Чтение онлайн

Через полчаса, когда моему терпению окончательно пришёл конец, на горизонте нарисовался Воронцов. Он подошёл ко мне, но садиться не стал. Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, глядящие на меня с подозрением и настороженностью.

– Что ты имела в виду, говоря, что знаешь, кто я? – начал он вместо приветствия.

Я вцепилась в край скамьи, собираясь с духом.

– Я знаю, что вы хрономаг. И что стоите во главе ордена таких же магов, как вы сам.

Глаза Воронцова сжались в щёлочки, его рука непроизвольно легла на пояс, где под пиджаком наверняка был спрятан пистолет.

– Кто тебе это рассказал?

– Никто. Тогда, на балу, я вас узнала, – соврала я. – Верней, догадалась, что это были вы.

– Хм, ну допустим, – слегка расслабился Хранитель, – хотя я и не представляю, как это возможно. А что насчёт Тринити? Ты с ней знакома?

– Сергей, ну вы же в курсе, что я тоже маг времени. А теперь подумайте, как Тринити могла провернуть всё и нигде не засветиться?

– Ну, кое-где она всё же засветилась, – машинально заметил Воронцов, а потом ошарашенно уставился на меня. – Так ты и есть Тринити? Твою ж мать!

Он убрал руку от пояса и тяжело опустился на скамью рядом со мной. Его лицо вдруг стало серым, он схватился за грудь, и я испуганно взялась за телефон, решив, что у него инфаркт. Но он, шумно дыша, махнул мне рукой, а потом, отдышавшись, произнёс.

– Не стоит, уже отпустило. И ведь не беспокоило раньше. Наверное, слишком много потрясений за один день.

– Простите, – виновато опустила я глаза. – Но мне без вас никак не справиться.

– Не справиться с чем? Если уж ты решилась раскрыть мне всё карты, значит произошло что-то совсем нехорошее. Я прав?

– Да, – я посмотрела прямо на него. – Кто-то узнал обо мне. И теперь я даже знаю, кто именно.

Сергей поднял взгляд на здание «Софт Индастриз».

Грузовик ещё раз дёрнулся и остановился. Мы с родными тревожно переглянулись. Значит, мы на КПП, и сейчас будут проверять документы. Ну, хоть больше не надо трястись в кузове этого старого грузовика, подпрыгивающего на каждой кочке. Мне казалось, что за долгую дорогу я все внутренности себе отбила. А на той стороне нас встретят и пересадят в более удобный транспорт.

Слегка отодвинув тент, я вгляделась в образовавшуюся щель. Наша машина стояла недалеко от шлагбаума, а сбоку виднелась обшитая профлистом квадратная будка, в окне которой торчал чей-то силуэт. Будем надеяться, человек Воронцова не подведёт.

Когда Сергей отошёл от новостей, он сделал те же выводы, что и мой отец в предыдущий раз. Но с учётом причастности к этому Меньшикова логично предположил, что аристократ почти наверняка отдаст меня на растерзание имперскому совету. А значит, нам надо бежать из страны. Да, его орден мог спрятать нас и тут, но что бы это была за жизнь? Вечно сидеть в четырёх стенах и ходить, постоянно оглядываясь?

Хранитель организовал нашу перевозку до границы, где по его каналам нас должны были переправить на ту сторону. Заехав за родителями и сестрой в усадьбу Горчаковых, дальних родственников Бестужевых, приютивших мою семью, мы вместе с ними выехали на трассу, и пересели в крытый тентом грузовик, что ждал нас там.

Сергей попрощался и уехал, обещая держать нас в курсе событий, попросив написать ему сразу, как будем на месте. Перед отъездом он отвёл меня в сторонку и тихо сказал.

– Я сам всё расскажу сыну, можешь на этот счёт не переживать. Сама понимаешь, ему лучше узнать обо всём, когда вы будете в безопасности. У него горячая голова, и он слишком сильно тебя любит, чтобы так просто отпустить. Надеюсь, ты поймёшь меня.

Я сглотнула подступивший к горлу комок.

– Конечно, я всё понимаю, – на самом деле я отказывалась что либо понимать, но выбора у меня не было.

– Ну, девочка, успокойся – погладил он меня по голове, видя моё состояние. – Не считай меня каким-то злодеем. Я же не сказал, что это навсегда. Пусть страсти поулягутся, внимание совета переключится на что-то другое, и тогда я со спокойной душой отправлю Максима к тебе. А там посмотрим. Не вечно же этим упырям быть у власти.

– Я смотрю, вы без ума от своего вышестоящего начальства, – рассмеялась я, и на душе у меня стало немного легче.

На приграничном КПП благодаря связям Воронцова нас должны были пропустить без досмотра самого кузова. Но, когда из будки показался дежурный в форме, мне на телефон, который всучил мне Хранитель взамен наших смартфонов, пришла смс. И тут же я услышала, как пропищал из кабины телефон водителя, что нас вёз.

«Совет разослал на вас ориентировки и приказ поймать любой ценой. Грузовик наверняка проверят. Уходите».

Я в шоке показала сообщение отцу, и первый раз увидела в его глазах панику. Мать с сестрой, прочтя послание, в ужасе посмотрели на Павла, выглядевшего совершенно потерянным.

Грузовик вдруг содрогнулся, мотор, зафырчав, снова набрал обороты и резко тронулся с места. Мы едва удержались на ногах, схватившись кто за что мог.

– Что происходит? – испуганно пролепетала Кристина, держась за маму, которая была напугана не меньше неё.

Не отвечая им, отец подскочил к кабине и ударил по заднему стеклу.

– Стой, идиот! – крикнул он, продолжая стучать, но водитель не отзывался.

Павел повернулся к нам, чтобы сказать что-то, но сильный удар, сотрясший машину, отбросил его в сторону. Попадали и мы все.

Похоже, водитель решил прорваться через границу без досмотра. Неудивительно, ведь за пособничество государственным преступникам ему тоже не светит ничего хорошего.

Вырвавшись на простор, грузовик ускорился, и я уже было подумала, что у нас всё получилось, как вдруг раздались выстрелы, и машину занесло. Нас закружило, а потом низ поменялся с верхом, и для меня снова наступила темнота.

– Олеся, ты меня слышишь?! – я вздрогнула и открыла глаза.

Потерянно оглядевшись, я поняла, что опять вернулась во времени.

«Да сколько можно?»

Я закрыла лицо руками и застонала. Хоть я и погибла почти сразу, но прекрасно помнила ту боль, что испытала, когда наша машина перевернулась. Каждая клеточка моего тела горела огнём, и снова повторять это мне совершенно не хотелось.

Складывалось ощущение, что сама судьба мешает мне спасти близких. Как будто мир сопротивляется изменениям, и так или иначе нам всем суждено погибнуть.

«Ну, уж нет! – я резко встала и встряхнула головой. – Я спасу их, пусть даже для этого придётся кого-то убить!»