Чтение онлайн

– Кондиционер, – возмущенно фыркнул Фомин. – Я в твои годы слова такого не знал. Кондиционер! Ты мужик или размазня какая?

Охранник вяло кивнул, затем, спохватившись, выпалил:

– Мужик конечно.

– Ну вот и веди себя как мужик, – успокаиваясь, посоветовал Игорь Андреевич. – Увижу управляющего, напомню ему. А вообще нечего ныть, до августа не так много осталось, а там и жары сильной не будет.

Охранник еще раз кивнул, надеясь, что на этом разговорчивый жилец угомонится и отправится восвояси. К его радости именно так и произошло. Черный мерседес плавно въехал во двор и занял закрепленное за ним парковочное место возле подъезда. Отметив про себя, что Фомин не стал загонять машину в подземный гараж, а значит вполне вероятно, скоро уедет, охранник решил, что пока, не взирая на жару и льющийся со лба пот, посидит какое-то время в бейсболке.

Поднявшись на четвертый этаж, Игорь Андреевич облегченно вздохнул, так, словно это не лифт поднял наверх его дородное тело, а сам Фомин взобрался наверх по лифтовой шахте, таща за собой железную клетку. Войдя в квартиру и отключив сигнализацию, Игорь Андреевич прошел на кухню, достал из холодильника бутылку «Нарзана» и налил себе полный стакан. Выпив воды, он почувствовал себя гораздо лучше, после чего направился в гостиную. У него было полтора часа до предстоящей деловой встречи и это время Игорь Андреевич намеревался посвятить отдыху перед экраном телевизора.

Войдя в гостиную, Фомин включил телевизор и уже собирался было как обычно занять место в раскладном кресле с реклайнером, когда внезапно замер, почувствовав, что привычное расположение вещей в комнате нарушено. Что именно не так, Игорь Андреевич еще не осознал, несколько мгновений он настороженно озирался, словно уже знакомый с уловками охотников зверь, который увидел слишком легкую, привязанную к дереву добычу. Чутье Игоря Андреевича не подвело.

Часть стены, примыкавшая к камину, была выложена грубо обработанными плитами из натурального камня. Плиты местами находили друг на друга, создавая причудливый объемный узор, приводивший в восторг всех немногочисленных гостей, бывавших в квартире Фомина. Еще одним, неизвестным всем этим посетителям, достоинством стены было то, что одна из панелей, после сильного нажатия откидывалась в сторону, открывая доступ к небольшому, замурованному в стене сейфу. Вот только открыть панель не позволяла прикрепленная к стене полка, точнее стоящая на ней модель танка Т-80, командиром которого много лет назад служил молодой лейтенант Фомин. Модель танка, выполненная в масштабе один к двадцати, в мельчайших деталях повторяла конструкцию оригинала. У модели не только поворачивалась башня, что было делом само собой разумеющимся, но и открывался люк, а также регулировалась высота ствола.

Сейчас танк, как и всегда, занимал свое место на полке, вот только ствол его был почему-то максимально задран вверх, в то время как еще утром, это Игорь Андреевич помнил точно, был нацелен строго горизонтально.

Переставив модель на журнальный стол, Фомин нажал на левый верхний угол каменной плиты, и она откинулась вниз, словно дверца кухонного гарнитура, открыв доступ к цифровой панели сейфа. Набрав нужную комбинацию, Игорю Андреевич открыл дверцу и некоторое время смотрел на лежащие в сейфе пачки европейской валюты. Пачек было довольно много, они были сложены в несколько аккуратных стопок. На первый взгляд казалось, что все на месте. Все десять стопок, в каждой из которых должно лежало по десять пачек, по десять тысяч евро каждая. Итого, ровно миллион. Должен быть миллион, вот только теперь в каждой стопке было не по десять, а всего восемь пачек. Таинственным образом из сейфа исчезли двести тысяч евро.

Игорь Андреевич, как и подобает человеку достигшему столь серьезной должности заместителя руководителя департамента строительства столичной мэрии, к деньгам, относился достаточно философски. Причем, чем меньше была сумма, тем более философски относился к ней Фомин. Сумма двести тысяч евро, в его понимании, была настолько мала, что глубокомысленное выражение: «Бог дал, Бог взял», сказанное кем-то древним, кому-то другому, такому же древнему голодранцу, подходило к ней как нельзя лучше.

Игоря Андреевича больше волновал вопрос, кто и каким образом сумел открыть надежно спрятанный сейф и не пожелает ли этот таинственный незнакомец в следующий раз забрать с собой все, что он по непонятной пока причине не взял сразу.

Сменив на сейфе кодовую комбинацию, Фомин вернул на место сперва каменную панель, а затем и металлическую модель танка. Некоторое время он размышлял над тем, стоит ли обратиться в полицию, но в конце концов решил, что делать этого не стоит. Сумма, украденная неизвестным, была относительно невелика, а вот прибывших на место следователей может заинтересовать, откуда у скромного государственного служащего в сейфе миллион евро. Миллион! Фомин, не смог сдержать ехидной ухмылки. Если бы только кто-то мог знать, сколько денег у него припрятано в других, гораздо более укромных местах. Да, с банковской тайной нынче везде плохо, и все тайные счета рано или поздно становятся явными, но вот тайно арендовать банковскую ячейку в хорошем швейцарском банке пока еще можно. Таких ячеек у Игоря Андреевича было уже семь, и в каждой лежала сумма равная той, что находилась в сейфе еще утром. Через пару недель Игорь Андреевич собирался взять отпуск и совершить небольшой вояж в Цюрих для того, чтобы арендовать еще одну банковскую ячейку. Что же, поездку откладывать смысла не имеет, в Швейцарии деньгам наверняка будет комфортнее. Да и кто знает, наверняка за оставшиеся пару недель подвернется какая-нибудь мелочевка, и тогда он пополнит свои, столь странным образом уменьшившиеся накопления.

Итак, решено. В полицию обращаться он не будет. Есть риск, что среди этих идиотов окажется какой-нибудь особенно дотошный, ну или особо болтливый, который сольет информацию в интернет, а там желающих покопаться в чужом грязном белье ох, как много. Говорят, что и служба экономической безопасности мэрии тоже иногда находит там для себя интересную информацию. Фомин брезгливо поморщился. Знакомство со спецслужбами в выстроенный в его голове идеальный план вовсе не входило. Поработать еще год, ну максимум два, довести число банковских ячеек до круглого числа и уйти, точнее навсегда улететь на заслуженный отдых, вот то, что предстояло ему сделать в обозримом будущем.

Приняв решение, Игорь Андреевич успокоился. Пройдя на кухню, он достал из холодильника бутылку водки, кроме которой ничего более из спиртных напитков не употреблял, и наполнил рюмку. Выпив залпом, он взглянул на стоявшую в холодильнике банку с маринованными огурцами, но открывать не стал. Убрав водку обратно в холодильник, Фомин вернулся в гостиную и в задумчивости опустился в кресло перед телевизором. После некоторых размышлений, отбросив самые фантастические предположения, Игорь Андреевич пришел к выводу, что сейф мог открыть только один человек, и этого человека он хорошо знал.

– Ну, Ритка! Ну, тварь, – прошипел Фомин, с силой сжимая кулаки, – удавлю, сучку!

…

Девятое сентября.

– В общем, картина у нас такая, Юрий Дмитриевич, – Мясоедов угрюмой глыбой возвышался над полковником, так что тень от его головы защищала лицо Реваева от еще высокого послеобеденного солнца, – в машине четыре трупа, у всех огнестрел.

Реваев по кругу обошел изуродованный следами от выстрелов черный внедорожник. Почти все стекла в машине были разбиты, а на кузове виднелись многочисленные отверстия. Распахнутые двери автомобиля позволяли хорошо видеть тела четырех человек, застывшие на залитых кровью сиденьях.

– Похоже, картечью, стреляли? Что скажешь, Евгений Геннадиевич? – Реваев вопросительно взглянул на удобно устроившегося на небольшом раскладном стуле криминалиста.

– А чего тут скажешь, Дмитрич, – с полковником эксперт-криминалист Евгений Геннадиевич Шаров был знаком уже много лет, поэтому общались они как старые приятели, – картечь, она и есть картечь. Глянь, я тут наковырял немного из обшивки. Крупненькая, восемь миллиметров.

– Ого! – присвистнул Мясоедов, – с такой и на кабана идти можно.

– На кабана с картечью не ходят. Точнее пойти-то можно, только есть риск домой не вернуться, – снисходительно улыбнулся Шаров. – Хотя молодого кабанчика, килограмм до ста завалить конечно можно.

– Вот, слушай умного человека, – Реваев хлопнул смущенного оперативника по плечу, – Евгений Геннадиевич у нас охотник бывалый, еще не то знает. А стрелок-то какой! – Реваев подмигнул приятелю, и тот, довольный, улыбнулся.

– Угу, понял, – с усмешкой кивнул Жора, – может на него все и повесим тогда? А что? Скажем, осень, сезон охоты, а человеку отпуск не дают. Вот он и не выдержал, решил попрактиковаться. Я точно говорю, – Мясоедов с заговорщицким видом наклонился к Реваеву, – и дело разом раскроем, и зверюшек сколько от этого душегуба спасем.