Декада Джонс: Проклятие Падших
Шрифт:
– Так, о делах насущных, – он многозначительно глянул на меня, кивая на Каролин. А она, наивная, влюблённая девушка, сидела и с восхищёнными вздохами наблюдала за действиями Эрика. Ну как я могла ее выгнать сейчас?!
– Лин, не могла бы ты выйти? Нам нужно о небольшом… деле падших поговорить, – я посмотрела на подругу, она понимающе кивнула, улыбнулась Эрику и вышла. Я даже удивилась – что, все так просто? Я думала, она обидится… Хотя что–то мне подсказывало, что после того, как мы останемся с Каролин вдвоём, она обязательно будет спрашивать об Эрике.
– Так, и что тебе от меня надо? – сложив руки на груди, я воззрилась на шатена.
– Кто–то влез в папину библиотеку, – строгим полушёпотом сообщил мне парень. Я сглотнула, надеясь, что Эрик этого не видел.
– Что–нибудь взяли? – стараясь не выдавать свой страх, как можно спокойнее спросила я, хотя прекрасно знала, что да.
– Несколько книг, в том числе про проклятие нашей расы.
Я с ужасом посмотрела на книгу за спиной парня, которая была скрыта от него подушкой, но с моего места была прекрасно видна. И тут же перевела взгляд на Эрика, нахмурившись.
– Мы думаем, – с нажимом продолжал сын ректора, – что это оборотни. Остальные книги очень похожи на то, что строго запрещено в их кругах. Такие, как «Яды и противоядия» и так далее. В общем, ты поняла, дело абсолютной важности. Так что сейчас, как бы ты не была на меня обижена, – Эрик хмыкнул, скосив глаза, – ты должна нам помочь.
Несколько секунд я молчала, напряжённо думая, что же мне делать. Я бы могла выдать Дайзара, но тогда он и меня выдаст, а мне этого совсем не надо. Если же соглашусь помочь, то могу выдать себя сама – это будет еще хуже. Так что выход только один.
– Я никому ничего не должна, – твёрдо заявила я, смотря Эрику прямо в глаза.
– Ладно, извини, я действительно был не прав, что не поверил тебе тогда, – вздохнул парень. Он так это честно сказал, что я почти поверила… Если бы он не добавил: – Но ведь он мой отец, как я мог поверить…
– Хватит, Эрик! Не хочу говорить об этом, – оборвала я его. Я все еще боялась, что Эрик обернётся, и тогда мне конец. Думаю, это незаконно – влезать в чью–то частную библиотеку и красть, ну, точнее, брать оттуда что–то. – А как вы узнали, что из библиотеки что–то украли?
– Отец как всегда вечером пошёл проверять, все ли на месте, и заметил отсутствие «Проклятия Падших». Обычно он дальше полки с этими книгами не проверяет, а тут, заметив пропажу, решил проверить дальше. А потом заметил, что на полке с ядами книги заменены, и две книги с полки про классификацию оборотней, которая неизвестна даже им самим, единственные в своём экземпляре, тоже.
– Понятно, – я еще раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. – Все равно мне это неинтересно. Я не хочу вставать поперёк горла оборотням, и так проблем с Дмитрием хватило.
– Ладно, – уже поднимаясь, ответил Эрик. Как–то он слишком быстро согласился. Это настораживало. Но, уже у двери, он обернулся и произнёс: – Но, если что, мы всегда будем рады твоей помощи.
Я очень надеялась, что он не обведёт взглядом комнату, но уже через три секунды прозвучало очень строгое и удивлённое, отчего я замерла в испуге:
– А это что?
Глава 5
Я понятия не имела, что отвечать и как реагировать. Но одно знала точно: леденящий ужас разливался по всему телу. Эрик посмотрел мне в глаза и вдруг расхохотался. Это вообще сбило меня с толку, я непонимающе посмотрела на друга, а он, все так же смеясь, указал на полароидные фотографии на столе. На многих из них был он, на одной вместе с Ви, отчитывающей его. Я невольно выдохнула и улыбнулась.
– Ну… это мои самые любимые фотографии, – смущённо выдавила я, благодаря всех богов за то, что он не заметил книгу.
– Как много, – он с улыбкой подошёл к столу и стал рассматривать фотографии, а я пересела на кровать, чтобы уж точно Эрик не увидел украденную книгу. – Хэй, Када, а я и не знал, что ты любишь фотографировать, – я уже хотела было ответить что–то, как Крайм, хитро глянув на меня и усмехнувшись, добавил: – Тем более, меня.
Это заставило меня перевести смущённый взгляд в пол, а сердце забиться немного быстрее. Да, я знаю, что фотографий с ним там достаточно много, но это вовсе не потому, что он мне нравится! А потому, что фотографии получились классные. Да, только поэтому.
– Не подлизывайся, – неразборчиво буркнула я в то время, когда улыбка помимо моего желания появилась на губах.
– Нет, серьёзно, здесь моих фоток больше, чем в семейном фотоальбоме, – продолжал насмехаться парень, присев на Каролинину кровать, рассматривая фотографии в своих руках.
– Ну хватит, – пискнула я, стараясь не смотреть на Эрика. Я никогда в жизни не смущалась и не краснела, а сейчас… что сейчас со мной случилось? Почему щеки вдруг запылали, а сердце застучало быстрее? – Ты, вроде, уходить собирался, – тихо напомнила ему я, и Эрик, опомнившись, встал, положив карточки на стол.
– Доброй ночи.
– Д–доброй…
Хлопнула дверь, а я так и сидела на кровати.
– О чем с Эриком болтали? – я даже не заметила, как в комнату вошла Каролин, поэтому, когда девушка села на противоположную кровать, я медленно перевела на нее взгляд. Лин с горящими глазами уставилась на меня.
– Да так, о делах падших. Извини, что пришлось выставить тебя за дверь, но, сама понимаешь… – выговорила я, пожав плечами.
– Конечно, понимаю. Уильям требует полной секретности от вас, – понимающе улыбнулась подруга. А потом наклонилась ближе и заговорчески подмигнула: – Но если нужно будет выговориться – ты говори, я никому не расскажу, мы ведь подруги.
При слове «подруги» кольнуло сердце. За всю мою сознательную жизнь у меня не было подруг. Нет, были, но так, знакомые – я не могла довериться им, не могла полностью расслабиться в их компании и никогда не находила с ними общих тем. И вот сейчас появляется Каролин, и я не знаю, как вести себя с ней, что говорить. Но даже при том, что я не понимаю, что нужно делать, Каролин пытается поддерживать меня. Это многого стоит. И, наверное, именно ей мне стоит довериться.
– Конечно… – неопределенно сказала я и плюхнулась на кровать. Все–таки о произошедшем недавно мне вообще никому рассказывать не стоит.
На следующий день, в понедельник, я сидела как всегда рядом с Лин на завтраке. Девушка что–то весело мне рассказывала, крутя на пальце светлую прядь по своей милой привычке. Ее звучный голос раздавался, казалось, во всем кафетерии, и я уже продумывала, как бы ее заткнуть или хотя бы заставить говорить потише… Потому что просьбы не помогали. Но небеса, кажется, услышали мои молитвы, потому что к нашему столу подошла пышка Лиз, и внимание Каролин переключилось на нее. На самом деле, мне совсем не нравилось это слово, которым называли Лиз. «Пышка». Да, у нее была довольно пышная фигура, но это прозвище звучало очень обидно. Мне было немного стыдно за то, что я про себя ее тоже так называю. Но прозвище оказалось очень въедчивым.