Чтение онлайн

Спустя несколько секунд я произнес.

– Могу я у тебя кое-что спросить?

Она посмотрела на меня и кивнула.

– Конечно, – ответила она мягко.

– Почему ты не ужинаешь с нами? – спросил я с любопытством.

Она была удивлена моим вопросом.

– Правда, что бы ты ни ответила – я пойму и приму это, – добавил я.

– Я боялась оказаться рядом с вами, – вздохнув, сказала она.

Я кивнул. Я испытал удивление оттого, что она сказал мне правду, вот так, просто… А вот сам ответ меня нисколько не удивил. Я понимал это ее чувство, оказаться подальше от меня.

– Итак, а почему ты не ешь с нами теперь? Ты ведь меня больше не избегаешь. Нет, я, конечно, точно в этом не уверен, но все же…

Она пожала плечами.

– Потому что это неправильно. Кто вы, и кто я? Я просто не имею права сидеть с вами за одним столом.

Я посмотрел на нее с недоверием.

– Господи, девочка, что ты говоришь? Кто же так над тобой поработал? Кем бы ты ни была раньше, сейчас ты приехала к нам, ты живешь у нас. Здесь все совсем иначе, черт возьми.

Она улыбнулась одними губами. Я посмотрел в ее глаза и увидел, что они были полны печали и отчаяния.

– Я думаю, его нельзя полностью обвинять в том, как он относился к нам. Дети – это продукт их окружения. Нас учат всему, что нам должно пригодиться при оказании услуг хозяину. Нам преподают только то, что мы должны знать. Например, не главное, кто оказывает на тебя влияние. Главное, что у тебя просто есть хозяин. Хозяин Эдвард…

Мои глаза расширились от удивления. Я был в шоке. Она была похожа на Йодо из «Звездных Войн», говоря такие философские вещи и прибывая при этом в полнейшем спокойствии. В ее голосе не было никаких эмоций. Она была похожа на робота, который рассказывал о себе всем, кто на него смотрел.

Она назвала меня «хозяином»?! О, Господи!

Она же процитировала Альберта Швейтзера.

Я был ошеломлен. Определенно, в этой девушке было что-то большее, чем казалось на первый взгляд.

– Ты уверена, что никогда не ходила в школу? – спросил я.

Она посмотрела на меня с удивлением.

– Да, я уверена. А что? – ответила она.

Она выглядела очень испуганной, как будто чувствовала какую-то вину или что-то скрывала.

– Ты умна. Ты только что процитировала Альберта Швейтзера. Откуда ты все это знаешь?

Она несколько секунд сидела молча, а потом, засмущавшись, сказала.

– Я не знаю. Возможно, я услышала это от хозяина Чарли. Я точно не знаю.

Я уставился на нее, подняв вверх бровь. Она выглядела какой-то виноватой. Она явно скрывала что-то от меня, и мне это не нравилось.

– Этот парень, Чарли, он был твоим хозяином все твою жизнь? – спросил я.

Она немного колебалась.

– Я знала, что вы спросите об этом. Он стал моим владельцем после смерти его родителей. Мне тогда было двенадцать лет.

– Они относились к тебе так же плохо, как он? – спросил я.

Она пожала плечами.

Я понимал, что этот разговор не очень приятный, как и все эти воспоминания для нее. Но мне нужно было знать. Я чувствовал, что она что-то от меня скрывает. Эти ощущения забрались ко мне под кожу.

– Они относились ко мне с безразличием. Избиения начались уже после их смерти. А совсем плохо стало несколько месяцев назад, когда жена хозяина узнала, что… – она вдруг замолчала и стала нервно покусывать нижнюю губу.

– Узнала, что? – спросил я.

Она немного замешкалась.

– Когда она узнала о моем происхождении, сэр.

Я поднял вверх бровь.

– О твоем происхождении? – спросил я, слегка смущаясь.

Она кивнула.

– Хозяйка стала ненавидеть меня, когда узнала, что хозяин Чарли породил меня.

Мои глаза расширились от удивления. Было такое ощущение, что меня сейчас хватит удар.

Ее гребаный отец сделал с ней все это?!

– Твоим хозяином был твой отец? – недоверчиво спросил я, практически переходя на крик.

Она посмотрела на меня и стыдливо отвела глаза.

– Моя мать была рабыней в их семье. Он использовал ее для удовлетворения своих сексуальных потребностей. Он не собирался обзаводиться внебрачным ребенком, тем более, ребенком раба. Я родилась только потому, что моей матери удалось скрыть свою беременность.

Я вздохнул и зажал основание своего носа. Он сделал все это со своей плотью и кровью. Это было презренно.

– Это же неправильно. Это же твоя семья? Это безнравственно, неэтично. Наверное, они относились к тебе лучше. Они ДОЛЖНЫ были относиться к тебе лучше.

Она пожала плечами.

– Я полагаю, что они думали, что разрешив мне жить, они и так дали мне многое. Меня, вероятно, убили бы, если бы не обнаружились сходства между мной и Чарли. Было не сложно сопоставить все факты и понять, что он мой отец. Возможно, это и считалось этически, с их точки зрения.

Несколько минут я сидел молча.

Потом, вздохнув, заговорил.

– Человек действительно поступает этически, когда повинуется принуждению, чтобы помогать на протяжении всей жизни, когда он в состоянии помочь, и не стремиться сломать или уничтожить жизнь, – произнес я цитату Альберта Швейтзера, которую я знал.

Я посмотрел на нее и увидел, что она улыбается. Она поняла мои слова.

Да, она, определенно знала больше, чем казалось на первый взгляд.

Глава 16. Наказание

Вздохнув, я перевернулась и посмотрела на будильник. От ярко-желтых цифр я почувствовала боль в глазах. Часы показывали почти шесть часов утра. В горле пересохло, очень хотелось пить. Я не спала практически всю ночь, потому что меня одолевало беспокойство. А что было тому причиной, я не знала. Я никак не могла прогнать это удушающее чувство тревоги.

Еще раз вздохнув, я села и откинула одеяло в сторону. Посидев немного, я пошла в ванную. Ходить по дому в коротких шортах, в которых я спала, было неудобно. Слишком уж откровенными они были. Я никогда раньше не носила такую одежду. Даже, живя в солнечном и жарком Фениксе. Жена Чарли сошла бы с ума, если бы кто-то из рабов позволил себе надеть что-то короткое, открывающее тело.

Сняв шорты, я оставила их на полу, а сама надела черные штаны, в которых обычно и ходила по дому.

Открыв дверь, я прислушалась. На этаже было тихо. Из комнаты Эдварда тоже не доносилось никаких звуков. Было еще слишком рано. Эдвард обычно вставал на полчаса позже. Я спустилась вниз, на второй этаж. В одной из комнат слышался шум льющейся воды, и если я не ошибаюсь, это была комната доктора Каллена. Значит, он уже встал и готовился к предстоящему дню. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить всех, кто еще спал, я спустилась дальше, на первый этаж.