Чтение онлайн

Я оглянулся. Стася спала, закутавшись в шубку. После того, как мы покинули палату Антона, она не сказала ни слова.

Максим улыбнулся мне:

— Что там наш детектив? Спит?

Я кивнул.

Он помолчал. Достал сигареты.

— Я, Серега, объясняться с тобой пока не буду, если ты не возражаешь.

— Это ты насчет Ольги? — вздохнул я. — Сами разбирайтесь. Хотя, если подумать, как-то подозрительно хорошо все для тебя сложилось с отъездом Игоря.

— А ты как бы поступил на моем месте? Не мог я допустить, чтобы ваша семья была втянута во все эти судебные заморочки. Или ты действительно хочешь торжества правосудия и согласен иметь родственника, осужденного за убийство твоей жены?

Я приспустил стекло, чтобы вытянуло дым из салона. Кивнул Максиму:

— Конечно, с показаниями Антона дело пойдет быстрее. Как я понимаю, Аверин больше здесь не появится. Пройдет время, Ольге может понадобиться развод. Да просто за границу на отдых с ребенком без разрешения отца ее не выпустят. Она при этом окажется в дурацком положении. Где тогда искать Игоря?

Максим щелчком отбросил сигарету в проносящуюся мимо нас темноту.

— Если честно, то я уже созвонился с руководителем моей юридической службы, он все сделает как надо. Я предупредил его, чтобы было как можно меньше шума. Мои ребята это умеют. — Он вздохнул и просительно сказал: — Давай лучше подумаем, как нам сейчас быть с Ольгой? Представляешь, что там сейчас делается?

— Знаешь, там мой отец, значит, все будет в порядке. С ней мама, а сейчас Стасю привезем, она умница, найдет нужные слова.

Он благодарно кивнул, и мы замолчали.

Максим сбавил скорость, подъезжая к воротам родительского дома. Окна первого этажа были ярко освещены, а на втором этаже свет горел только в спальне Ольги. Я не стал говорить этого Максу, но он поднял голову, увидел красный квадрат освещенных ночником штор, покрутил головой.

— Слушай, Сергей, мне, наверное, не стоит сейчас с ней видеться. Я лучше приеду потом, например, завтра вечером. Вдруг она вообще не захочет со мной разговаривать?

Я сердито взял его за рукав:

— Ну, ты даешь! Давай-давай, заходи в дом. Заварили кашу, а теперь один хочет смыться, а другая спит, как сурок. Не выйдет, дорогие товарищи!

Стася открыла дверь со своей стороны и засмеялась:

— Ты чего такой сердитый?

Я помог ей спуститься с довольно высокой ступеньки джипа, не предназначенного для извоза девушек в ботинках на таких высоких каблуках. У машины я на одну секунду прижал ее к себе, вдохнув душистое тепло ее кожи, разогревшейся под мехом шубки. Но тут на крыльцо выскочили Санька с Артемом, и Стася шагнула к ним.

Мальчишки зашумели, потянули всех в дом, прервав колебания Максима и мои эротические фантазии. О, Господи, как же беспокойно жить такой большой семьей!

Войдя в дом, я потянул носом воздух. Пахло салатами, пирогами, мандаринами и шоколадом. Сколько я себя помнил, на Рождество всегда пахло именно так. Навстречу нам вышел Женя и сердито сказал:

— Где вы пропали? Меня уже тут замучили вопросами, а я толком ничего не знаю.

Стася улыбнулась ему вполне по-приятельски, и Женя нахмурился еще больше. Он помог ей снять шубку и терпеливо ждал, когда она расстегнет ботинки.

Кажется, Максим надеялся, что Ольга находится у себя в спальне, но она сидела на низком диванчике у камина, вцепившись в Ташку. Стася подсела к ним, погладила Ольгу по плечу, но та даже не шелохнулась. Максим с тревогой посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Отец глянул на нас всех, вздохнул и подошел к узкой высокой горке, где у него всегда есть запасы спиртного.

Поскольку мы все обошлись без обеда, а за праздничный стол садиться рановато, мама принесла нам в гостиную поднос с бутербродами, а отец разлил коньяк в пузатые рюмки.

Стася понюхала коньяк, забавно сморщив нос, и попросила Ольгу:

— Олечка, можно я лучше чаю выпью? Замерзла ужасно.

Она ловко забрала у нее Ташу, и Ольга, машинально кивнув, ушла готовить ей чай. Кажется, все напряженно прислушивались к звукам, доносившимся из кухни.

Вернулась Ольга в комнату с уже осмысленным выражением на лице, поставила чашку на инкрустированный столик рядом со Стасей, и присела рядом с ней. Заметив, что все смотрят на нее, она махнула рукой и слабо улыбнулась:

— Я в порядке. Стася, ты можешь начинать рассказ.

Стася озадачилась:

— Да я, честно сказать, и не знаю, с чего начинать? Хотя нет, знаю. Я начну с того момента, как я увидела, что дверь приемной открыта. Мне нужно было подготовить документы к тендеру, и 31-го декабря я пришла на работу в офис. Так получилось, что я познакомилась там с Сергеем, пригласила его встретить новый год со мной и Темкой. К тому времени я уже больше полугода работала в фирме, и, конечно, знала о его неприятностях. Слухи слухами, но, когда я познакомилась с Сергеем поближе, я поняла твердо, что никого он убить не мог. Потом так получилось, что Александр Сергеевич пригласил нас на дачу, и здесь Наталья Николаевна мне доверила некоторые обстоятельства, которых я раньше знать не могла, потому что они происходили накануне убийства Веры, когда меня здесь не было.

Она подержала чашку в руках, отогревая пальцы. Потом, таким же спокойным голосом, продолжила:

— За то время, что мы провели вместе, Сережа стал мне неожиданно близок и дорог. Я видела, что прошлогодняя история мучает его, только не могла понять причину. А потом догадалась: все походило на то, что в этом деле мог быть замешан его брат Женя. Ты, Женя, не сердись, но Сергей не хотел и мысли допускать, что ты мог убить Веру и подставить его. Однако обстоятельства, при которых его задержали на дороге в ночь убийства, напрямую указывали на тебя: никто другой дорогу на охотничью избушку просто не знал. Кроме того, письмо Веры, обнаруженное в сейфе на работе, тоже косвенно указывало на твое участие. И, несмотря на все это, Сергей не верил в то, что ты мог так поступить с ним.

За те полгода, что мы проработали вместе, я тоже достаточно хорошо с тобой познакомилась. И была уверена, что ни ты, ни сам Сергей к этому не причастны.

Потом появилась наша версия с Ивановским. После осмотра квартиры, когда мы нашли пакет с документами, стало ясно, что Вера шантажировала его, то есть у него могли быть веские основания убить ее. Однако все равно при этом кто-то должен был помогать ему, и тут все равно не так много кандидатур. Возникла версия с Антоном Решетниковым, но после того, как его ранили, я подумала, что мы своими розысками всполошили убийцу, подтолкнули его к новым действиям. Я пыталась пристроить на эту роль Аверина, он мог быть знаком с Ивановским по Питеру, но тут я наталкивалась на то, что Аверин не увлекался охотой и рыбалкой, и не знал, где назначена встреча Сергея и его друзей.

А после нашего разговора с Ивановским я твердо знала: Веру он не убивал. И тогда у меня возникла мысль о том, что мы путаем причину и следствие. Мы все время исходили из версии, что Веру убили, а потом подставили Сергея, чтобы представить его убийцей и скрыть истинного преступника. Вследствие этого он провел в СИЗО восемь месяцев. А если все было не так? Если нужно было упрятать Сергея куда-то на длительный срок, просто, чтобы он не мешал кому-то заниматься своими делами? Для этого застрелили его жену, подставили следствию мужа с нелепым алиби, и результат достигнут быстро и просто: на восемь месяцев у этого человека руки развязаны. А может быть, у него были и личные причины ненавидеть Веру, она могла и его шантажировать. Тогда вообще все прекрасно: один выстрел решает массу проблем.