Чтение онлайн

— Сколько…? — я боялась даже вслух произносить эти слова. Боялась услышать то, что меня непременно бы расстроило.

— Сколько мне осталось жить? Одному Богу известно. Срок службы конкретно моего сердца 17–20 лет, как повезёт. Самое долгослужащее простучало чуть больше 30 вроде. Может и завтра умру, кто ж его знает, — съязвил под конец Артём.

Я так разозлилась от его последних слов, что вырвав руку, находившуюся до этого на его груди, и залепила мужчине пощёчину.

— Это совершенно не смешно, — вспылила.

— А я и не шучу. На все воля божья, — пожал плечами Артём.

— Я атеистка до мозга и костей, считаю, что на все только человеческая воля. И что же, ваша жена…то есть, твоя жена ушла от тебя?

— Нет. Мэдисон бросила меня ещё до операции. Сказала, что я безнадёжный и уже почти труп. В общем-то я и не рассчитывал на ее поддержку, но было неприятно, признаюсь.

О боги, это женщина точно тупа как пробка. Она бросила своего мужа в самый страшный момент для его жизни. Ладно муж, но он ведь ещё и отец ее сына. Что вообще у неё в голове?!

— Я воздержусь от комментариев по одной единственной причине, она мать твоего сына.

— Ты и такие подробности знаешь о моей жизни? — удивился Державин, не сводя с меня глаз.

— Каюсь, грешна.

— Хватит на сегодня откровений. Пора собираться. Твою одежду я положил на кровать, можешь переодеться, потом поедем в институт.

И только сейчас я поняла, увидев свои вещи, что они не совсем подходящие для учебного заведения. Если штаны ещё куда не шли, то вот порванный топ — это явный перебор.

— Я ведь уже не успею домой, да? Который сейчас час? — окликнула преподавателя.

Чёрт, а где мой телефон?

— Половина девятого, пара через полтора часа. Если ты живешь недалеко от центра, где мы сейчас и находимся, то успеешь. Хотя я планировал завезти тебя в универ, к счастью, мне оказывается по пути.

— У меня совсем неподходящая одежда, а живу я у подруги на другом конце города. Боже, Кира! — стукнула я себя по лбу. — Артём, срочно принеси сумку, пожалуйста.

Второпях скидываю футболку и влезаю в штаны, шипя от соприкосновений с содранными коленями. Пока я в одном лифчике корячилась с брюками, Державин принёс мою сумку. Наверное, все это время телефон лежал в сумке, и я не слышала звонков. Да, 117 пропущенных вызовов. 117. Мне конец.

— Что-то случилось? — впился он взглядом куда-то ниже моего лица.

Ах да, я же в лифчике, какая досада. Смысл стесняться, чего он там не видел, раз сам лично меня переодевал.

— Мои глаза выше, Артём Демьянович, — не стоит забывать, что он все ещё мой преподаватель.

Стоит соблюдать хотя бы видимость субординации.

— Простите, Разумовская, — вернул он мне ту же монету. — Отвлёкся. Так что случилось?

— Вчера вечером я была в клубе с подругой, у которой живу. Она звонила мне всю ночь, но из-за того, что телефон был в сумке и на вибро, я не слышала. И да, я не могу идти в этом в универ, — потрясла перед носом Державина топом, чтобы он прекратил пялиться на мою грудь.

— Я могу одолжить одну из своих рубашек, — Артём из шкафа достал белоснежную отглаженную сорочку. — Примерь.

Выбирать особо не приходилось. Это всяко лучше, чем моя развратная порванная в клочья одежонка. Закатав рукава по локоть, я заправила края внутрь брюк. Вроде неплохо, если не считать то, какой огромной она была. Однако мне это даже нравилось, оверсайз и все дела.

— Тебе идёт моя одежда. Определенно, да, — мужчина подошёл так близко, что я почти дотронулась носом до его шеи.

Едва касаясь моих волос, он аккуратно заправил их за ухо, а затем пропустил всю длину через пальцы. Мурашки возникли из неоткуда, осыпая все тело.

Затаив дыхание, я ждала, что же Державин сделает дальше, но он медлил. Решил, что следующий шаг за мной. Проверял не испугаюсь ли, не пожалею ли о содеянном.

Слишком много «но», слишком страшно, но рискнуть стоило.

— Один раз, просто попробую, — что-то неразборчивое даже для себя прошептала и подняла взгляд.

И все, это омут, в котором можно потеряться навсегда, захватил меня. Столько желания, сколько в глазах Артёма, я не видела никогда прежде у мужчин. Мой мозг больше не слушался, и я пошла на поводу у своих самых примитивных желаниях — притянула Державина к себе.

Вложив всю страсть, на которую была способна, я поцеловала своего преподавателя. Да и черт с ним.

Артём тут же перехватил инициативу, раздвинул языком мои губы и ворвался внутрь. Он так умело ласкал мой рот, что это было даже лучше секса. К губам тут же добавились его руки, до боли сжимающие мои ягодицы и бёдра.

Подпрыгнув, я обвила ногами его торс, прижимаясь. Мне так необходимо было почувствовать его близость, ощутить прикосновения кожа к коже.

Толкнув меня к одной из стен в квартире, Артём с рыком оторвался от моих губ и начал ласкать шею, спускаться к ключицам, груди. Я выгнулась ему навстречу, ощущая нехилый бугор в его брюках. Всеми своими действиями Державин пытался показать, что ещё мгновение и наступит точка невозврата.

— Мм, — раздался мой стон, когда мужчина сжал мою грудь.

Все бы случилось, если бы в эту секунду не завибрировал мой телефон 118 раз за последние сутки. С трудом оторвавшись друг от друга, Артём поставил меня на пол и подал мобильник.

— Да, Кира? — осипшим от возбуждения голосом ответила я.

— Да, Кира? Да, Кира?! Это все что ты можешь мне сказать? — разрывался от ора подруги телефон. — Я всю ночь тебе звонила! Ты написала, что тебе плохо и ушла, но дома тебя не оказалось. Знаешь ли ты, что я обзвонила все больницы и морги! Ты безответственная эгоистка! Если ты мне сейчас не скажешь, где ты, я придушу тебя, клянусь.

— Успокойся, пожалуйста. Прости, что не отвечала. Телефон был на беззвучном. Я уже еду в универ, — соврала.

— Твоя машина стоит под моими окнами. Где ты была всю ночь?

Не успев придумать ничего правдоподобного, я ляпнула:

— С Ромой. Он хотел поговорить, так получилось.

— Ты с ума сошла? У него ведь свадьба сегодня!

Державин все это время приводил себя в порядок после нашего внезапного безумия. Но услышав незнакомое ему мужское имя, приподнял брови. Я на его немой вопрос лишь пожала плечами. А что я должна сказать? Что ночевала у своего преподавателя, который старше меня на двадцать лет, а потом мы чуть не переспали?

— Кир, я в курсе, что свадьба. Давай в универе поговорим, скоро буду, — я отключилась, избегая дальнейших вопросов.

— Наверное, нам нужно уже выходить? — посмотрела я на экран телефона, проверяя время.

— Да, пора. Надеюсь, свадьба не твоя? — непонятно шутил мужчина или нет.

— Упаси боже, — на всякий случай успокоила Державина.

Мы вышли на парковку определенно элитного жилого комплекса. Артём галантно открыл мне дверь своего гелика и помог забраться внутрь. Неожиданная забота теплом прокатилась по телу.