Чтение онлайн

Иван чуть не подпрыгнул от радости. Он ожидал, что придется выяснять, кто занимается убийством, бить к коллеге клинья, чтобы получить доступ к делу, да еще так осторожно, чтобы никто ни о чем не догадался. А тут — нате, на тарелочке.

— Зря радуешься! — почувствовал перемену настроения подчиненного капитан Такас. — Побегать тебе сегодня тоже придется. Там, в приемной, сидит этот… как его… ну, рыбник, у которого сейф вскрыли. Бери вопрошающего… да, мастер Оронтис, я про вас, бери его — и в порт вместе с потерпевшим. Мастер Оронтис, поможете новичку?

Сидевший на другом конце стола сухонький старичок кивнул:

— Куда я денусь, капитан! Сейфы — моя работа.

Глава 7

Когда за окном — осень, украсить дом цветами — задача несложная.

Астралия, проснулась, поняла, что времени у нее — в обрез, и, наспех позавтракав, побежала искать садовника. Им оказался довольно молодой полуэльф, возившийся в оранжерее с кнаккской рассадой. Все растения уже заняли свои места, были политы и накрыты бумажными колпачками.

— Безмерно рад знакомству! Безмерно! — восторженно приветствовал Астралию садовник. — Я много слышал о вашем дедушке, великолепном Бооти! Вы не представляете, какой фурор произвели в прошлом сезоне его золотистые безымянники!

Астралия даже немного растерялась от радостного напора. Поэтому она постаралась быть как можно более любезной:

— Мне тоже очень приятно, мастер Увонторолли! Как рассада перенесла дорогу?

— Зовите меня просто Лиин! Да, для вас я — просто Лиин! Знакомство с вами — честь! Вы столько сделали! Вы доставили драгоценные ростки в идеальной сохранности! Все прекрасно, завтра они уже забудут, что побывали в небесах!

«Знал бы он, как я «охраняла» рассаду… во сне», — подумала девушка и постаралась перевести разговор на сегодняшние дела. Она расспросила полуэльфа о предпочтениях госпожи по поводу украшения обеденной залы и получила разрешение срезать в саду все, что ей вздумается:

— Еще седьмица-другая — и северный ветер со снегом убьют краски, оборвут листья, согнут ветви! Пусть смерть десятка-другого растений под жестоким секатором принесет хоть кому-то радость! — печально произнес садовник, томно уставившись на стеклянный потолок теплицы.

Похоже, он относился к тому типу разумных, которые одинаково легко впадают и в радостное возбуждение, и в глубокую меланхолию. Поэтому Астралия постаралась как можно скорее убраться из оранжереи. Не ровен час — хозяйничающий тут разумный расплачется от неловкого слова…

Впрочем, пока ему печалиться было не о чем. Сад пестрел астрами и вербенами, хризантемами и кульвисами, каннами и золотарником, еще не отцвели поздние сорта роз, а живая изгородь уже пламенела ягодами рябин и бересклета. Девушка нарезала большую корзину цветов и ветвей и, торопясь, понесла ее в дом. Ей предстояло за оставшееся до обеда время не только выполнить поручение хозяйки, но и разобраться с системой охраны хотя бы обеденного зала.

Там уже убрали после завтрака и стелили парадные скатерти. Астралия выяснила, где хранятся вазы, перемыла их и быстро составила букеты, лихорадочно вспоминая занятия с наставницей Брессиной. Та весьма образно втолковывала будущим благословляющим цветочную символику: «Каждый лист и каждый бутон должен быть в гармонии с окружением. Не стремитесь к пышности, она ведет к какофонии! Дайте каждому цветку рассказать о себе!» В переводе на простонародный язык это означало, что в вазу не нужно пихать два десятка крупных роз, превращая букет в капустный кочан. У каждой композиции должен быть центр и ненавязчивое окружение.

Кружевной бересклет, мелкие хризантемы, перья золотарника — и одна-две крупных астры или розы. Для канн подошли высокие напольные вазы, туда же отправились малиновые шишки борисила на мясистых толстых стеблях.

Астралия работала, делая вид, что полностью погружена в возню с растениями, а сама украдкой осматривала стены. Ее не удивило количество сторожевых артефактов возле окон, выходящих на улицу. От тротуара это крыло дворца отделяла лишь ажурная ограда да локтей пять ухоженного газона. А вот на противоположной окнам стене не было никаких магических «сторожков», хотя ее украшали несколько дверей, полускрытых портьерами. В простенках стояли небольшие, локтя три в высоту, широкие колонны.

— А что будет вон на тех подставках? — спросила Астралия у мастера Льюиса, распоряжавшегося подготовкой к приему гостей.

— Ничего, — пожал плечами полуэльф. — Когда бывают танцы, на них ставят подносы с прохладительными напитками, но сегодня развлечений для молодежи не предвидится.

— Можно взять плоские вазы, вроде чаш, и украсить колонны круглыми букетами, — предложила цветочница. — Сейчас модно делать такие низкие композиции из вьющихся стеблей и мелких цветов.

— Говорите — модно? — мастер Льюис прищурился, осматривая простенки. — А что, задумка хорошая! Думаю, Ее Светлость оценит…

Получив повод подобраться поближе к дверям, Астралия незаметно скользнула за портьеру. Так и есть: роскошно украшенные двери не имеют запоров, они вообще существуют тут лишь для того, чтобы быть торжественно распахнутыми перед началом бала.

Дальше все оказалось совсем просто.

Девушка сновала по обеденной зале, поправляя букеты, несколько раз сбегала на кухню — ведь все же знают: чтобы цветы сохраняли свежий вид, нужно добавить в воду немного сахара. В поисках нужных ей ваз задергала старшую горничную. Потом цветочнице понадобились щетка и тряпка, чтобы собрать обрезки стеблей и вытереть случайно разлитую воду… Никто не удивлялся, что новенькая то и дело ошибается дверьми и ищет тряпку для мытья полов в «кофейной» комнате, а вазы — в «дамской», там, где обычно гостьи дома «пудрят носик». Откуда ей, работающей первый день, знать расположение всех переходов и кладовок?

После пары склянок беготни Астралия уже имела в голове точный план первого этажа: бальная и обеденная залы, «кофейная» и гостиная, «дамская» и «мужская» комнаты, проход на кухню, кладовки и выход на парадную лестницу. Что находилось в другом крыле, Астралия узнать не успела, но сегодня этого и не требовалось. Девушка нашла самые заметные охранные артефакты и прикинула, где находятся «слепые» зоны, которые не просматривались ни из одной из точек, в которой могут оказаться слуги, подающие на стол перемены блюд. Одним из таких укромных мест был дверной проем со стороны огромной бальной залы, наполовину скрытый роскошными драпировками. На всякий случай девушка поставила туда вазу с увядшими цветами и отправилась на кухню, чтобы перекусить до обеда.

Кусок вареного мяса, случайно не уместившийся на блюде с холодными закусками, ломоть хлеба, выхваченный буквально из рук посудомойки, нарезавшей батоны — никто из прислуги не обращал на Астралию внимания. Кухарки были заняты своими делами, мастер Льюис, временами появлявшийся в дверях, смотрел только на столик, на котором нагружали подносы.

— Мастер Льюис, в танцевальной зале завяли все цветы, их нужно сменить, — Астралия попыталась заговорить с мажордомом, заранее зная ответ.

— Делайте, что хотите! Сегодня господа туда не пойдут! Только не шумите там слишком! — отмахнулся полуэльф.