Чтение онлайн

– Узнаешь? – спросил я Лорен.

– Нет, мне это ни о чем не говорит.

Мы раз за разом просматривали кадры. Определить, что это за картина, было невозможно. Подписи нет, какого-то отличительного знака нет.

– Это могло быть снято у какой-то подруги, – сказал Гэхаловуд. – Возможно, это вообще мелочь.

Но мы все прекрасно знали, что в подобном расследовании не бывает мелочей. Мы еще какое-то время размышляли, пересматривали факты, изучали фото и пометы на стене. В конце концов Гэхаловуд громко зевнул и заявил:

– Продолжение завтра. Я сдох.

Я собрал вещи, ехать с ним. Но Лорен предложила:

– Маркус, я тут подумала, может, нам с тобой поужинать…

Мне до смерти хотелось согласиться, но я решил ее чуть-чуть помариновать:

– Я, к сожалению, занят. Сержант хотел, чтобы мы еще кое-что посмотрели… по поводу этого дела…

– Он свободен как ветер, – заявил Гэхаловуд. – Сержант хочет, чтобы его оставили в покое. Съесть гамбургер, почитать книжку на террасе гостиницы – и чтобы писатель не зудел у него над ухом.

– Похоже, ты не занят, – робко улыбнулась Лорен.

Но нашим планам не суждено было осуществиться. Через несколько секунд раздался звонок в дверь: из Бостона явилась Патрисия Уайдсмит.

– Патрисия? – удивилась Лорен. – Ты откуда?

– Откуда я? Ты мне звонишь, вываливаешь все эти новости и думаешь, что я буду сидеть сложа руки? Я одиннадцать лет жду, когда это расследование наконец сдвинется с мертвой точки, нельзя терять ни минуты. Эрик больше не может гнить в тюрьме. Я хочу завтра же подать прошение о его освобождении.

– У нас есть шанс? – просияла Лорен.

– Ну конечно! Салли Кэрри подтверждает, что Эрик в самом деле одолжил свой пуловер Уолтеру, к тому же мы теперь знаем, что Уолтер из чистой мести оболгал Эрика, потому что как раз выяснил, что у матери был с ним роман. Должна отдать вам должное, сержант, ваша теория ответного удара была верной. Уолтер убил Аляску и утопил Эрика.

– Уолтер не убивал Аляску, – сказал Гэхаловуд.

– Но он оклеветал Эрика, – возразила Патрисия Уайдсмит. – Я отнесу фото Салли и Эрика судье, и все быстро уладится, поверьте. Не понимаю, Лорен, почему ты мне раньше не сказала про эту фотографию.

– Фотография ничего не доказывает, – заметил Гэхаловуд. – В лучшем случае она даст судье представление о темной стороне Эрика, который шантажировал женщину и заставил ее отравить собственного сына. А это, поверьте, не аргумент в его пользу.

– Это уж пусть судья решает. Где фото?

– Я его сжег, – ответил Гэхаловуд. – И негатив тоже.

– Вы что сделали?! – заорала Патрисия.

– Сжег это фото. Оно бы в любом случае не вытащило Эрика из тюрьмы, зато бы окончательно разрушило жизнь Салли Кэрри, а ее неплохо бы пощадить.

– Вы уничтожили вещественные доказательства! Я могу вас под суд отдать, сержант.

Засим последовала бесконечная перепалка. Пока Гэхаловуд с Патрисией ругались в гостиной, Лорен увела меня на кухню и откупорила бутылку вина.

– Хорошо, что вы сожгли это фото, – сказала она. – Какой смысл причинять боль Салли, да и моим родителям тоже. Я согласна с Перри: одно это фото Эрика не спасет. Знаешь, Маркус, я одиннадцать лет хранила надежду. Но с тех пор, как началось новое расследование, у меня все больше вопросов относительно Эрика. В сущности, никогда по-настоящему не знаешь людей, которых любишь.

– Да и себя самого не знаешь, – заметил я.

Она чокнулась своим бокалом с моим:

– Твое здоровье, дорогой философ.

Я улыбнулся. Она тоже улыбнулась.

– Лорен, я…

Она приложила палец к моим губам, призывая к молчанию:

– Тс-с, Маркус. Теперь я буду говорить. Спасибо. Спасибо, что ты здесь.

Она отняла палец, потянулась ко мне губами и поцеловала меня.

Наш поцелуй прервало покашливание Гэхаловуда. Он стоял в дверях, рядом была Патрисия.

– Сержант прав, – признала она. – Он мне рассказал про любовника Аляски. Если мы сейчас подадим прошение об освобождении, то на его след выйти не сможем: нам придется открыть суду весь ход расследования. Если Эрику в освобождении откажут, то не только он останется в тюрьме, но мы можем еще и спугнуть этого любовника, который сегодня, вероятно, чувствует себя в безопасности.

– Зато мы сейчас вместе введем Патрисию в курс дела, – добавил Гэхаловуд, – ей известны не все факты.

Прежде чем вернуться к расследованию, мы поужинали у Лорен. В дружеской компании все наконец расслабились, и я понял, что Патрисия очень нравится Гэхаловуду, потому что после двух бокалов вина он спросил:

– Как только вас муж терпит?

– Он меня и не вытерпел, – расхохоталась она. – Да и продолжалось это недолго. Я, надо сказать, вышла замуж за психиатра, а это всегда непросто. А вас как жена терпит, сержант?

– Она меня тоже не вытерпела.

– Вы тоже развелись? Но вы носите обручальное кольцо.

– Она умерла. Три месяца назад.

– О боже, простите, мне очень жаль.

Гэхаловуд перевел разговор на другую тему.

Глядя на них обоих, я подумал, что они прекрасно друг другу подходят – гневливый сержант и цепкий адвокат. Между ними точно будет искрить. Конечно, у Гэхаловуда и в мыслях не было снова обзаводиться подругой жизни, но через несколько лет его дочери разъедутся, и ему придется одному пережевывать прошлое. Подумать на эту тему дольше я не успел: они встали и пошли изучать, как идет расследование.

Патрисия, желая убедиться, что ничего не упустила, сравнивала документы и факты, которые имелись в ее распоряжении, с теми, что висели на стене.

– Вы мне говорили про рапорт об инциденте, который не попал в дело.

– Да, вон те фото, – показал Гэхаловуд. – У меня есть копия отчета пожарного инспектора, можете взять себе, если хотите.

Он порылся в бумагах, рассыпанных на журнальном столике, и протянул несколько листов Патрисии:

– Еще один факт, не вошедший в дело как несущественный, я обнаружил в заметках моего бывшего напарника: свидетель утверждает, что видел машину синего цвета с массачусетскими номерами на главной улице города в час сорок ночи.

– Чем важна эта информация?

– Синяя машина с массачусетскими номерами была у Аляски Сандерс. Что она там делала? Хотела забрать вещи у Уолтера? Или это как-то связано со свиданием, которое она назначила Эрику? В свое время эта машина вызвала много вопросов. К сожалению, показания были недостаточно точны, чтобы приобщить их к делу, прокуратура не приняла бы их во внимание.

– Но для нас это ключевое свидетельство, – заметила Патрисия. – Если в час сорок ночи Аляска была еще жива, это подтверждает, что Уолтер Кэрри мог быть убийцей, хоть и сидел еще в час сорок три в “Нэшнл энфем”. Время смерти установлено точно?