Дебют. Жить в СССР
Шрифт:
— Поразительно! Нечасто с таким сталкиваюсь. Нет, это чудо какое-то! — он резко обернулся и посмотрел на меня: — Что вы сделали и как?! Больная до утра бы не дожила и помочь ей никто и ничто не могло. Кто вы такие, чёрт бы вас побрал?!
— Если захочет, то госпожа Соренских вам всё сама объяснит, — ответил я и вздрогнул от прозвучавшего голоса матери моей девушки:
— Тут слишком много народа. Потом поговорим, а сейчас, пусть все выйдут, кроме моих гостей.
И столько в интонации приказных ноток, что хочется безоговорочно подчиниться. Кстати, охрану и медсестру как ветром сдуло, а вот доктор не поддался, остался на месте.
— Голубушка, пациентка не вправе приказывать своему лечащему врачу, — с улыбкой сказал доктор. — Меня зовут Илья Матвеевич, заведующий лечебным центром. Как вы себя чувствуете?
— А вы как думаете? Прекрасно слышала, что говорили и, кстати, почти всё помню, пока в коме лежала, — Анастасия Павловна прищурилась, о чём-то задумалась, а потом продолжила: — Господин заведующий, прошу вас удалиться и прислать моего помощника. Насколько понимаю, господин Вольный на одном из консилиумов. Правильно?
— Наверное, — пожал плечами доктор. — Велю его поискать. А вот вставать вам не рекомендую, пока не пройдёте обследование.
— Это мне решать, не ваш центр мне помог. Или желаете это оспорить? — в голосе госпожи Соренских появились стальные нотки.
Илья Матвеевич не стал испытывать судьбу — ретировался.
— Как самочувствие? — задала матери вопрос Лена.
— Я не соврала, давно так себя не ощущала, — улыбнулась ей Анастасия Павловна. — Спасибо вам, после такого за мной неоплатный долг, — она перевела взгляд на меня. — Господин Горцев, что-то вы неважно выглядите. Тяжело дались заклинания по очищению моего источника? Кстати, вы не подскажите, что за проклятие во мне находилось и кто его наслал?
— Честно говоря, нет у меня ответов на ваши вопросы, — развёл я руки в стороны. — Думаю, догадались, что проникли сюда незаметно ото всех. Надеюсь, вы поможете нам выбраться.
— Вместе уйдём, — усмехнулась Соренских и попросила: — Сергей Максимович, не могли бы покинуть палату, мне надо одеться.
— Хорошо, — кивнул ей и вышел.
В коридоре опёрся о стену и прикрыл глаза. Удивительно, но у нас с Леной всё получилось. Сил не осталось? Ничего страшного, восстановимся.
— Сергей, вы как тут оказались?! — отвлёк меня возглас Антона Геннадьевича. — Это правда, что Анастасия Павловна в порядке?
Помощник госпожи Соренских на меня внимательно смотрит, а вот то, что за его спиной маячат два господина в одинаковых костюмах и подозрительно меня осматривают, как-то не понравилось. Почувствовал исходящую от них опасность и не как от дознавателей, а намного большую. Похоже, эти люди из комитета, а с ним шутки плохи. В обычной жизни они незаметны, если только не случается что-то из ряда вон выходящее. С какого бока тут Анастасия Павловна? У её клана есть мощное покровительство? Если так, то она далеко не проста и вряд ли в Калинине случайно оказалась. Ну, мне ещё влезать в какие-то политические или шпионские игры не хватало! Своих проблем выше крыши.
— Госпожа Соренских переодевается, скоро выйдет, — ответил я.
— Что она делает? — хором воскликнули все трое стоящих напротив меня.
— С ней всё хорошо, — заверил их и провёл рукой по лбу. — Господа, простите, с трудом на ногах стою, устал.
Ну, отмазка так себе, наверняка бы учинили допрос и не исключаю, что с пристрастием. Меня выручила Анастасия Павловна, выйдя из палаты и ведя под руку Лену, которая, как и я, на ходу засыпает.
— Антон, машину к выходу, мы уезжаем, — велела Соренских своему помощнику, сделав вид, что не заметила комитетчиков.
Правда и те себя никак не проявили, если не считать вежливых кивков.
— Уже бегу! — воскликнул обрадованный господин Вольный.
— Сергей Максимович, сумеешь сам дойти или попросить, чтобы помогли? — спросила у меня мать Лены.
— Дойду, не переживайте, — заверил женщину.
Честно говоря, плохо помню, как спустился, в машину уселся и даже в квартире оказался. Зато проснулся в объятиях своей девушки. Правда, как-то непривычно, что мы с ней в одежде, но тому есть свои оправдания. Желудок настойчиво требует, чтобы его насытили, поэтому первым делом отправился на кухню, стараясь не разбудить Лену. Еды у нас какой только нет, изобилие полнейшее. Даже мороженого несколько видов. Похоже, о том, чтобы сытно и вкусно питались позаботилась Анастасия Павловна. Только о ней подумал, как она на кухню вошла.
— Господин Горцев, я приготовлю завтрак, не беспокойтесь, — поздоровавшись сказала Соренских.
— Хорошо, — спокойно ей ответил, не став спорить.
Чувствуется, что женщина это предложила от всей души, а мне требуется себя в порядок привести. Когда из ванной вышел, Лена уже проснулась и о чём-то беседовала с Анастасией Павловной. Оказалось, моя подруга уточняла, как мы в квартире оказались и почему госпожа Соренских здесь.
— Мы вам с Антоном помогли подняться, а вот оторвать друг от друга не получилось, поэтому положили в одну кровать, — на этом месте Анастасия Павловна строго на Лену посмотрела, но та и глазом не моргнула.
А с чего бы ей смущаться? Девушка у меня с характером, хотя и кажется мягкой и покладистой, но если что-то не по ней, то переубедить сложно. Нет, я-то к ней подход нашёл, как и она ко мне, находим компромиссы, а вот Соренских об этом рано думать. Лена ещё не свыклась с мыслью, что теперь у неё есть мать. В том числе и выполнять её требования не станет, если те идут вразрез с убеждениями.
— Вы побоялись нас одних оставить и поэтому не уехали? — задал я вопрос Анастасии Павловне.
— Не только, но и это тоже, — кивнула та и предложила: — Давайте позавтракаем, а потом поговорим.
Так и поступили, после чего госпожа Соренских сделала предложение Сироткиной, от которого отказаться сложно:
— Мне требуется вернуться в столицу, по разным причинам, оставаться в Калинине дольше не могу. Дочь, прошу отправиться со мной. Хватило одного раза, когда я оказалась в беспомощной ситуации и случись что-то плохое, то ты не смогла доказать свои права на клан. Как только сделаем все документы и официально подтвердим родство, то сможешь сама решать, где жить и учиться, препятствовать не буду. Да и не так далеко Москва, смогу приезжать и тебя навещать, как и ты меня. Да и твоему молодому человеку потребуется сосредоточиться на предстоящих шахматных турнирах, если ты желаешь ему побед.
— Она меня не отвлекает, — буркнул я.
— Не ври, — отмахнулась Соренских, — прекрасно знаю, что работаешь спустя рукава, ещё в школе у тебя завал.
— Ты наводила справки? — нахмурилась Лена.
— А ты не так бы на моём месте поступила? — вопросом на вопрос ответила Анастасия Павловна.
Кстати, с дочерью она окончательно перешла на ты и ту это нисколько не смущает. А этот разговор специально при мне завела, зная, что поддержу, а Лену начну уговаривать прислушаться к голосу разума. Хитра госпожа Соренских, умеет в людях разбираться. Впрочем, есть вещи, которые лежат на поверхности.