ты увидишь меня почти г-голой…

Он снова растер ее обнаженные руки.

– Мне тридцать четыре года, принцесса. Я и раньше видел голых женщин.

– Но не меня. – Никто не видел ее голой. Ну, кроме Стива, конечно. Но он-то не в счет. – Мне двадцать восемь, и меня видел только один мужчина. Однако он не похож на тебя. Ох, почему ты не можешь быть… кем-то другим?

– Кем именно? – Митч провел ладонью по ее спине, она прижалась к нему еще крепче. Истерика же понемногу проходила, и Мадди чувствовала, что успокаивается – его пьянящая близость совершила чудо.

– Знаешь, ты не мистер Роджерс [1] , – пробурчала она.

– Ты можешь довериться мне, Мадди. Я не наброшусь на тебя.

Ха! Как раз это ее не волнует! Если он увидит ее обнаженную, то, возможно, задастся вопросом: не мальчик ли перед ним? Но кто знает, что она сделает, оказавшись сейчас без ее одежды? К тому же… Что если она спятила?

Мадди верила, что излечилась от былого бунтарства, но теперь в этом сомневалась. Не в силах сдержаться, она крикнула:

– Зато я могу наброситься на тебя!

Митч молча обнял ее за талию, и она, сгорая от стыда, снова прижалась к нему, не желая отпускать, хотя ей ужасно хотелось в туалет. Она знала, что если отпустит его, то снова начнет молоть чушь.

Тут Митч вдруг чуть отстранился и, приподняв ее подбородок, заглянул в заплаканные глаза. Мадди в растерянности заморгала, а он, весело улыбнувшись, сказал:

– Принцесса, во мне шесть футов три дюйма, и я, возможно, вешу на добрых восемьдесят фунтов больше тебя. Поверь, я смогу с тобой справиться.

– Прости, я просто не подумала. – Мадди шмыгнула носом. – Еще бы! При такой-то внешности!

– Что-то подобное ты уже говорила, – заметил он с усмешкой.

Ее глаза вновь наполнились слезами.

– Я изо всех сил стараюсь быть хорошей, но все получается не так…

– Уверен, что папа Римский тебя поймет, – заверил Митч.

Несколько слезинок снова скатились по ее щекам. Ох, никто ее не поймет!

– Я попаду в ад, – заявила Мадди.

– Ни за что. Ты слишком милая. – Он провел ладонью по ее щеке, и она уткнулась лицом ему в грудь, стараясь успокоиться. – Знаешь, – продолжил он, – давай стащим с тебя платье, а потом поговорим. Идет?

Она кивнула и пробормотала:

– Я бы выбралась из него сама, но оно слишком тесное.

– Повернись, и я освобожу тебя от него.

– Уверен? – Она снова прижалась к нему, хотя давление на мочевой пузырь стало почти невыносимым.

– Совершенно уверен. Обещаю.

Что ж, он ведь уже говорил, что видел много голых женщин. Кроме того… Мадди поняла, что если снимет платье, то сможет продержаться, пока не доберется до безопасного убежища.

Вот видите?! Она способна сделать это! И вообще, не может же она вечно носить это платье…

Мадди утвердительно кивнула.

– Ладно, договорились. И я буду хорошей…

Дьявольская улыбка сверкнула у него на губах. Он обнял ее за талию, привлек к себе и проговорил:

– Да уж, постарайся. Или я заставлю тебя кончить три-четыре раза, чтобы ты, утомившись, не набрасывалась на меня.