Чтение онлайн

Он ответил только после третьего звонка. Прощание с Линдси, видимо, было увлекательным зрелищем.

– Рядом с залами для сквоша зарезали человека, – сказала я в трубку.

В экстремальных ситуациях важно сохранять спокойствие. Я узнала об этом во время семинара.

– Вызови полицию и «скорую помощь». У парней, которые это сделали, лица закрыты баскетбольными мячами. Сделай так, что бы никто в масках не покидал зала. Захвати аптечку. И скорей беги сюда.

– Хизер? – проговорил Купер. – Что? Где ты?

Я повторила все, что сказала раньше. Взглянув на раненого, я с ужасом поняла, что знаю его. Это был Мануэль, племянник Хулио.

– Скорей, – прокричала я в телефон и прервала разговор.

Лужа крови, вытекающей из Мануэля, подступала к моим коленям. Содрав с себя свитер, я приложила его к ране, зияющей у Мануэля в животе. Я не знала, что делать. В лекции, которую нам читали, не было ничего о многочисленных колотых ранах в животе.

– Все будет хорошо, – сказала я Мануэлю.

Его глаза были наполовину прикрыты. Похожая на желе кровь, пропитавшая мои джинсы, казалась почти черной. Я сильно прижала свитер к самой глубокой ране, так что пальцы почти свело судорогой.

– Мануэль, все будет хорошо. Только держись, ладно? Скоро придет помощь.

– Х-Хизер, – простонал Мануэль.

Кровавые пузыри вздулись у него на губах. Я знала, что это очень плохой признак.

– Все будет хорошо, – проговорила я как можно спокойней – Ты слышишь меня, Мануэль? С тобой все будет в порядке.

– Хизер, – едва слышно прошептал он. – Это был я. Я дал его ей.

Зажимая рану изо всех сил – кровь стала сочиться сквозь мои пальцы, я сказала:

– Не разговаривай, Мануэль. Скоро придет помощь.

– Она просила меня. – Он на глазах слабел от потери крови и боли. – Она просила меня, и я ей его дал. Я знал, что не должен был этого делать, но она так плакала. Я не мог сказать «нет». Она была… она была такой…

– Помолчи, Мануэль, – попросила я, обеспокоенная количеством крови, текущей у него изо рта. – Пожалуйста. Пожалуйста, не разговаривай.

– Она плакала, – снова и снова повторял он.

Где же Купер?

– Как я мог ответить ей «нет»? Я же не знал. Я не знал, что они с ней сделают.

– Мануэль, – сказала я, молясь, чтобы он не услышал, как дрожит мой голос. – Тебе нужно помолчать. Ты потерял слишком много крови.

– Но они узнали, – продолжал он, полностью отрешившись от всего, кроме своей боли. – Они узнали, что она его взяла…

В этот момент из-за угла выскочил Купер, за ним – Том и Пит. Пит, увидев меня, достал рацию.

Купер упал на колени рядом со мной и, как фокусник, достал откуда-то аптечку «скорой помощи».

– «Скорая» сейчас приедет. – Мануэль, рану которого я все еще судорожно зажимала пальцами, продолжал бессвязно бормотать.

– Я дал ей его, Хизер, разве ты не понимаешь? Это был я. И они узнали, что это был я.

– Кто это сделал? – спросил Купер, доставая из аптечки толстый моток бинта. – Ты видела, кто это был?

– У них на лицах были маски из баскетбольных мячей, – сказала я.

– Что?

– Половинки баскетбольных мячей. – Я отняла у него бинт, убрала с раны свитер и приложила бинт к самой крупной ране. – Их лица были закрыты половинками баскетбольных мячей с прорезями для глаз.

– Господи! – Побелевший от ужаса Том посмотрел вниз. – Это же… Это Мануэль…

– Да, – ответила я. Купер наклонился и оттянул нижнее веко Мануэля.

– У него шок, – проговорил он слишком, на мой взгляд, спокойно. – Ты его знаешь?

– Он работает в Фишер-холле. Его зовут Мануэль. – Хулио с ума сойдет, если увидит это.

Я молила Бога, чтобы он не пришел сюда.

– Это было предупреждение, – сказал Мануэль. – Чтобы я не говорил, что я ей его дал.

– Дал что и кому, Мануэль? – спросил Купер, не обращая внимания на то, что я толкала его в бок.

– Ключ. Я знал, что не должен был этого делать, но отдал его ей.

– Кому? – не успокаивался Купер.

– Купер! – Да как он может допрашивать умирающего!

Он не обратил на меня никакого внимания.

– Мануэль, кому ты отдал ключ?

– Линдси, – сказал Мануэль. – Я дал ключ Линдси. Она так плакала… сказала, что забыла что-то в столовой. Хотела забрать. Ночью, когда столовая закроется.

Его веки закрылись.

– Черт! – выругался Купер.

Тут подбежали врачи и попросили нас отойти. Я с облегчением подумала, что теперь все будет в порядке. Как же я ошибалась!

Знаете, что происходит в том случае, если во время прямой трансляции баскетбольного матча чемпионата среди колледжей третьей лиги Нью-Йорка кого-то за пределами площадки убивают?

Все продолжают спокойно играть.

Я не вру.

Ну да, разумеется, на время игры они поставили на всех выходах по полицейскому. Кстати, «Анютины глазки» проиграли со счетом 24:40. После перерыва они так и не смогли собраться. Вовсе не потому, что узнали о Мануэле. Никто им об этом не говорил. «Анютины глазки» элементарно продули. Полицейские всех останавливали на выходе и тщательно проверяли руки, обувь и содержимое сумок на предмет обнаружения крови или оружия.

Они и не намекнули, что именно ищут.

Ничего компрометирующего не нашли. Они даже не могли задержать для допроса тех, у кого на головах были половинки баскетбольных мячей. Потому что практически все зрители мужского пола были в этих дурацких головных уборах.

Несомненно, по крайней мере для меня, парни, зарезавшие Мануэля, давным-давно скрылись. Сомневаюсь, что они остались досматривать игру. Наверняка ушли задолго до того, как появились копы.

Они не присутствовали при разгромном поражении «Анютиных глазок».

Как, впрочем, и я сама. Как только Мануэля в сопровождении потрясенного до глубины души дяди погрузили в машину «скорой помощи» и увезли (медики сказали, что жизненно важные органы не затронуты, и он, скорее всего, выживет), меня доставили в шестой участок к детективу Канавану для составления фоторобота, хотя я уже объясняла ему, что не видела их лиц под масками.

– Во что они были одеты? – спрашивал он.

– Я вам уже говорила, – повторяла я чуть ли не в тридцатый раз. – На них была обычная, повседневная одежда. Джинсы. Фланелевые рубашки. Ничего особенного.