Чтение онлайн

— Что?!

— Я тоже оторопел. Министерство ставит тебе палки в колеса — уничтожает файлы. Кам дала мне вот это, просила тебе передать. Говорит, здесь все, что ты выбил бы из Управления по охране семьи и детства на сегодняшний день, если бы сумел.

Хенрик повертел инфокарту в руках.

— Ну и дела. Спасибо.

Я отмахнулся:

— Рад, что для разнообразия помог тебе, а не наоборот.

— Сейчас посажу кого-нибудь разбираться, — сказал Хенрик. — Надо допросить семью, где работала Перрос, и ее сотрудниц, — похоже, пока что это единственный путь, ведь твоя девушка, насколько я знаю, так и не объявилась. Думаю, вряд ли я в ближайшее время получу от нее показания.

Я скривился.

— Лично я не потерял надежды, что она объявится. Рано или поздно. А ты знаешь, кто нанимал Луизу?

— Пока нет, — мотнул головой Хенрик.

— В файле Управления по охране семьи и детства этих данных не найдешь; я считаю, что ее файл не обновляли примерно с тех пор, как она попала к «Ангелочкам». Видимо, она уже давно вышла из-под надзора министерства.

— А что, у тебя есть какие-то мысли на этот счет?

— Ручаться пока не буду, но все сходится к тому, что это Бриллиант, депутат от Серафимов, и его жена.

— Обхохочешься, — высказался Хенрик. — Этих расколоть даже труднее, чем Чеширов. Придется мне поторопиться. Комиссар еще не приказал мне убрать руки за спину, но, похоже, это вопрос времени.

— Да, и еще, — сказал я. — У меня есть кое-что на Бриллианта, может, тебе стоит взглянуть. Я тут просматривал кое-какие церковные делишки и нашел проект, где гуляют большие деньги, и при этом совершенно непрозрачный. Вообще непонятно, на что идут эти средства и кто их получает.

— Гм-м, — протянул Хенрик. — Тут нам надо действовать очень осторожно. Если проект загадочный, из этого не следует, что он теневой, — даже если мы с тобой понимаем, что на самом деле так и есть. Все равно, чтобы подкопаться к Бриллианту, нужен предлог.

— Луиза, — ответил я. — Отправь какого-нибудь летателя, лучше всего, наверное, Мика, пусть расспросит Бриллианта про Луизу. Этак невинненько. Мол, у вас тут девица пропала, почему не обратились в полицию и так далее. Может быть, он психанет и сделает какую-нибудь глупость; насколько я видел, хладнокровием он не отличается. Я дам тебе все, что наковырял в кабинете Бриллианта, и с этими сведениями и тем, что притащит тебе Мик, у тебя, не исключено, будут на руках все карты, чтобы разобраться и с Луизой, и даже с проектом «Гермес».

— «Гермес»? Ну и ну. Какая изысканная классика. Вестник богов.

Я взял со стола у Хенрика какие-то бумаги и, обмахиваясь ими, как веером, описал, что сделали с моим жилищем, и пересказал разговор с Мирой о Чешире.

— А вот это уже, черт побери, серьезно, — проговорил Хенрик.

— Сам вижу. Пока с этим делом не будет покончено, я боюсь брать Томаса с ночевкой — не могу гарантировать, что в квартиру ко мне не вломится еще какой-нибудь Хищник и не перебьет моих домашних.

— Беда в том, что родители так и не подали заявление о пропаже ребенка. Если они не хотят, чтобы мы совали нос в их дела, могут наврать, что няня, мол, отправилась с ребенком на курорт. А если я нажму, Чеширы, чего доброго, нас еще и прижучат.

— Постой, главное в том, что сообщила мне Мира, — то, что Пери не совсем няня, а они не совсем родители. Слушай, старик, надо все как следует обговорить. Пахнет жареным.

— Да, только раньше, чем в четверг вечером, мне этого не провернуть. Мало нам было этого геморроя с министерством и Перрос — так нет же, у нас еще дел по горло с налетом на лабораторию на севере. А эти копы с Окраин — не мне тебе говорить, у них ни оборудования, ни кадров. Нам приказано им помогать. Вот уж не было печали. А знаешь, приходи-ка к нам с Вивьен ужинать в четверг. К тому времени мы, наверное, уже добьемся чего-нибудь от Бриллианта.

— Здорово, спасибо, — сказал я. — Что за налет? На какую такую лабораторию?

— Принадлежит одной компании под названием «Альбатрос»… — Хенрик увидел, как меня перекосило, и осекся. — Ты про них знаешь? Да, точно, ты же разговаривал с этой Мирой Кхандр. В общем, к ним вломились, а они полезли на стенку, и поэтому нам надо изобразить активную деятельность, сам понимаешь. Естественно, никаких Хищников на Окраинах днем с огнем не сыщешь, так что Дайрек собирается туда. Придется послать его к Бриллианту до отлета. Кстати, тебе везет — он полетит примерно в тот район Окраин, где имеет смысл поискать твою Альмонд с ребенком. Я ввел его в курс дела, он сделает, что сможет, раз все равно там будет.

Во вторник я выволок свою настольную инфопластину в ближайшее кафе и просидел там за работой несколько часов. Личную инфокарту я отключил, потому что Чешир домогался заботы и внимания чуть ли не каждый час. В квартире по-прежнему все было вверх дном, а я по-прежнему не мог взять себя в руки и навести мало-мальский порядок, к тому же одному мне было там не по себе. Само собой, после обыска я не расставался с оружием, но все равно подумывал, как бы еще себя обезопасить.

После кафе я двинул в «Малакку» — дешевый ресторанчик, где, как мне было известно, постоянно торчит Па Зи со своими друзьями и родственниками. Там оказался брат Па Зи Эмем, и я подсел к нему под предлогом, что хочу разузнать про Коссиву — оказалось, она уже в больнице, уф, гора с плеч, — и сидел до тех пор, пока природная учтивость не вынудила его пригласить меня пообедать с ним и его родичем. Домой я отправился поздно, основательно нагрузившись пальмовым вином.

В среду утром, после очередной тяжелой ночи — не надо было перебирать пальмового вина — я пошел купить себе чего-нибудь на завтрак, и когда проходил мимо своей машине на подъездной дорожке, то услышал «Пф-ф» — будто кто-то чихнул. Заглянул под машину. Там, в тени, лежал Плюш — побитый, весь в крови. Наверное, ночью заполз туда, бедняга, и спрятался. Страшно представить себе, где он ютился и чего ему стоило притащиться обратно на свою территорию!

В гриве у Плюша запутался обломок большого красного пера, явно из маховых. Без махового пера Хищнику будет теперь трудненько взлетать. Я опустился на колено и осторожно вынул перо из львиной гривы. Спасибо тебе, Плюш. Мне это на руку. Когда я коснулся Плюша, он заскулил, потом приоткрыл глаза и снова чихнул.

Я отвез его в ветклинику. Смазав ему раны и заклеив ухо, врач посмотрела на меня:

— Досталось ему, — сказала она. — Выгуливайте его подолгу каждый день для реабилитации.

Едва я вышел из ветклиники, как пришло сообщение от Хенрика: «Мик был у Брилл. Крепко поговорили, ха-ха. ЛП там работала. М намекнул Б, что мы знаем, что она родила ему 2 д. Кажется, клюнул. Ты как в воду глядел: Б. сказал, Л уволилась, мол, мало платили, не заявили о проп. Л, решили, нашла другую р. М не поверил, Б изобразил, что волн. за Л, но психанул. Попался!».

А мне полегчало в основном потому, что Хенрику не пришлось из-за меня зря тратить время на Бриллианта. Наконец-то, наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки — медленно-медленно, словно сходящий со стапелей океанский лайнер. «Самый малый вперед». Но — вперед.