Чтение онлайн

Все эти нормы права как раз и распространяли своё действие преимущественно на дочерние предприятия концерна «Норильский никель», под товарной маркой которого выпускалась почти вся российская платина и металлы платиновой группы, обеспечивая по этим позициям более чем 42 % потребностей мирового рынка металлов. Исходными же источниками природного сырья являлись для государственного объединения Норильский комбинат три эксплуатировавшиеся им богатейшие месторождения сульфидных медноникелевых руд Норильского промрайона, а для предприятий Кольского полуострова эксплуатировавшиеся Комбинатом «Неченганикель» месторождения Печенежского никеленосного района, по запасам сульфидных медно-никелевых руд занимавшим третье место в мире после Норильска и Садбери (Канада) (!).

Лишь в ноябре 2003 года, когда это не столько перестало быть целесообразным, сколько стало полностью отвечать деловым интересам олигархической верхушки российского сырьевого бизнеса, стремившейся удовлетворить требования зарубежных партнёров о большей прозрачности экономики горнодобывающих производств, в законодательство страны были внесены изменения, значительно откорректировавшие содержательное наполнение понятия «государственная тайна» (!).

В качестве аргумента в пользу обозначенной позиции приведём цитату из обращения генерального директора ОАО «ГМК «Норильский никель» Михаила Прохорова к акционерам, собравшимся 29 июня 2006 года на ежегодное Общее собрание акционеров с целью подведения итогов финансово-хозяйственной деятельности компании:

«Благодаря принятым изменениям, Компания впервые объявила квартальные результаты производства палладия и платины в 2005 году. В феврале 2006 года впервые в своей истории ГМК «Норильский никель» раскрыла информацию о содержании МПГ /металлов платиновой группы/ в разрабатываемых Компанией запасах руды и полезных ископаемых, подготовленную в соответствии со стандартами Кодекса JORC независимым международным консультантом. Полученные данные о содержании металлов и запасах руды в месторождениях позволяют высоко оценить конкурентоспособность и долговечность минерально-сырьевой базы Компании».

В том же тексте обращения Михаила Прохорова вполне откровенно преподносилась информация о том, что всего этого удалось достичь лишь «после нескольких лет совместной целенаправленной работы с Правительством РФ».

Приведённая выше норма права статьи 5 Закона РФ от 21 июля 1993 года № 5485-1 «О государственной тайне» в её новой редакции отнесла к государственной тайне только сведения «о запасах платины, металлов платиновой группы, природных алмазов в Государственном фонде драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, Центральном банке Российской Федерации». Из этого следовало, что с момента вступления в силу изменений в упомянутый Закон правовой институт государственной тайны защищал исключительно сведения о запасах платины и металлов платиновой группы, хранившихся в указанных государственных учреждениях, но никак не сведения о подтверждённых геологическими исследованиями запасах этих металлов в месторождениях природного рудного сырья.

Платину попросту взяли и вдруг как-то сразу перестали приравнивать к стратегическим видам полезных ископаемых, сведения «об объёмах запасов в недрах, добычи, производства и потребления» которых по списку, определяемому Правительством России, по-прежнему относились к государственной тайне.

Чуть позднее также были внесены изменения и в текст Указа Президента России за № 1203 от 30 ноября 1995 года, которым утверждался «Перечень сведений, отнесённых к государственной тайне». В новой редакции президентского указа императивно (безусловно) к информации, составляющей государственную тайну, также были отнесены лишь «сведения о запасах платины, металлов платиновой группы, серебра, природных алмазов в Гохране России, Банке России».

Лоббирование интересов новоиспечённых российских олигархов, как в парламенте, так и в президентском окружении дало свои результаты!

Вот только остались ли в выигрыше от этого все остальные россияне?

Стоит предположить, что в случае своевременного доведения в общих чертах до широких слоёв населения страны сведений о богатствах недр полуостровов Таймыр и Кольский, акционирование и приватизация концерна «Норильский никель» не прошли бы так по умолчанию нелепо и жуликовато беспринципно, приведя к откровенно грабительским последствиям для интересов подавляющего большинства россиян (!).

Думается, это был глубоко продуманный и очень удобный ход:

1) когда стоял вопрос об акционировании и приватизации одного из крупнейших добывающих концернов Российской Федерации, высокопоставленные госчиновники сделали всё, чтобы ни в коем случае не поднимался вопрос о необходимости использования сведений об обозначенных и разведанных запасах полезных ископаемых уже во всю разрабатывавшихся месторождений, используя для этого правовой институт государственной тайны. Одновременно сведения государственной важности с соизволения тех же госчиновников были не иначе как безвозмездно приватизированы узким кругом лиц, использовавших их для подготовки прикидочных бизнес-планов задолго до того времени, когда состоялся пресловутый залоговый аукцион, предопределивший судьбу контрольного пакета акций РАО «Норильский никель»;

2) когда же итоги промышленной приватизации в России были уже подведены и государственная власть, косвенно согласившись с её грабительским характером, объявила всепрощенческую амнистию, то в жёстком режиме государственной тайны отпала надобность. Поскольку как бы отпала сама возможность «разбора полётов», каким же всё-таки приватным образом приватизировался один из лучших государственных концернов России, и какую роль в этом сыграли сведения государственной важности. Удобно и даже по-своему модно стало рассуждать о законах свободного рынка и доступности информации, которым якобы не должны более вредить ненужные «бюрократические препоны».

Однако, заметим, а как быть с тем фактом, что правовой институт государственной тайны хранил от посторонних глаз сведения о состоянии Государственного баланса запасов полезных ископаемых, таких как платина и металлы платиновой группы, совершено точно имевших огромную ценность, но отданных в распоряжение нескольких частных лиц даже не за ломаный грош?..

Добытые на рудниках государственного объединения Норильский комбинат «медистые» и вкрапленные медно-никелевые руды в основном поступали для первичной переработки на Норильскую обогатительную фабрику, а руды «медистые» и богатые — на Талнахскую обогатительную фабрику. Там они, предварительно измельчённые с целью разделения содержащихся в них минералов, подвергались обработке методами технологии флотации (смачиваемость по поверхности), в результате чего получалось два вида концентратов, медный и никелевый, а также отходы обогащения (хвосты).

В отношении отвальных продуктов обогащения (хвостов) с успехом применялась технология разделения минералов по их плотности, в частности, при извлечении из них металлов платиновой группы с целью получения так называемого гравитационного концентрата, который мог напрямую поступать в Металлургический цех, минуя участки пиропереработки Медного и Никелевого заводов.

В ходе дальнейшей переработки медный и никелевый концентраты поступали в печи трёх металлургических заводов с единственным нюансом — до Никелевого завода концентрат проходил через технологию агломерации (спекание). Готовой продукцией металлургического передела государственного объединения Норильский комбинат являлись электролитные медь и никель, кобальт металлический и файнштейн, отправлявшийся для целей дальнейшей переработки государственному производственному объединению Комбинат «Североникель». Готовой продукцией Металлургического цеха являлся концентрат металлов платиновой группы, отправлявшийся для целей последующей переработки государственному предприятию «Красноярский завод цветных металлов», также как и Комбинату «Североникель», входившему в состав концерна «Норильский никель».

Всё это с успехом функционировало задолго до того, как само Государство позволило приватизировать данный мощнейший многоотраслевой производственно-хозяйственный комплекс в пользу Владимира Потанина и Михаила Прохорова, задолго до того, как свои менеджерские услуги смог предложить Александр Хлопонин.

До них за счёт исключительно государственных бюджетных средств были осуществлены поиск и оценка месторождений сульфидных медно-никелевых руд, их тщательнейшая разведка, организована добыча руд в промышленных масштабах, их первичная переработка, получение при помощи металлургических технологий готовых цветных и благородных металлов в их товарном виде, наконец, создана мощнейшая промышленная и социальная инфраструктуры (!).