Чтение онлайн

– Есть ли зацепки, где искать этого самого Ленина? – Подал голос Алексеев.

– На столе портфель, вот в нём документы и они, возможно, могут подсказать, где можно найти председателя фракции большевиков. Но прежде, чем приступать к их изучению, мне хотелось бы прояснить, господа, мы берёмся за дело господина Ленина или самораспускаемся?

Опять повисла пауза.

Где—то далеко прогремели несколько выстрелов, под окнами гомонил собравшийся небольшой толпой люд. Мрачная погода не добавляла энтузиазма и настроения. Хотелось налить стакан, пусть хотя бы плохенького коньяку, сесть у камина в кресло и отбросить прочь все мысли. Революции до добра не доводят, сразу на поверхности всплывают авантюристы и тщеславные люди, лелеющие занять освободившееся место у руля государства. Кирпичников при всём своём нетерпении к политическим течениям, не слишком жаловал Председателя Правительства Керенского и считал последнего выскочкой и горлопаном, только и способным, что произносить пламенные речи, завораживающие толпу. Но Родину не выбирают и поэтому надо служить не лицу, занимающему высокий пост, а Отечеству. Именно поэтому давным—давно Аркадий Аркадьевич выбрал службу в сыскной полиции. Здесь предельно ясно, вот преступник, а вот чиновник, разыскивающий злодеев. И главное никакой политики. Только поиски нарушивших закон. Сейчас уголовный розыск толкали на скользкий путь.

– Что мы теряем? – Вопрос был не совсем неожиданным, именно, эта мысль тревожила каждого из сидящих в кабинете. – Для чего нужен этот Ленин?

– Министр сказал для политического процесса, – Кирпичников смахнул с рукава пиджака пылинку.

– Аркадий Аркадьевич, вы ему верите? – Спросил Кунцевич.

– Не знаю, – честно ответил начальник уголовного розыска.

Опять замолчали, но никто не сделал попытки откланяться, все остались сидеть на своих местах.

– Если нет возражений, то я предлагаю просмотреть документы, которые нам представил господин министр.

Бумаги передавались от первого ко второму, потом третьему, пока вновь не оказывались на столе около портфеля. Читали вдумчиво, наверное, не по одному разу пробегали одни и те же абзацы. Некоторые документы вызывали изумление содержанием, некоторые хотелось отбросить в сторону и думать, что никогда не читал.

Когда последний лист был положен на стол, Кирпичников сложил их в одну кипу, вложил в папку, потом в портфель, подержал его немного в руках и спрятал в сейф. С глаз подальше.

– Каковы, господа, будут соображения? Аркадий Аркадьевич вернулся к столу.

– Неужели всё прочитанное истинная правда? – Спросил Бубнов.

– Иван, ты же у нас увлечён чтением газет, может быть, ты нам расскажешь, что показалось тебе недостоверным? – Кунцевич с прищуром смотрел на младшего из сотрудников.

– Ну, я же не в правительстве, чтобы всё знать, – возмутился ущемлённый Иван.

– Кто знает, может быть, через несколько лет мы здравицу тебе возносить каждый праздник будем, – засмеялся грудным басом Алексеев.

Бубнов обиженно засопел.

– Господа, мы собрались не шпильки друг другу вставлять, а определить, откуда мы начнём поиски этого самого Ленина, – повысил голос Кирпичников.

– Аркадий Аркадьевич, в былые спокойные времена, помните, я занимался делом Адель Ивановской? – Спросил Кунцевич.

– Конечно, помню.

– Так вот при дознании того дела мне, сейчас я точно знаю, посчастливилось познакомиться со следователем по особо важным делам Машкевичем, вот я начну с него. Он в ту пору занимался следствием по ограблению почтовой кареты, именно, большевистскими боевиками.

– Вы точно помните, что большевистскими?

– Точно. Хорошо.

– Мне не совсем ясно, зачем мы понадобились министру, если в окружении Ленина есть человек Малянтовича?

– Откуда вы, Мечислав Николаевич, знаете о приглядывающем за председателем фракции? – просил Кирпичников.

–Из документов, что вы убрали в сейф. Можно проследить, что информатором является женщина, близкая Ленину или, по крайней мере, входит в тесный круг общения.

– Это вы тоже поняли? – На лице начальника уголовного розыска появилась лукавая улыбка.

– Об этом прямо—таки вопит каждое донесение.

– Вы правы. Мы имеем в арсенале близкое к Ленину лицо, которое по совместительству является информатором министра юстиции. Исходя из того, что она пишет. Руководитель фракции большевиков приехал в столицу в конце сентября и с тех пор проживает на конспиративной квартире, у кого—то из своих сопартийцев. Там упоминается, что на заседании Центрального Комитета, состоявшееся десятого октября, мнения присутствующих разошлись и не все поддержали стремление Ленина захватить власть вооружённым путём. Если не ошибаюсь, там названа квартира Флаксермана, находящаяся на Карповке.

– В одной из бумаг упоминалось, что седьмого числа в Ломанском переулке, в квартире некоего чухонца, если не подводит память, Ялавы, – Кирпичников вопросительно посмотрел на Мечислава Николаевича, тот кивком подтвердил, – состоялась встреча некоторых большевиков. Вы не помните фамилий?

– Троцкий, Зиновьев, Калинин и Каменев.

– Вы забыли про Ялаву, Рахью и его жену, – дополнил Андреев.

– Но они не члены Центрального Комитета?

– Но, тем не менее, они там присутствовали.

– Хорошо, что писал информатор? Что Ленин и Троцкий настаивали, как можно быстрее произвести переворот, Зиновьев и Каменев были против.

– Против, не против, что нам это даёт?

– Даёт то, что один из чухонцев постоянно сопровождает Ленина. То ли в качестве доверенного лица, то ли охраняющего от внешнего посягательства.

– Вы намекаете, если мы найдём этого чухонца, то выясним, где скрывается председатель фракции.

– Совершенно, верно, но мне непонятно, почему мы разыскиваем Ленина, ведь вооружённый переворот, согласно документам, должен возглавить совсем другой человек – Троцкий.

– На этот вопрос, Мечислав Николаевич, я ответа дать не могу, – признался Кирпичников.

– Таким образом, министру нужен только Ленин?

– Именно так. Что ж, распределим, кто, чем должен заниматься, – начальник уголовного розыска сел за стол. – За вами, Мечислав Николаевич, Машкевич, за Иваном и Николаем Яковлевичем поиски Эйно Рахьи, я займусь Троцким. Задания понятны?

– Не совсем, – произнёс Кунцевич, – зачем нам Троцкий?

– Пока не знаю, – сказал Кирпичников и добавил, – но хочу прояснить до конца. Всё—таки мне не ясна цель поимки Ленина, политический процесс – это только, мне кажется, для нас, настоящая цель мне пока не ясна.

2.

Мечислав Николаевич решил не звонить следователю по особо важным делам Машкевичу, а посетить самолично, даже, если постигнет неудача. Действительный статский советник мог покинуть столицу, отправившись в любой город бывшей Российской Империи, а. может быть, и выбранной им нейтральной страны. Но Кунцевичу улыбнулась удача.

Тимофей Александрович последние недели сидел по большей части дома и писал мемуары, хотя особыми литературными задатками не обладал. Просто хотелось перенести на бумагу, терзало тщеславие, что жизнь прожита, событий прошло множество, а вот, кто расскажет потомкам о том, каким был этот странный следователь по особо важным делам Машкевич, какие дела вёл, с кем встречался.

Кунцевича принял сразу же, как доложила прислуга.

– Здравствуйте, Мечислав Николаевич, – Тимофей Алесандрович поднялся со стула, стоявшего у рабочего стола, и пошёл навстречу помощнику начальника сыскной полиции, как звучала должность Кунцевича до Февральской Революции.

Особо дружеских отношений между следователем и сыскным агентом не было, но сейчас на лице Машкевича сияла искренняя добродушная улыбка, и горели в карих глазах огоньки.

Мечислав Николаевич пожал протянутую руку.