Дело о подколодной змее
Шрифт:
— Тихо! По-моему, сюда кто-то идет.
Все замерли и прислушались. Рядом раздались легкие шаги. На дорожке появился охранник.
— Привет, соседи!
— Еще раз здрасте, хотя мы утром с вами уже виделись, — отозвался Ромка.
— А чем вы тут занимаетесь?
Юный сыщик с беспечным видом пожал плечами.
— А ничем, просто гуляем. Ведь в отличие от некоторых мы люди свободные. Куда хотим, туда и идем.
— А расскажи-ка мне, свободный человек, что случилось с тобой ночью и почему ты гулял так поздно?
— Вы что, меня видели?
— Видел.
— Странно, а я вас — нет.
— Ну так где же? — Глаза охранника смотрели на Ромку пристально и изучающе. Но взгляда Ромка не отвел, а спокойно ответил:
— Да я ведь уже все всем рассказал.
— А я не успел послушать. Повтори еще раз, если нетрудно.
— Ну, я пошел вечером погулять к валуну, — имею право! — а на меня напал Денис и шмякнул чем-то по башке. Вот, можете сами убедиться, — и он продемонстрировал Валерию Сергеевичу свою шишку.
— И ты точно знаешь, что это был Денис? Ты лицо его видел?
— Лица не видел. Но все равно знаю, что это был он. Больше некому, — твердо заявил Ромка, памятуя о своем обещании Алексею Петровичу сохранить все в тайне. — Он и сбежал потому, что испугался, что ему за это достанется.
— И за что же он на тебя напал?
— За змею, наверное. Ну, то есть за ужа, которым я напугал его на дискотеке. Но у меня это нечаянно получилось, честное слово.
— Я тебе верю, зачем оправдываться? Ну что ж, гуляйте дальше. — Валерий Сергеевич взмахнул рукой и быстро ушел прочь.
— Не понимаю, чего ему от меня было надо, — проворчал Ромка.
— Что ж тут непонятного? Наверное, переживает, что не заметил исчезновения Дениса. Он же охранник, должен все видеть и за все отвечать, — сказала Катька.
— Вот он удивится, когда мы найдем Дениса!
— Опять ты бежишь впереди паровоза! — поморщился Артем. — Думай лучше, с чего начнем его поиски.
— А чего тут думать? Конечно, с Белых Скал.
С нескрываемой тревогой Лешка посмотрела вдаль, туда, где высокая, напоминающая древнюю рептилию гора грозно ощетинилась своими шипами-скалами.
— Вы уверены, что он там? Насколько я знаю, чаще всего похищенных людей держат в подвалах.
— Во-во, — подхватил Артем. — Думаю, прежде чем идти к Белым Скалам, надо сначала поискать его здесь.
— А где здесь могут быть подвалы? — озабоченно проговорил Ромка. Он повертел головой и воскликнул: — Знаю где! В нашей столовке. И как раз туда ведет гороховая дорожка!
— Дорожка ведет не к столовке, а за нее. Не хочешь ли ты сказать, что Дениса похитила Шурочка? Если она — похититель, то я — ваша бабушка, — хихикнула Катька. — Да она с кухни не выходит. Ее вообще ничего не интересует, кроме супов и борщей. И потом, она тихая и необразованная…
— Знавали мы таких тихих, и не один раз, — перебил ее Ромка. — А если Денис у нее в погребе, то ей и ходить никуда не надо. Она с кем живет, не знаешь?
— В одном домике с учителями. У них с медсестрой Алей общая комната.
— Значит, надо обязательно проверить их алиби. Спросим у Али, где была ночью Шура, а у Шуры — про Алю. И давайте обследуем погреб, чтобы больше уже не возвращаться к этой версии.
На кухне под громкую попсу дежурные студентки мыли огромную блестящую кастрюлю, повариха стояла у плиты, а две девчонки-школьницы и медсестра Аля чистили картошку.
Ромка окинул взглядом гору очисток, подошел к Шуре и тронул ее за руку.
— Алексей Петрович просил у вас немного картошки.
Повариха повернула к нему раскрасневшееся от жары лицо.
— Что ты сказал?
— Алексей Петрович очень просил картошки. Всего несколько штук, — повторил Ромка.
— Сейчас вынесу, подожди чуток. Или ты торопишься?
— Ужасно тороплюсь. Можно я сам ее наберу? Она у вас где? В погребе?
— В погребе. Но сам туда не ходи.
Ромкино сердце буйно затрепыхалось. Почему она не хочет, чтобы он спускался в погреб один? А вдруг Денис там?
Но волновался он недолго. Шура отошла от плиты и вытерла о передник руки и, сказав: "Пошли, я тебя отведу", открыла еле заметную скрипучую дверь в углу. Ромка думал, что за ней скрывается кладовка.
Повариха указала на крутые ступеньки.
— Спускайся.
Юный сыщик увидел скрывающуюся в черном провале лестницу.
— Да тут ноги переломаешь!
Шурочка щелкнула выключателем. Тусклая лампочка осветила небольшое подземное помещение, целиком заставленное ящиками и мешками с продуктами. В одном углу была навалена картошка.
— Все некогда навести здесь порядок, — завздыхала повариха и тоже спустилась вниз. — Но раз уж пришел, помоги мне расчистить проход.
Кряхтя, Ромка передвинул ящики с соком поближе к кирпичной стене, рядом с ним пристроил еще один — с консервными банками. Выполнив задание, он поднял голову и осмотрелся. В маленьком погребе спрятать человека, даже если бы тот сидел смирно, как мышь, было абсолютно негде.
— Я к вам вчера заходил, не достучался. Мне Аля была нужна, — сказал он.
— Во сколько?
— Поздно.
— Мы или на кухне сидели, или так крепко спали, что никого не слышали.
— Понятно. — Ромка взял несколько картофелин, и повариха скомандовала:
— А теперь выходи, я дверь закрою, а то тепло идет и продукты портятся.
Ромка покинул кухню. Вместе с ним оттуда вышла медсестра. Аля была молодой и жизнерадостной девушкой, и все были с ней на "ты".
— Аля, а что ты делала сегодня ночью? — на всякий случай спросил Ромка.
— Спала.
— А Шура?
— Она тоже. Мы с ней так вчера умаялись, пришли домой и свалились без задних ног, — не раздумывая, ответила девушка. — А что?
— Да я хотел тебе свою шишку показать, и глаз тоже. Видишь, какой у меня синяк? Это на меня Денис напал. Но потом я подумал, что ты спишь, и не решился беспокоить. Не знаешь, как сделать, чтобы все поскорее прошло?
— Надо холодное приложить.
— Я прикладывал.
— Ну, тогда жди, пока само рассосется. Не бойся, до свадьбы заживет.