Чтение онлайн

– Какими судьбами? – усмехнувшись, поинтересовался Дугр, пригубив. – Столько лет не появлялась в моей лавке? А тут – явилась!

– Отпуск взяла. – ответила я, не желая говорить правды, ведь это было абсолютно не нужно и неуместно, как по мне. – Правда, он нихрена неоплачиваемый… И теперь усиленно ищу работу.

– Отпуск? В Иероне? – удивился оружейник, не убирая ухмылки с лица, не смотря на горькую-горькую водку.

– В благодарность за верную службу народу. И за успешное проведение операции в Актау, что была столь длительной. – пояснила я, осторожно нюхая пойло, что мне налили.

– И сколько ты так будешь отдыхать? Враги ж всех перебьют, пока ты на гамаке в облаках летать будешь. – шутканул Гук и вновь отглотнул алкашки.

– Ещё полгода. – повертев посуду в руках, я, пожав плечами, всё-таки решила отведать то ли водки, то ли самогона, о чём пожалела почти сразу же. Сухой кашель, слёзы и горящая гортань, которую словно ножом поранили изнутри.

– Закуси-закуси. – указав на тарелку, на которой что только не лежало – галеты, сухой сыр и даже колбаса, мужчина закинул за воротник и подлил себе ещё немного. Недолго думая, я закинулась галетами, ведь только они не вызывали у меня подозрения, и вроде как полегчало. – Значит… Тебе нужна работа?

– Уж точно не помешала бы. – потянувшись, я хрустнула хорошенько спиной и выпрямилась, устав горбиться словно чёрт. – Вкусить снова прелести мирной жизни там… Да и жить должно быть на что.

– Неужели Цефис перестал выделять тебе карманные? – вскинув брови, Дугр скрестил руки на груди и выпятил огромное пузо вперёд, обратив всё своё внимание на меня одного.

– Да… неудобно уже как-то… – почесав затылок, который наконец перестал приносить мне сплошной дискомфорт, я опустила глаза вниз, непонятно от чего засмущавшись. – Мне всё-таки давно не 15…

– Если не хочешь уж совсем быть «независимой», то можешь устроиться ко мне. Вторым продавцом. – предложил оружейник свою помощь. Так сказать, по доброте душевной.

– Чтобы ты наконец мог сидеть бухать на складе целыми днями, пока кто-то стоит за прилавком и делает кассу? – ухмыльнувшись, уточнила я с сарказмом, который мужчина, к счастью, вкурил. Иначе кое-кто бы отхватил.

– Две сотни ставка тебя устроит? – спросил Дугр и водка была опрокинута залпом. – При условии, что ты будешь работать, как следует. С полудня до вечера.

От такого слишком жирного предложения отказываться было ну очень глупо. Поэтому через пару дней я уже стояла как штык за прилавком, продавая пушки кому попало. Естественно, только не детям. Всё-таки это запрещено «законом». Одним из «законов», которых у нас как бы нет, но как бы и есть. Я чувствовала себя продавцом какого-то богом забытого ларька в очередной многоэтажке, куда каждый день бегают детишки за сигами и алкашкой. М-да, лучше бы я их продавала, чем пушки, в которых как бы и секу, в отличие от работы с людьми, что терпеть не могу. На протяжении всего дня народу относительно мало. А покупателей, что уходят с одной несчастной пукалкой, и того меньше. Но вот вечером, когда солнце скроется за горизонтом, народ начинает валить. Преимущественно местные бандиты. Видимо, это именно то, что осталось от Наоми. Что частенько меня узнавали.

С барами пришлось покончить. Не навсегда, конечно, но на приличное время. Ведь тогда бы от моих честно заработанных патронов ничего не осталось. После работы, что кончалась примерно под начало ночи, я ковыляла домой по тёмным улицам и по прибытию спускалась в подвал. Убираться. Да обустраиваться. После первой получки, что составила целую сотню армейских (где-то столько же мы оставляли почти что каждый вечер в баре), я метнулась на рынок, прикупив пайков и самый дешёвый коврик на кухню, чтобы наконец скрыть царапины. На следующих выходных моя душа отправилась во второй район. Естественно, с пистолетом и ножиком для самообороны, ведь шанс наткнуться на не нужных людей был велик. Но это было для меня не самое страшное. Больше я остерегалась иеронцев, что могли спокойно разгуливать по всё ещё опасной зоне. Зачем же я туда попёрла? Металлолом. Только ради него. Благо его там полно. Хоть и воровать мусор любит чуть ли не каждый второй местный. Как бандиты, так и мирные.

Будто как в старые добрые времена я нарядилась максимально практично – рюкзак на спину, фонарь на ремешок, пестик в кобуру, да нож в чехол. Невольно я сразу вспоминала, как мы с Цефисом шастали по этим «запрещённым» районам, убивая заражённых и избегая встречи с здоровыми людьми. Как искали всякие идиотские буклетики, что были безумно яркие, открытки из разных городов, а иногда и стран, комиксы, карточки и прочее-прочее-прочее. Даже книги нередко умудрялись находить. Только сегодня у меня немного иная цель – ручки от крышек мусорных вёдер. Не спрашивайте, нахрена я вообще этим занимаюсь. Время всё расставит по своим местам. И вскоре вы всё поймёте.

Всё-таки Рамона была права. Здесь ни черта не изменилось. Хоть мы и отвоевали потом и кровью потерянную часть города, она продолжает пустовать, пока по ней изредка пробегают остатки бандюг, что и не думают браться за голову. А может и просто не могут. Всё также по этим улицам ошиваются заражённые – как «заграничные», так и местные, а трупы продолжают разлагаться и гнить, пуская в пыльных воздух незабываемый амбре. Дома пустуют, а вдалеке сквозь ветерок слышится чей-то рёв, что будто напоминает туристам вроде меня, что я не на своей территории. Оглядываясь по сторонам в поисках своих целей, то бишь баков, я услышала тихий хруст. Оторопев, я резко остановилась и медленно опустила глаза. Эта была кость, на которой остался тоненький слой гнилого мяса, что имело неестественный болотно-серый цвет. Испугавшись, я поняла, что это далеко не единственный бедолага, ведь совсем рядышком лежали остальные.

«Мы не могли им помочь, Эрис!»

– Укусы… – скрестив руки на груди, вздохнул Вито, тоскливо покачивая головой. – Это стайные. Заграничные.

– Но как они попадают в город? – устремив внимание на одноглазого, удивилась я, недоумевая.

– Думаю, брешь до сих пор не заделали. – предположил Мелкер, пожав плечами, и взглянул куда-то вдаль.

От такого предположения меня бросило в злость и я, позабыв о том, зачем пришла, стремительно направилась в сторону бреши, где когда-то и погиб наш великий охотник, что и по сей день навещает меня на пару с остальными, будто не собираясь отпускать. Или это я не собираюсь их отпускать из-за своего же нелепого страха?.. К чёрту всё это! Сжав кулаки, что висели на уровне бёдер, чтобы в случае чего схватиться за пистолет, если кто посмеет выскочить внезапно из-за угла, я уверенно шагала вперёд по пустынной улице, слушая, как завывает ветер. Легко я могла попасть под бурю, что свидетельствовала обычно о начале ливневой недели, ведь пора была подходящая – близилась середина лета. Хоть и туч пока не виднелось на небе, шанс был велик. Всё-таки жара гнела город, чтобы вскоре сменится холодом и хаосом, что в буквальном смысле затопит всех и вся. Словно песок впитался в облака, что застелили небо, из-за чего оно приобрело соответствующий цвет. Как и всё окружающее. Сраные флэшбэки мелькали пред моими глазами, которые и так были затуманены. Всему этому способствовало палящее солнце, которое хоть и пряталось за песчаными облаками, но жарило как надо. Ноги потихоньку переставали меня слушаться и начинали подкашиваться, поэтому я стала нередко спотыкаться. Камушек за камушком и падение всё-таки случилось, и я свалилась наземь. Стоя на грёбаных четвереньках, я, корчась от непонятной боли, изо всех сил старалась поднять голову, чего у меня почему-то не получалось. Будто шею защемило, как и всё тело постепенно каменело. Гул в ушах, сквозь который едва слышны знакомые звуки… Звуки войны… Выстрелы, оры, крики…

– Эр… Э… – кто-то отчаянно пытался меня окликнуть, но я ни черта не слышала.

Паника охватила меня, в связи с чем я будто разучилась дышать и начала попросту задыхаться. Глаза округлились, а капилляры принялись стремительно лопаться, окрашивая белоснежный белок в кровавые цвета. Словно малюсенький паучок с невероятной скоростью плёл алую паутину прямо у меня в глазах. Гул сменился на звон, который разрушал мой мозг и призывал мою «любимую» мигрень. В общем, ощущения не из приятных. Чья-то рука подхватила меня под правое плечо и я наконец смогла пошевелиться.

– Эрис, мать твою! – повернув голову в сторону, я лицезрела моего давнего товарища Тони, что был весь чумазый и… в чьей-то крови. Автомат наперевес, грязная потасканная иеронская форма, испуганный взгляд. – Вставай!

Ничего не понимая, я послушалась сослуживца и вскочила с песка, отряхнувшись. Стоило мне осмотреться, как небо сгустилось, внезапно став серым с некими красными нотками, а всё вокруг так и кричало о боевых действиях. Трупы – наших и нет, кровавые лужи, гильзы, горящие дома и машины. Всё как тогда. Всё как в те чёртовы дни. Опустив глаза, я поняла, что одета в обмундирование, а в руках появился калаш. Чужой сломанный шлем валялся под моими ногами с разбитым стеклом, который повредила, скорее всего, вражеская пуля. В сотне метров от нас бандиты что-то громко орали на казахском. Сложно было разобрать, о чём именно они там переговаривались, но суть была ясна каждому. Даже тем, кто не знает казахского – они обсуждают, как убить нас. Дельфинов.