Дела семейные
Шрифт:
– Веласкес, а может ну его этот клуб?
– Мы уже пришли, это аллея склепов, давай в этот залезем, здесь нет сигнализации. Мы же быстренько, у меня и меч есть, отобьемся.
– Это от покойника то?
Один из этих двоих потянул именно дверь в этот склеп. Дверь опять скрипела и ругалась, а я стоял и раздумывал, что делать. Даже если спуститься вниз, то они меня все равно увидят. Оставалось стоять на месте.
Передо мной стояли два молоденьких парнишки в школьной форме, я постарался дружелюбно улыбнуться им. Несколько мгновений мы стояли и смотрели друг на друга:
– Ты кто?
– спросил меня один из парней, и у меня возникло ощущение повторения этого дня.
– Я? Живу я здесь.- Я пожал плечами.
– А Вы что пришли?
– Мы просто так, мы уже уходим.
– Если есть время может останетесь, - предложил я еще дружелюбнее, - на чай или просто поболтать, а может в карданс перекинемся.
– Нет, нет мы спешим, нам на занятия, - оба стали пятиться, один даже достал меч, - да и для карданса нужно четверо, а нас трое.
За их спинами раздалось вежливое покашливание:
– Я бы четвертым не отказался, - с боку вышел Нат.
Эти герои кинулись в разные стороны, а Нат упав на землю, стал смеяться.
– Нат, прекрати, здесь же кладбище, - меня возмутила непристойность момента.
– Ты бы себя видел, они подумали, что ты обитатель этого склепа, - выдавил из себя Нат, постепенно успокаиваясь.
– А что со мной не так?
– Ты в плаще, в маске, весь в пыли, в руках бутылки, появился из-за двери, общаться начал, тшах, - Нат еле сдерживался.
– Давай пойдем, - предложил я, - у нас мало времени, - напомнил я.
– Пойдем, только прибери слегка, чтобы не сразу было заметно.
***
– Значит, он тебе ничего путного не рассказал?
– спросил меня Нат, вскапывая могилу Марьяны или Миски.
– Почему, он сказал кто он такой, а как попал туда, я допытываться не стал, себе дороже.
– Правильно, - пожал Нат плечами, и стал работать еще усерднее.
– А почему ее в землю закопали?
– спросил я.
– Это же самоубийство, так положено.
– Понятно. Давай может я, я уже почти отдохнул.
– Сиди уж, Треш, тебе еще с ней общаться, а потом и закапывать помогать, у нас совсем мало времени.
Вскрыв могилу, Нат стал еще более грязным, чем я. Но пока он копал, выглянула луна, и мы смогли потушить наш огонь. Зрелище раскопок впечатляло само по себе, а вот свежая покойница выглядела хуже старого покойники, но останавливаться уже поздно, поэтому пришлось побрызгать на нее из розового флакона. Она очнулась, и сразу же стала ругаться, и попыталась выбраться из могилы, Нат успел отскочить на насыпанный земляной холм во время, чтобы покойница не схватила его за руки и за ноги. Решив обезопасить нас, я трижды попытался побрызгать на покойницу из белого флакона, но все три раза промазал. Тем временем, ей уже удалось выбраться на поверхность. Нат стоял за ней и держал в руках лопату, собираясь треснуть по ней в случае моего сигнала.
– И куда это ты собралась?
– спросил я покойницу, зная по не давнему опыту, что их (покойников) хорошо бы чем-нибудь озадачить. Они не способны выполнять несколько действий одновременно.
Лицо, все эти ткани, начавшие уже гнить, сморщились, видимо выражая мыслительный процесс:
– Домой, конечно, - достаточно высокомерно, как это ни странно звучит, ответила мне покойница.
Я решился на хитрость:
– - А ты помнишь, где твой дом?
Но она пропала даром:
– Конечно, помню.
– - А как тебя зовут, тоже помнишь?
– - Помню, а кто ты такой сам будешь?
Голос раздался позади покойницы:
– Я Нат, - на этом я заскрежетал зубами, сколько ему говорил не отвечать на подобные вопросы, - привет, Марьяна.
– Какой такой Н.., - покойница осеклась, поняв, что ее проверяют, - А Нат, привет.
– - Как дела?
– спросил Нат.
Покойница стала хохотать, что получалось еще хуже, чем думанье:
– - Завел светскую беседу, нашел время.
– - Треш, - позвал меня Нат, - выключай.
Пока неопознанная покойница не опомнилась, я плеснул ей остатки из желтого флакона в лицо. В получившейся тишине мы услышали голоса, которые явно приближались в нашу сторону.
– - Надо уходить, Треш.
– - А могила?
– - Поздно уже, не успеем, да и все равно будет понятно. Побежали, бери инструменты и за мной.
– - Так это не она?
– спросил я Ната, чтобы удостовериться в моем мнении.
Он отрицательно покачала головой.
***
Из-за переодевания и приведения себя в порядок, мы вернулись на вечер только к концу ужина с танцами, то есть почти к самому фейерверку.
– Васенька нас уже заждался, - я волновался за своего брата.
– Он знает, что я за тобой присмотрю, поэтому не волнуется, - ответил Нат.
– Мы расходимся?
– Пока да. Мне надо еще засветиться с очередной выходкой, чтобы люди запомнили, где я был сегодня.
– А я, пожалуй, пойду к маме, поздравлю ее, - решил я.
Толпа закружила меня в шуме и веселье, народ уже изрядно был навеселе. В какой-то момент образовался коридор из танцующих, и я увидел брата рядом с мамой и другими артистами. Васенька тоже заметил меня и помахал рукой. Мне надо было обойти танцующие пары по краю площадки. При этом обходить пришлось по дальней дуге потому, что другую сторону занимали музыканты и столы. Я стал пробираться между деревьев, одиноких людей, парочек целующихся и не только под деревьями и кустами, обходя шумные группы, которые то ли спорили, то ли играли. Постоянно приходилось напрягаться, что бы не натолкнуться на людей и не упасть на землю в полумраке ночи. Внезапно я увидел Буквари. Он был очень бледный, какой-то напряженный. Мне показалось, что Буквари смотрел на танцующих людей очень внимательно. Буквари стоял на расстоянии вытянутой руки от меня, и я свою руку и протянул. Злость, проснувшаяся во мне из-за усталости этого дня, требовала, чтобы я схватил этого человека и хорошенько потряс. Я понял, что не отпущу его, пока он все не объяснит.
Руку то я протянул, но коснуться Буквари не успел, тот почувствовал движение рядом с собой, и буквально отскочил в сторону на несколько шагов. Он уставился на меня, узнал, приподнял руку в приветствии и шагнул за соседнее дерево. Все это произошло за несколько секунд, я кинулся за ним, но мне оставалось только хватать воздух руками. Досада за собственную нерасторопность поцарапала мое самолюбие.
Шагов через сорок я приблизился к первой группе артистов, остановился, поздравил. Потом еще одна группа, потом еще и еще.
– Треш, пойдем, скоро фейерверк, - потянул меня Васенька. Он смотрел на меня испытыюще, было видно, что мой брат жалеет меня.
– Ты сильно устал? Вот съешь это.
– Васенька протянул мне пирожки, заботливо заначенные мне на ужин.
– Спасибо, - пробормотал я с набитым ртом.
***
Стрела в министра Арикова вонзилась на представлении, устроенном придворным магом после фейерверка. Стрела была легкая и короткая, как потом объяснил Нат, стрелу пустили с близкого расстояния. Стрела не попала в цель в сердце министра Арикова, а угодила в плечо. Стрела была заколдована, но вся ее сила ушла на то, чтобы пробить личную защиту министра.