Чтение онлайн

Номер оказался весьма неплох. С хорошей кроватью и огромной ванной. Ванна, скорее всего, осталась тут ещё со времён господ генералов. А вот краны и прочая сантехника – новенькие, поблёскивающие хромом и никелем.

Он наконец-то скинул ботинки на меху и с удовольствием пошевелил пальцами ног. Всё-таки какая не была бы обувь удобная, но целый день в ней ходить – это мука мученическая. Покрутил краны: горячая вода в гостинице была. Если окажется, что в номере ни клопов, ни тараканов нет, то Сергей будет по-настоящему счастлив.

Сейчас бы ещё кофе с ломтиком хлеба, тонко намазанным сливочным маслом, но среди ночи его в советской гостинице точно не раздобудешь. Придётся терпеть до утра. И с горячей ванной он немного подождёт.

Сергей вынул из кофра несколько картонных папок и разложил их на столе. Тут были выписки из личных дел оперативной группы Ожарова. Сергей лично сделал их перед отъездом из Москвы. Тут же лежали и чёрно-белые фотографические снимки. Не слишком хорошего качества, но люди на них были узнаваемые.

Теперь следовало дополнить официальные сведения собственными наблюдениями.

По большому счёту Сергей был приятно удивлён. Квалификация у группы оказалась выше ожидаемой. Да и сам старший оперуполномоченный порадовал.

Сергей открыл первую папку и открутил колпачок у «паркера».

Ожаров. Денис Савельевич. Не зря ему доверили почти безнадёжное дело. Раскрываемость у его группы почти сто процентов. А это – небывалый результат. Даже – уникальный случай. Умный, внимательный, можно сказать – въедливый. Вон, нитку в зажатом кулаке обнаружил. Умеет руководить. Без приказов и крика. Люди его понимают не то что с полуслова – с полувзгляда. Предан службе до самоотречения. В буквальном смысле слова – живёт в отделении. Сергей заметил аккуратно свёрнутое одеяло в шкафу. Явно Ожаров часто ночует в кабинете. Несмотря на это, по-военному опрятен и подтянут. Не женат, но судя по всему – не монах. И очень много курит. Это пока единственное, что не устраивало Сергея в Ожарове.

Александр Петрович Фадеев. Петрович. Из старой гвардии. Звёзд с неба не ловит, но хватка у него как у французского бульдога. Ему главное – направление задать. И он землю рыть будет, пока не нароет то самое зерно в куче мусора. Есть семья, крепкая ячейка общества. Это видно по аккуратным латкам на одежде и чистой выглаженной косоворотке. За Ожаровым пойдёт в огонь и в воду. Надёжный тыл и крепкая опора. Ожаров и другие оперативники Петровича по-настоящему уважают и прислушиваются к его мнению.

Егор Владимирович Панин. Самый непонятный тип во всей группе. Интуитивно Сергей испытывал к нему не то чтобы неприязнь, а какую-то насторожённость. А доверять своей интуиции он привык, ни разу ещё не подводила.

Панин далеко не дурак. В милицию попал от станка, в тридцать втором году, когда начались масштабные чистки. А у Егора – безупречная биография. Пролетарий в седьмом колене, можно сказать. Окончил курсы, в уголовный розыск попросился сам. Ожарова уважает, Петровича скорее терпит, даже будто немного завидует его авторитету. Не женат, но женщина постоянная есть. Одевается чисто и добротно. Предпочитает больше слушать, чем говорить. Но исполнителен и расторопен.

Дмитрий Иванович Мартов. Митька. И тут Сергей даже улыбнулся, вспомнив этого мальчишку. Вот язык не поворачивался называть его иначе. Митька и есть. Самый молодой из всей группы. Двадцать лет, окончил Школу рабочей молодёжи. Заочно учится на рабфаке. Воспитывался в детском доме. Кто и где его родители – неизвестно. Ожарова воспринимает как непререкаемый авторитет. Шустрый, бойкий умом. Перспективный, одним словом.

Сергей задумчиво побарабанил по столу пальцами. И подвинул к себе ещё одну папку, лежащую несколько отдельно.

Тролев. Когда Сергей собирался в N-ск, он уже успел прочитать статьи этого бойкого газетчика. В библиотеке при прокуратуре можно было раздобыть периодическое издание практически любого населённого пункта из любого региона. А уж N-ска и подавно. Он ведь не на окраине Союза находится, а всего в каких-то трёхстах вёрстах от Москвы. N-ские газеты поступали всего с однодневной задержкой. Так что Сергей успел оценить всю остроту пера Тролева. Только вот фотографического снимка в деле не было. Поэтому и не узнал его Сергей на вокзале. Ну что же, это даже хорошо, что Тролев сам изъявил желание познакомиться, не надо искать предлог, вызывать официально в отделение. Потому что субъект и его довольно талантливые статьи заинтересовали Сергея, и очень.

Сергей захлопнул блокнот и откинулся на спинку стула. Насыщенный был день. И усталость всё больше давала о себе знать. Но, несмотря на гудящие ноги и тяжёлую голову, Сергей был очень доволен. И днём, и новыми знакомыми. Что ни говори, а результативно он провёл свои первые сутки в N-ске. Можно гордиться собой.

И ещё… Он был твёрдо уверен – Потрошитель знает о его приезде. Наверняка польщён вниманием следователя из столицы и ещё проявит себя. В этом можно было быть уверенным. А уж как рад Сергей, что ему в руки попало это дело, и сказать нельзя. Засиделся он в Москве, заскучал без настоящего дела.

Ну, хватит. Погордился – и хорош. Надо принять горячую ванну, чтобы лучше заснуть. Потому что завтра он должен быть бодр и свеж. И полон сил.

Он оказался прав, горячая вода помогла расслабиться, и Сергей еле добрёл до кровати. Упал на матрас, мимоходом отметив, что постель в гостинице довольно удобная и постельное белье пахнет свежестью и даже немного хрустит, – наверное, ему постелили новый комплект. И тут же провалился в сон.

Снилось ему далёкое-далёкое детство. Солнечный летний день. Жаркое марево и запах свежескошенного сена. Он лежит в траве, перед самым носом качается какой-то цветок, вроде ромашка, чуть дальше краснеет сладкая земляника. Вот бы ухватить её зубами, но тянуться за ягодой лень. Глаза моргают и закрываются.

Вроде бы хороший, мирный сон. Но Сергею почему-то тревожно. Не тому, мелкому, который там, в безмятежном прошлом, а Сергею сегодняшнему. Он откуда-то знает, что сейчас случится что-то страшное, непоправимое и неизбежное.

Вдруг налетел холодный ветер, стало жутко и темно. Запахло железом и порохом. Где-то совсем рядом закричала женщина. Мама?! Сергей заметался в испуге и вдруг почувствовал, как к страшному запаху примешивается ещё один, резкий, химический. Откуда-то смутно знакомый…

Сергей резко распахнул глаза и сел в кровати. Сквозь плотные гардины пробивался серебряный свет. Он встал с кровати, босиком протопал по холодному полу к окну и выглянул наружу. Ветер окончательно разогнал тучи, и стало видно, как в чёрном бархате неба сияет полная луна. Огромная и жёлтая, как головка швейцарского сыра.

Сергей и луна несколько секунд смотрели друг на друга сквозь пыльное стекло гостиничного окна. Потом Сергей задёрнул гардины так, чтобы не было ни единой щёлочки, и снова упал в кровать. До утра он спал без сновидений.