Чтение онлайн

– Я и сама ходить умею. Нечего меня волочь на буксире. – Альена отбросила ветку. – И не смей обращаться так со мной!

– Как?

– Так! И хватит болтать! Ты, вроде, куда-то собирался.

Женщины!!! Я развернулся и быстрым шагом направился по улице. Рядом пристроилась и Альена. Я искоса следил за ней. Вдруг опять чем-нибудь огреет. И это ангел?! Нет, ни за какие коврижки в рай не пойду. Если там все ангелы такие… мама, спаси меня!!!

Я на довольно приличной скорости несся по улице, мало обращая внимания на прохожих. Альена двигалась позади, попутно извиняясь перед людьми, которых я случайно задевал. Наконец, она обогнала меня и довольно многозначительно посмотрела мне в глаза. Я намек понял и слегка притормозил. И двигался на этот раз уже более осторожно.

Мой план, на самом деле, был прост. Если взрослые занялись дядей милиционером, то мы вполне можем заняться Воблой. Не той, что едят, а той, что командует малолетними уголовниками. Впрочем, вся компания, как я понимал, сейчас занята несколько другим. А вот главарь, благодаря знакомству с неким небезызвестным дядей милиционером оказался на свободе. И вряд ли этот нехороший дядя снова потащил не менее нехорошего Воблу обратно в участок. У него и своих дел по горло. Интересно, правда, как Ленчику удалось отмазать этого чешуйчатого и сушеного?

Когда я с центральной улицы свернул в переулки, Альена, кажется, поняла, куда я собираюсь. Она даже хмуриться перестала.

– Детишки, – услышал я довольно пьяный голос. Я медленно повернулся. Ненавижу, когда ко мне так обращаются. Чуть в стороне стояло трое. Причем трое, страдающих с жуткого опохмела. Прям, как в анекдоте. Вся эта троица неопределенного возраста теперь взирала на нас. – Ну-ка, подойдите. Не бойтесь.

Бояться этих?! Еще не хватало. Однако и времени у нас не очень много.

– Чего надо? – буркнул я.

Троица, слегка пошатываясь, встала так, чтобы перекрыть нам все выходы. С учетом узости перехода, сделать им это было совершенно не трудно.

– Какой грубый мальчик, – усмехнулся один. – Вы ведь не откажете дядям в помощи.

– Я? Отказать в помощи? – тоном возмущенного пионера спросил я и тут же более спокойно закончил: – Конечно, откажу.

Последняя фраза прозвучала совершенно неожиданно для троицы. Все нахмурились. Видно думали. Тяжелая, однако, работа.

Альена испуганно встала у меня за спиной, схватив меня за руку. Я сразу почувствовал себя уверенней. Возгордился даже. Что для меня какая-то тройка пьянчуг? Подайте хоть дюжину.

Троица подумала. Вперед выступил один. Видно, самый умный.

– Ты это… вот что… ну-ка, угости дядей.

– Не пью.

– Дурак! Деньги давай.

– Ах, вам денег надо, – радостно воскликнул я. – Так что ж вы сразу не сказали? А я то думаю, чего вы пристали.

Троица недоуменно переглянулась. Я же махнул рукой в сторону ближайшей помойки.

– Да берите сколько угодно. Мне совершенно не жалко. – Конечно, можно было бы придумать и какую-нибудь более тонкую шутку, но растрачивать свое время на этих… этих… даже слов не подберу, совсем не хотелось.

Троица озадаченно обернулась и замерла. Там, где раньше стояло несколько баков с наваленными вокруг горой мусора, теперь лежали денежные купюры различных достоинств. Кое-где поблескивало золото. А сверху кучи были насыпаны драгоценные камни. Вся троица вдруг разом протерла глаза.

– Э…

– А…

А вот третий оказался более сообразительным. Вместо произнесения разных букв алфавита он молча бросился вперед и прямо с головой нырнул в эту кучу денег, торопливо набивая их себе за пазуху. С диким ревом обворованных оставшиеся двое тоже бросились к куче денег. Через секунду в них купалась вся троица. Альена осторожно высунулась из-за моего плеча.

– Это жестоко, Эзергиль.

– Только не говори, что тебе их жалко.

– Они очень несчастные люди. Их стоит пожалеть.

– Несчастными они сделали себя сами. И наверняка еще кучу людей вокруг себя.

Альена промолчала.

Тут из-за поворота вышел какой-то человек. Заметив наших страдальцев, он озадаченно замер и стал наблюдать, как трое взрослых мужчин чуть ли не с головой окунаются в кучу мусора. Как кто-то восторженно перебирал протухший горох, иногда поднося его к лицу и с блаженной улыбкой разглядывающего его. Но окончательно прохожего добило, когда один из людей, схватив из кучи нечто склизкое и вонючее, стал запихивать его себе за пазуху. Он даже побледнел слегка. Торопливо развернулся и бросился вон.

– Кажется, – сообщил я, – нашими друзьями скоро займутся другие люди. А нам пора.

– Эзергиль, ты не можешь их так оставить.

– Я? Не могу? Еще как могу. Они хотели денег, они их получили.

– Я думаю, они хотели настоящих денег, а не иллюзию.

– Они получили ровно столько, сколько заработали. И не спорь. Это из моей епархии. Им отмерено по их заслугам.

Альена вздохнула и печально посмотрела на троицу. Однако она прекрасно понимала, что не может ничего изменить.

– Тебе запрещено вмешиваться напрямую, – попыталась она переубедить меня в последний раз.

– А я и не вмешивался. Я всего лишь удовлетворил просьбу. Это я делать могу. А душу они давно мне отдали.

Альена вздохнула еще печальней. Я посмотрел на нее. На троицу. Блин, да кто они такие, что бы я из-за них портил отношение с Альеной? Да не пойти ли им куда подальше. Все равно свое получат. Не сейчас, так позже. Я махнул рукой, отвернулся и зашагал дальше, не слушая оскорбленных воплей пьянчужек. Похоже, они не слишком были рады лишиться иллюзии.

Девчонка догнала меня и зашагала рядом.

– Спасибо, – сказала она спустя некоторое время.

– Не за что, – буркнул я.

– Все равно спасибо. Ты хороший, Эзергиль. Хоть и стараешься показаться вредным.

– Я черт. А все знают, что черти коварные, злые и бессовестные типы, которые спят и видят, как бы отобрать душу у невинных людей, совратив их с пути истинного разными соблазнами.

Альена насупилась.

– Зачем ты так?

– А что, разве я не прав? Ведь никто, никто из тех людей, с кем я общался, не подумал иначе! Никто не удивился этой глупости с договором! Вот скажи, почему люди вечно валят на нас свои слабости?! Почему в них обвиняют не себя, а нас, чертей? Пытаются не себя исправить, а меня уничтожить?!